Низ живота схватывает спазм. Я готова проломить этот гребаный умывальник. Впиваюсь в него пальцами и подаюсь задом в такт резкому вторжению Эзры.
Господи. Я в шикарном ресторане. В шикарном виде. И шикарно трахаюсь в туалете с самым шикарным мужчиной во всем мире.
И меня накрывает самый шикарный оргазм.
– Эзра! – дрожу я, прокусывая нижнюю губу до крови.
Снова ловлю его взгляд в отражении. Он темнее сгоревших лесов. Он безумнее того пламени. И я нахожу в нем себя.
Эзра проталкивается в меня до упора, и я чувствую, как внутри пульсирует его член. Едва он успевает вытащить, как сперма извергается на мою обнаженную ягодицу. Он тяжело дышит и целует меня в шею.
– Не двигай платье. Здесь нужно прибрать.
Эзра отматывает бумажные полотенца и аккуратно вытирает мое бедро.
– Какой заботливый, – усмехаюсь я.
– Смотритель ведь. За Пандой. – Он целует меня в губы и посылает испорченную бумагу в урну. – А теперь я должен тебя накормить.
– О нет, только не устрицы.
– Уверена? Я готов все это повторить еще раз.
Глава 4
Власть и доверие
Эзра
О моей основной работе не знает даже отец. Не знает Стен. Не знает никто, кроме Óдина. Но теперь знает Серена. И я поражаюсь, с какой легкостью раскрылся ей.
Я не думал ни секунды, когда покупал ей билет до Сан-Диего. Не думал ни секунды, когда посвящал Серену в свои дела.
Я очарован. Вердикт один. И, черт, от этого только сильнее рикошетит сердце. Мне чертовски нравится. Как будто я Клайд, а она моя Бонни[1]. Как будто она разделяет мое безумство, даже несмотря на то, что ей не понравились устрицы. Но самое главное, что мы оба получаем от этого кайф. Я видел это в ее глазах в отражении зеркала. Видел тот огонь, который охватывает и меня.
А сейчас, когда мы возвращаемся в отель и ее лицо озаряет самая прекрасная улыбка, я охренительно счастлив на этом дерьмовом клочке Земли.
Серена.
Основной ингредиент безумной эйфории. Не надо даже закидываться коксом. Меня прет, как будто я заядлый наркоман.
* * *
– Чтобы я еще раз встала на эти каблуки! – взвывает Серена, едва мы переступаем порог номера. – Ни за что! Как на них вообще ходят?
– Так что, выбрасываю? – Я подбираю пальцами пару босоножек Valentino и проворачиваю их в руках.
– Нет! – тут же кричит она и выхватывает свои туфли. – Ты что! Они же такие красивые.
– Вы, девушки, ненормальные создания. – Я заставляю ее бросить обувь на пол и притягиваю к себе за талию. – Ты ненормальное и самое прекрасное создание. И я хочу тебя в кровати. – Сжимаю ее сочную попку и тяну еще ближе к себе.
– У тебя сексуальное бешенство? – уворачивается от моего поцелуя Серена.
– Называй это как хочешь, но я слишком долго дрочил, думая о тебе.
– Что? – вспыхивает она и толкает меня в грудь. – Что ты делал?
– Дрочил, Серена. Знаешь… заходишь в душ, представляешь тебя, обнаженную, на моих коленях, с оттопыренной попкой, и член как-то сам кладется в руку. А потом: вверх-вниз.
– Ты отвратителен! – Она высвобождается из моих объятий, чем вызывает только смех. – Ты… – Потом останавливается и смотрит на меня в этом красивом и слишком сексуальном платье, которое хотелось содрать еще в туалете. Еще в этом номере, до того, как мы пошли в ресторан. – Ты правда это делал?
– О да, Панда. – Я снова заключаю ее в объятия, где ей самое место.
– Ты… – Серена робко опускает глаза в пол. – Представлял… меня?
Это говорит та самая девушка, которая стонала подо мной в туалете ресторана. Которая зазывающе смотрела мне в глаза в отражении зеркала, и последнее, что я там видел, – стыд. Его не было тогда. Почему он снова появляется сейчас? Она не должна меня стыдиться.
