Вся колония пикси заоблачного леса. Сидит и переругивается на сотни тоненьких голосов.
Из повозки доносился монотонный гул. Малявки то затихали, когда мы ехали по более менее ровному участку, то снова начинали о чём-то спорить. Пока не визжали от страха, меня всё устраивало.
Пришлось, конечно, знатно повозиться, но результат превзошел все мои ожидания.
После моего вопроса Пырей сразу собрал всеобщее собрание. В итоге на маленькой полянке собрались тысячи пикси, которым заново пришлось повторить сомнительное предложение. А потом начался такой спор…
В ушах до сих пор звенело.
Я рассчитывал увести с собой лишь какую-то часть. Не самую большую, но самую авантюрную. Готовую довериться эларию, по факту, на честное слово. Вот только я совсем недооценил настрой и возраст пикси.
Причем тут возраст? Да притом, что пикси долгожители, несмотря на маленькие размеры, и дети из-за этого у них появляются очень редко. Поэтому абсолютное большинство было заперто в этом лесу уже сотни лет, и возможности выйти не появлялось даже близко. А тут появляюсь я, такой честный и распрекрасный.
Поэтому спор хоть и начинался очень активно, но завершился довольно быстро. Многие готовы были свалить куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Даже с непонятным типом, которого видели впервые. А немногочисленные противники в итоге сдались под напором второй части.
А ещё, к моему удивлению, решающее слово за меня вставил Пырей. Да и в целом всё собрание активно меня защищал. Не знаю уж, помогла ли та бутылка вина, которую я ему отдал, но агитировал бородач так, будто я ему приплачивал.
В общем, пикси решили отправиться за мной.
Дальше всё произошло быстро. Малявки облепили меня со всех сторон, и я активировал артефакт переноса.
Вспышка, картинка плывет перед глазами — и вместо жары заоблачного леса нас уже встречает мороз. Малявки заверещали так, что у меня снова заложило уши.
Пришлось торопиться. План переезда, пришедший мне в голову, был спонтанный и авантюрный, чего уж скрывать, так что многое приходилось соображать на ходу.
С помощью стихии холода седьмой грани за несколько десятков секунд сделал из снега ледяной домик с толстыми стенами, загнал рой внутрь и бросил следом греющий артефакт. Благо после спуска в шахту Бури у меня сохранилось приличное количество таких.
Писк стих. Пикси облепили пластину в несколько слоёв и принялись греться.
Затем пришлось вновь вернуться в Колбрин и оперативно купить повозку, которая могла бы уместить в себе всю эту ораву. По пути взял еще семян, первых что попали под руку, и забрал газету у пробегающего мимо мальчишки. И вот теперь мы бороздили белоснежные просторы Нижних земель.
К счастью, по пути нас никто не потревожил. Пара грузовых колонн прошла далеко в стороне, и ни одной не было дела до какой-то повозки. Город Вейр находился не так далеко от столицы, в дне пути к северо-западу, поэтому уже к вечеру на горизонте показалась знакомая скала.
Утёс Ветров.
Нишу у подножия за эти недели снова замело. Я, как и в прошлый раз, срезал сугроб воздушной волной. Перед серой глухой стеной барсы остановились и дальше идти отказались. Цент низко рыкнул, и упряжка тут же двинулась вперёд. Морда первого барса прошла сквозь камень, за ним вошли остальные, повозка и Цент. Мы покатили по широкому тёмному проходу внутрь скалы.
Подвесил над повозкой шар света. В городе было так же тихо, как и в прошлый раз. В пыли у въезда сохранились только мои следы, новых не прибавилось. Стук колёс и шаги барсов были слышны, наверное, на всех ярусах. На первой же широкой площадке я остановил упряжку и откинул полог.
— Приехали. Выгружайтесь.
Первым наружу вылетел Пырей. Завис в воздухе и медленно повернулся, разглядывая тёмные окна и пустые улицы. Борода у него встопорщилась.
— Сомнительное местечко, — заявил он.
— Сомнительное только потому, что необжитое, — я спрыгнул с передка. — Вообще никого нет. Вы хотели, чтобы вас оставили в покое? Вот. Вы пока единственные жильцы этого города. Выбирайте любой уголок. Что понадобится, достану.
