Дождаться, пока к нему придёт кто-то достаточно инициативный на фоне всех остальных и сумевший пробиться через длинную цепочку миров. После чего промыть ему мозги, превратить в послушного болванчика, сохранившего свои навыки и заставить работать на себя. Неплохой подход к вопросу кадров. Полностью исключающий нагрузку на самого себя.

Переубедить «инженера» у них не вышло и того пришлось прикончить. Зато они получили возможность изучить процесс создания монолитов, детально разобравшись в технологии функционирования. Которая на поверку оказалась не так уж и сложна.

Вся загвоздка была в том, чтобы точно переплести между собой необходимые символы. После чего напитать Столб нужным количеством меноса и цветной энергии. Дальше оставалось лишь доставить его до необходимого места, установить и активировать. Плюс пробросить коммуникационный канал.

Ради справедливости — на тот момент времени всё это показалось не таким уж и простым. Это сейчас, по прошествии почти года после того момента, схема казалась примитивной и абсолютно понятной. Как ни крути, за прошедшее время они успели повидать много всего разного. Не удивляясь уже практически ничему.

Особенно человеческой фантазии — как выяснилось, в других цепочках четыре финальные команды использовали совсем другие способы развлечения самих себя. Как им удалось понять, конкретный формат был связан с личностями лидеров всех четырёх групп. Плюс с уровнем ограничений, которые накладывал электронный управляющий на планете стратегов.

Сама она, в отличие от всех прочих команд, всегда оставалась неизменной. Виртуальный мир с одной и той же реальностью, в котором проходил чемпионат по знакомой им игре. Всё как под копирку — вплоть до названий континентов, городов и даже конкретных команд, участвующих в чемпионате.

Они прошли по каждой цепочке. Уничтожая, вычищая и освобождая. В том числе навестив миры, которые должны были быть захвачены.

Двадцать шесть планет с отдельными цивилизациями. На каждой из которых их появление произвело настоящий фурор. Чаще всего в негативном смысле — в двадцати пяти случаях первым делом их попытались убить. А кое-где понадобилось несколько десятков неудачных попыток, прежде чем вышло перейти к переговорам.

Франсуа принципиально не желал проявлять агрессию, даже в ответ на атаки. Сначала — исключительно защита. Оборона, дающая понять всем остальным, что пытаться противостоять не имеет никакого смысла. Потом — переговоры. И лишь дальше, после установления стабильного контакта, канадец допускал использование силы. В основном для того, чтобы навести порядок, покарать виновных и очистить планету от разрушительных элементов в виде местных жителей, заполучивших силу и съехавших с катушек.

Такой подход себя оправдывал. Им удалось установить контакт со всеми двадцатью шестью мирами и наладить что-то вроде дипломатических отношений.

Единственный нюанс заключался в том, что теперь об их существовании узнали все остальные легеры. Даже если нет, то совсем скоро окажутся в курсе. При этом предсказать их реакцию на гибель одного из бывших членов совета было сложно. Возможно, они даже не обратят на это внимания. А может быть, решат отомстить. Либо вовсе отринут старые уговоры и объединят усилия, чтобы справиться с неожиданными врагами.

Скорее всего, об этом стоило подумать, когда они выходили в первый населённый мир, но на тот момент Франсуа был слишком изумлён происходящим. Почему-то, двигаясь по всей цепочке, он искренне считал, что та оборвётся на одной из планет с золотой башней. Никак не ожидая подобного.

Хотя если посмотреть с другой стороны — он запросто мог остановиться на моменте, когда они вышли в промежуточный мир. Тот самый, в котором стояло двенадцать Серых Столбов. Плюс имелась зона выхода из монолита, рухнувшего на планету, подвергнувшуюся вторжению.

Да что там — каждый из их небольшого отряда мог бы заявить, что пора поворачивать назад. Однако никто этого не сделал. Как полагал канадец, по той причине, что все они размышляли точно так же, как и он сам.

Прямо сейчас команда расположилась на скале в одном сегменте цепи от промежуточного мира. Организовав что-то вроде пикника. Последние пару недель они только и знали, что круглосуточно занимались делами. Франсуа показалось, что всем требуется отдых.

— Я чё спросить-то хотел. А дальше как вообще будет? Мы у каждого из этих тоже Столбы рушить станем или как?

Повернув голову к Оливеру, который держал в руках стеклянную бутылку стаута собственного производства, Франсуа секунду помедлил. После чего улыбнулся.

— Дальше мы ткнём пальцем в один из Серых Столбов, пройдём через него и найдём ещё одного легера.

Валлиец пару мгновений посидел на месте, чуть склонив голову набок и рассматривая канадца.

Потом расплылся в широкой улыбке и оттолкнув Малыша, что пытался незаметно утащить кусок жареного на костре мяса, вытянул вперёд правую руку со сжатой бутылкой.

— Тогда предлагаю врезать пивка! На удачу, чтоб. И за конец правления легеров.

Миг и в воздух взметнулось ещё шесть стеклянных бутылок, которые соприкоснулись с лёгким звоном.

— За конец правления легеров.