– Я представлял только тебя. Гребаную тысячу раз. Надо мной, подо мной. Лежа, стоя и сидя. На столе, в кровати, на полу, у стены, в моей тачке. Я представлял, как ты стонешь мое имя. Как прогибаешь спину, а я сжимаю в кулак твои волосы и притягиваю тебя к себе. Каждый раз, когда ты перечила, я представлял, как трахаю тебя. Каждый раз, когда дерзила, я думал, как накажу за каждое слово. Каждый раз, когда ты оказывалась рядом, я хотел только тебя. Всю тебя. – Я обхватываю ладонью ее затылок, запрокидываю голову и смотрю прямо в глаза. Там по-прежнему отражается стыд, но его уже начала вытеснять страсть. Желание, которое наполняет и меня. – Черт, Панда… – Втягиваю воздух сквозь зубы. – Ты правда не знаешь, насколько сексуальна, или просто издеваешься надо мной? Хочешь доказательств? Поверь, я не устану тебя убеждать. Мне слишком нравится это занятие.
Я толкаю ее к стене и прижимаю торсом так, чтобы она не могла даже пошевелиться. Обхватываю ее задницу и забрасываю стройную ногу на свое бедро.
– Чувствуешь? – шепчу в губы и упираюсь мощным стояком ей между ног. – Я завелся от одной мысли о тебе. И так происходит всегда. Только рядом с тобой я чувствую себя малолеткой, которым управляют животные инстинкты. Только рядом с тобой мой самоконтроль летит к чертовой матери. Ты вообще понимаешь, что творишь со мной, маленькая чертовка? – Я сжимаю под платьем ее ягодицы и резко дергаю на себя. Серена звучно выдыхает и задевает грудью мою рубашку. – Если да, то объясни мне, как заполучила власть надо мной? Как у тебя это вышло, Серена? Как так случилось, что я забываю, кто я такой, когда ты оказываешься рядом?
– Ты ошибаешься, Эзра, – шепчет она, не сводя с меня глаз, и я чувствую, как она дрожит. – Я не имею никакой власти. И тем более – над тобой.
– Прикажи, и я сделаю все, о чем попросишь. – Я склоняюсь к ее лицу и провожу большим пальцем вдоль скулы. – Только скажи. И ты увидишь, что я не лгу. – Моя вторая рука пробирается под ее трусики, и Серена пропускает слабый стон. – Все что угодно, Серена. Скажи вслух, и я выполню любое твое желание. – Прохожусь пальцами вдоль ее влажного входа и большим надавливаю на клитор. Серена тут же льнет ко мне еще ближе. – Чего ты хочешь? Скажи. Смелее. – Начинаю массировать промежность, плотнее прижимая Серену к стене.
Я хочу, чтобы она заявила о своих желаниях. Чтобы раскрепостилась. Хочу, чтобы поняла, насколько подвластен ей я. Хочу, чтобы со мной она не стыдилась себя, своих фантазий, мыслей, действий. Чтобы понимала, что я готов на все, лишь бы ей было хорошо. Во всем. Всегда. Я уже однажды передал ей власть на кухне Юджина. Но видимо, она подумала, что это все шутки. Но сейчас я хочу, чтобы она знала, что я не шутил тогда, как не шучу и сейчас. Я готов быть под ее контролем. Лишь бы она смело требовала еще.
– Серена. – Я касаюсь ее губ своими губами. – Мне продолжать? – Мой палец скользит вдоль клитора и застывает у входа.
– Да… – Чувствую ее сбитое дыхание на губах. – Но только языком. – Она впивается зубами в мою нижнюю губу и оттягивает ее.
Мать твою. Не знаю, отчего член стал пульсировать с такой силой: от ее слов или действий. Но эта смесь подрывает меня изнутри.
Я падаю перед ней на колени и забрасываю ее ногу себе на плечо.
– Хочешь, чтобы я вылизал тебя? – Смотрю на нее исподлобья и целую нежную кожу внутренней стороны бедра.
– Хотела еще в ресторане, – стонет она и запрокидывает голову, когда мои губы продвигаются выше.
– Тебе понравилось тогда, в Новый год, верно? – Я задираю ее платье и вот-вот оголю шрамы, но Серена тяжело выдыхает и сбрасывает ногу с моего плеча.
– Нет…
Платье опускается обратно вдоль стройных ног, а я медленно выпрямляюсь напротив нее.
– В чем дело? – Я был уверен, что мы уже перешли эту грань. Я был уверен, что она доверилась мне. Неужели я ошибался?
– Я не могу так… – Серена обтягивает платье еще ниже и резко уходит в спальню.
– Как «так»? – Спешу вслед за ней. Я не закончу этот разговор на такой ноте.