— Темно, — продолжил перечислять Пырей. — Холодно. Деревьев нет.
— Свет будет, тепло будет, — я кивнул на повозку. — А деревья вы и сами вырастите. С вашими-то талантами. Или я что-то путаю?
Бородач ещё раз оглядел каменные ярусы, хмыкнул, но спорить не стал. Из повозки тем временем вылетали остальные пикси. Малявки разлетались по ближайшим улицам, заглядывали в тёмные окна и восторженно пищали. Всю жизнь просидели взаперти, а тут им целый город отдали. Ну хоть кому-то сразу понравилось.
— Вот, держите.
Я достал из кольца все имеющиеся артефакты климат-контроля и выставил их рядком на камень. Плоские диски в полторы ладони поддерживали тепло на довольно большом расстоянии вокруг себя.
К каждому диску тут же подлетело по десятку пикси. Покряхтели и утащили куда-то вглубь города. Следом я достал мешок семян. Вероятно, вырастить из них на мерзлой каменной почве у пикси вряд ли что-то получится, но кто знает, на что они способны. Всё же стихия жизни и не такое может. А если всё же не выйдет — достану где-нибудь почвы, и будем совсем другой разговор.
Мешок утащили так же, только пикси понадобилось раза в три больше. А писку было столько, будто я им сундук сокровищ выдал.
— Обживайтесь. Ну а я по делам.
— Иди уже, дылда, — проворчал Пырей мне в спину.
Дело у меня имелось только одно. Зато какое. Духи обещали мне высшую силу, и откладывать этот разговор я не собирался.
Барсов распряг и оставил у повозки. Цент разлёгся рядом присматривать за хозяйством.
До центральной площади добрался пешком. Писк за спиной постепенно стих — рой разлетелся по дальним кварталам, и вокруг снова стало тихо. Ряды скелетов на площади никто не трогал.
Прошёл между ними и остановился перед полукругом белокаменных статуй.
Воздух над постаментами задрожал, и появились четыре силуэта с голубыми глазами. Высокий сухой старик в центре — Иварен. Рядом недовольно морщилась Сэйра, чуть поодаль держалась Мейра. От четвёртого духа, Ирдана, даже на расстоянии чувствовался холод.
На этот раз духи вышли сами, но не все — оставшиеся три статуи так и стояли камнем.
— Ты кого с собой притащил⁈ — набросилась на меня Сэйра вместо приветствия. Старуха так скривилась, что я чуть не засмеялся. — В наш город! Целый рой какой-то мошкары! Да как тебе вообще в голову…
— Чего прицепилась, старая? — перебил я. — Город мой. Мы же договорились. Пикси тут никого не съедят, а пользы от них будет до хрена.
Сэйра на пару секунд даже замолчала от возмущения. Мейра, кажется, улыбнулась. По полупрозрачному лицу не очень-то разберёшь.
— И кстати, о договорённостях.
Я достал из кольца сложенную газету и развернул перед духами. Через всю полосу шёл крупный заголовок: «Победитель турнира». Ниже было изображено моё лицо, а под ним стояла подпись: Фальк из дома Вейр.
— Свою часть сделки я выполнил. Теперь все Нижние земли знают, что дом Вейр жив.
Все четверо уставились на газету. Лист выскользнул у меня из пальцев и повис в воздухе, медленно поворачиваясь. Даже Сэйра подлетела поближе, хотя всё ещё старательно делала вид, что ей неинтересно.
— Неплохо, неплохо, — протянул Иварен.
Я кратко пересказал всё, что случилось после нашей первой встречи — турнир, Наследие, карательный отряд, который прислали по мою душу. И добавил, что большая семёрка теперь наверняка меня ищет.
— Это очень хорошо, — Иварен выпрямился. Судя по голосу, он был доволен.
— Хорошо? — переспросил я. — На меня открыли охоту, если что.
— Значит, о тебе узнали не просто все, а именно те, кто должен был узнать. Ты оправдал наши надежды, человек.
— Ну, это приятно, конечно, — заметил я. — А что по нашей сделке?
— Дом Вейр своё слово держит, — отрезал Иварен. — С этого дня ты полноправный член дома, а значит, мы можем допустить тебя до нашей высшей силы. До прозрения.