На крыше дружно охнули.
— Да что ж он творит! — водяной рядом со мной расплескался от волнения. — Пых! Вставай! Беги!
— Многовато охраны для одного сада, — резонно заметил я.
— А ведь точно, — по телу водяного пошла рябь. — Что-то в этот раз их чересчур много. Совсем старик сдурел… А вот кстати и он сам.
Я поднял взгляд. Над светящимися кронами плыл элементаль молнии. С его тела на листву сыпались разряды, и даже с крыши было слышно, как он ругает воришек. Шаррум собственной персоной. Двигался он неторопливо, прямо-таки некуда спешить. Охранники один за другим обгоняли хозяина, и выглядело это довольно пафосно.
Летящий над стаей своих питомцев молниевый элементаль.
Можно было бы даже понаслаждаться картиной если бы не одно но. Дикие элементали уже почти догнали отставшего.
— Чёрт, сейчас поймают! — крикнул наш огненный. — Пых!
Мелкий всё ещё выпутывался из ветвей водяного куста. Дёрнулся раз, другой, а потом на него сверху прыгнул дикий земляной и придавил всей тушей. Огня под ней почти не стало видно. Остальные преследователи уже подбегали.
— А что с ним будет?
Компания молчала. Потом водяной выдавил:
— Мы не знаем.
Да вы издеваетесь⁈ Вряд ли дикие просто отберут у воришки добычу и пожурят. Всё же мозгов у них нет. Просто старик их как следует натаскал на то, чтобы прогонять воришек.
А значит… Не хочу знать, что случиться с пацаном, пока этот старикан вальяжно до него долетит.
Сорвался с крыши раньше, чем компания успела пискнуть. До мальчишки было шагов шестьдесят: перелететь ограду, дальше кусты и водяное дерево. Я разогнался взмахом крыльев, зацепил нитью Воли каменные зубья и подтянулся к ним. Вторая нить ухватилась за валун возле самого дерева. Ещё рывок — и мокрые ветви хлестнули меня по лицу.
Сперва убрать земляного. Нить обхватила давившую Пыха тушу, сдёрнула с мальчишки и резко кинула шагов на десять в сторону.
Подбегающих я встретил воздушной стеной. Двоих отшвырнуло в кусты, где они и остались, пытаясь прийти в себя. Третьего ещё одна нить поймала на прыжке и прижала к земле. Убивать никого я не собирался — сторожа всего лишь делали свою работу.
Остальные остановились и больше не лезли. Шаррум всё так же неторопливо плыл где-то над серединой сада. Он вообще умел двигаться быстрее?
Пых лежал в примятой траве тусклым комком. Я присел рядом.
— Ты в порядке?
Комок слабо полыхнул и начал собираться в привычный сгусток. Я погладил его по голове. Её у него как таковой, естественно, не было, ладонь просто прошла сквозь тёплое пламя. Но жест Пых понял: вспыхнул ярче и подкатился ближе.
— Пойдём.
До ограды мы добрались спокойно. Дикие теперь держались поодаль и за нами не пошли. Пых летел вплотную ко мне, едва не поджигая штанину. А когда мы поднялись на крышу, там начался такой гвалт, будто я мальчишку с того света вытащил.
— Ты видел⁈ Он их раскидал! Всех сразу!
— А земляного поднял! Прямо в воздух!
— Пых, ты живой? Ты видел, как он…
Пыха тут же обступили, затормошили и принялись тискать. Я уже начал опасаться, что его опять придётся спасать. Но мальчишка разгорался на глазах и взахлёб рассказывал, превратившись в еще одного героя сегодняшнего дня. Затем Пых дождался паузы, подкатился ко мне и тихо пыхнул:
— Спасибо.
Договорить ребятне не дали. Со стороны сада громко затрещало, и над оградой поднялся сам хозяин. Вблизи Шаррум оказался крупнее, чем выглядел над деревьями. Разряды образовывали грузную фигуру, отдалённо похожую на сгорбленного старика. Смотрел он прямо на меня и явно был недоволен.
— Кто моих питомцев обидел?
Можно подумать, он не знает. Старик всю погоню висел над садом и прекрасно видел, что я делал.
Значит, виноватого он уже нашёл, осталось только наорать. Разбираться, похоже, Шаррум не собирался.
— С этим какие-то проблемы? — поинтересовался я.
— Да! — молнии затрещали громче. — Ты здесь на правах гостя. Совет ещё не решил, что с тобой делать, а ты уже устраиваешь погромы и занимаешься мутными делами. Подбиваешь молодняк на проказы! Не зря мы ушли с поверхности — у двуногих вообще мозгов нет!
С каждым обвинением старик злился всё сильнее. К концу речи разряды уже били с него в крышу, оставляя в камне мелкие выбоины. Ребятня за моей спиной притихла и подалась назад. Пых прижался ко мне и снова потускнел. Видимо, угрозы Шаррума здесь принимали всерьёз.
— Ага. Только сначала попробуй доказать хоть слово. Потому что всё, что ты сейчас наговорил, — полная чушь.
За спиной тихо ахнули. Пых поднялся повыше и уставился на меня. Судя по всему, отвечать старику здесь было не принято.
— Что ты несёшь⁈
— Во-первых, за твоими плодами я не лазил, — я принялся загибать пальцы. — В сад зашёл только за мальчишкой. Руки у меня пустые, можешь проверить. Во-вторых, к этому мероприятию я отношения не имею. И вообще это ваша какая-то местная традиция, так что не приплетай меня к ней. А в-третьих, самое главное. Я, что ли, виноват, что ты своих псов не дрессируешь? Развёл целую свору, как идиот, а уследить за ней не можешь. Из-за твоих тварей сегодня чуть не пострадал невинный элементаль.
Шаррум на мгновение замер. Похоже, с ним давно никто так не разговаривал. А потом старик раздулся, потемнел, и молнии захлестали по краю крыши, оставляя чёрные следы.
На всякий случай растянул две нити Воли в защитный полог, прикрыв себя и ребятню. Бить первым не собирался, но ещё не хватало, чтобы кого-нибудь из молодых задело.
— Шаррум, остановись.
Голос раздался сзади. Тёплый, журчащий.
Я обернулся. К крыше неторопливо подплывал водяной элементаль в человеческом облике. Кай. Тот самый, с совета. Ребятня вокруг разом выпрямилась, а Пых собрался и засветился ровнее.
Шаррум сразу уменьшился и повернулся к нему.
— Он напал на моих питомцев! Я требую…
— Хорошо, я сам разберусь, — мягко перебил его Кай. — Можешь уходить. Мне нужно поговорить с этим человеком.
Несмотря на мягкий тон, против водяного элементаля старик даже слова вставить не посмел. Что-то побурчал себе под нос, попыхтел, напоследок недовольно треснул молниями и уплыл обратно в сад. Уже из-за ограды донеслось сварливое потрескивание: похоже, теперь доставалось питомцам.
Вот только радоваться было рано. Я перевел взгляд на Кая.
Если раньше передо мной стоял какой-то дедок, гоняющий детвору, то теперь от меня что-то хотел один из членов совета этого города.
При этом на обсуждении он сходу за меня заступился, даже как следует не узнав и ничего от меня не услышав. Может, кто-то и расценил бы это как хороший знак, но в альтруизм я перестал верить давным-давно.
И чем же я так понадобился члену совета, который занимал далеко не последнее место в обществе элементалей, одной из высших сил этой планеты, что он настолько открыто за меня впрягается?
Глава 16
— Пойдём, — Кай повернулся к спуску с крыши. — Разговор будет долгий, а здесь нас могут подслушать.
Мог бы и не уточнять. Все на крыше старательно делали вид, что заняты своими делами, но греть уши, если они у элементалей конечно были, никто не перестал.
Защитный полог из двух нитей Воли я убрал, как только Шаррум ушёл в сад. Я шагнул было следом за Каем, но тут мой водяной напарник подкатился ближе и забулькал:
— Пап, а можно я с вами?
Пап⁈
— Нет, — Кай даже не обернулся. — Иди погуляй с остальными.
По телу элементаля, в том месте, где должно было находиться лицо, прошла рябь. Он явно был недоволен, но спорить с отцом не стал и откатился обратно к компании.
Значит, я целую партию гонял переливец в паре с сыном члена совета. И ведь ни намёка — булькал и радовался каждому очку, как самый обычный мальчишка.
Кай поплыл вниз, к улице. Я спустился по выступам стены и зашагал рядом.
Целый квартал мы прошли молча, потом я не выдержал.
— Так о чём разговор?