К общежитию я подъехал около восьми. Припарковал машину, выпустил Тумана, дал ему прогуляться за гаражами минут десять и сделать свои собачьи дела, и поднялся к себе на этаж…

— Соколов! — радостно запрыгнула мне на шею Маринка. — А посмотри, кто к нам в гости приехал…

Она отодвинулась в сторону, открывая мне обзор, я заметил стоящий в углу комнаты знакомый чемодан, сидящую за столом девушку с ободранными коленками и удивлённо поскрёб затылок.

— Светка приехала! — объявила Марина. — Ну, чего стал как истукан? Заходи!

— Светка? — пробормотал я, закрывая за собой дверь.

— Светка! — подтвердила Марина.

— Э-э-э… — пытаясь потянуть время и сообразить, что к чему, проблеял я. — И надолго она к нам?

— До девятого мая. Девятого вечером уезжает…

— И где она жить будет? В смысле, спать?

— У нас! Мы ляжем на полу, а она кровать займёт.

— Ещё чего! Я кровать не отдам, — помотал я головой.

— Ну что ты ворчливый такой? Это же гости… — пристыдила меня Марина и тут же пошла на уступки: — Ладно, попрошу раскладушку у соседей… Ну и что вы как неродные? — глянула она на меня, затем на девушку за столом и снова на меня. — Знакомьтесь! Света — это Андрей, мой муж. Андрей — это Светка, моя младшая сестрёнка.

— У тебя есть сестра? — пробормотал я, глянув на слегка побледневшую и примолкшую Светку.

— Соколов, ты дурак? — удивлённо посмотрела на меня Марина. — И шутки у тебя дурацкие… Я тебе об этом тыщу раз говорила! А о том, что она сегодня приезжает, говорила неделю назад!

Точно… Отцу она, может, и говорила… Но всё равно, почему я о ней слышу в первый раз?

— Двоюродная сестра? — уточнил я, потому как родных у матери точно не водилось.

— Ну а какая ещё? — вытаращилась на меня Марина.

И всё равно странно. Ладно, я двоюродных родственников знал не очень. Но почему я даже не слышал о какой-то тётке Светке из села?

— А почему она на нашей свадьбе не была?

— Опять ты это начинаешь? — Марина закатила глаза под лоб. — Ну говорили уже об этом тыщу раз!

— Да?

— Да!

— И почему же? — не желал я так легко сдаваться.

— Потому! Муж её дурной в запой ушёл, детей не с кем было оставить… И хозяйство. Знаешь, какое у них хозяйство?

— Куры, кролики, корова… — перечислил я.

— Именно!

— А раньше мы почему с ней не встречались? — я упрямо пытался понять, как так вышло, что сестра матери и отец не виделись ни разу в жизни, а судя по тому, что Светка не признала меня на вокзале, они как раз и не виделись.

— Что за допрос, Соколов? — прищурилась Марина. — Я откуда знаю, почему вы не встречались? Ты вечно занят, тебе вечно некогда, вот мы к ним в гости и не ездили, а они к нам со своим хозяйством как приедут? Хорошо хоть, в этот раз её Васька отпустил… Ладно, мой руки и за стол. Ужинать будем.

— А что у нас на ужин? — обречённо вздохнул я, двинувшись к закутку с импровизированной раковиной в виде миски и ковшика с водой.

— Вареники с картошкой и сметаной…

— Вареники — это хорошо…

— А Светка нам, знаешь, что привезла? — весёлым голоском поинтересовалась у меня за спиной Марина.

— Сало, картошку и утку? — «угадал» я.

— Откуда ты знаешь? — удивлённо вытаращилась она на меня. — А! Опять эти твои шуточки… Но ты угадал, как ни странно…

Угу… Угадал…

Я сполоснул руки, сел за стол, ещё раз мельком глянул на исподтишка посматривающую на меня гостью и вздохнул. Да уж… Ситуация…

— Ты представь, как эта дурёха добиралась до нас, — расставляя на столе тарелки и столовые приборы, защебетала Маринка. — Сначала с железнодорожного вокзала на центральную автостанцию — а это, на минуточку, в другом конце города! А потом уже с автостанции к нашему общежитию двумя пересадками. Хотя, могла сразу с ж/д до нас доехать одним маршрутом. Это ж какого ты кругаля дала? — укоризненно посмотрела она на свою младшую сестрёнку.

— Как помнила, так и ехала, — буркнула Светка, бросив на меня косой взгляд. — У вас тут в городе чёрт голову сломит…

— Могла бы такси взять, — вздохнула Марина, накладывая по тарелкам горячие вареники с жареным луком. — Тем более, транспорт в воскресенье вечером так себе ходит. Тебе ещё повезло, что не пришлось ночевать на остановке.

— Я ваш адрес не помню. Помню только, на каком маршруте ехать и где выходить…

— Ладно, давайте есть уже, а то остывает, — покачала Марина головой, ставя на стол банку солёных огурцов, графин с чем-то горючим и три небольшие стопки. — За встречу нужно выпить! — объявила она, усаживаясь слева от меня…

Ужин прошёл за болтовнёй двух давно не видевшихся сестёр. Марина что-то тарахтела, Светка рассказывала о жизни в селе, а я ковырял вилкой в тарелке, благоразумно отказавшись от спиртного.

Девчонки выпили по одной, закусили варениками, потом пропустили ещё по рюмашке и размякли…

Минут через двадцать Марина собрала со стола пустые тарелки, цыкнула на сестрёнку, порывавшуюся помочь, и пошла мыть посуду на общую кухню.

— Сейчас чайник поставлю, попьём чайку с печеньем, — объявила она и скрылась в коридоре.

Мы со Светкой переглянулись, я отсел от неё от греха подальше, и задумчиво уставился в окно.

— Ты муж Маринки⁈ — первой не выдержала и нарушила молчание Светка.

— А ты её сестра? — не менее возмущённо выдал я.

— Чёрт! — выругалась девушка. — Не говори ни слова о… о том, что было. Меня Васька из дома выгонит, если узнает.

— Ты о том поцелуе? — усмехнулся я. — Когда ты мне свой язык в горло засунула?

— Андрей! — зашипела девушка, покосившись в сторону двери. — Ну пожалуйста! Не говори…

— Да я как-то и не планировал, — буркнул я. — Не в моих интересах, чтобы Марина об этом узнала.

— Да Маринка-то у тебя хорошая, поругает и простит, — вздохнула Света. — Не то, что мой Васька.

— Ну да, конечно… — хмыкнул я…

И всё равно странно, что я о ней ничего не слышал. Тётка Светка из села… Хм… Даже не шелохнулось ничего. Почему? Да я даже парочку троюродных братьев матери могу назвать, а её сестру нет. Странно…

— А фамилия твоя как? — подозрительно глянул я на притихшую девушку, жующую солёный огурчик из банки.

— А зачем тебе?

— Это у него профессиональный интерес, — ответила за меня Марина, вошедшая в комнату с горячим чайником в руке. — Любит Соколов везде свой нос совать. Если бы ещё запоминал хоть что-то… — вздохнула она. — А то — тут помню, тут не помню…

— Минаева моя фамилия, — сжалилась надо мной Света.

Хм… Минаева… Гражданка Минаева Светлана Николаевна, тысяча девятьсот пятьдесят седьмого года рождения, проживающая по адресу улица Весенняя, дом тринадцать? Дерьмо!

Я удивлённо глянул на притихшую Светку, посмотрел на Маринку, разливающую чай из зверобоя по чашкам, и отвернулся к окну, пытаясь скрыть наверняка заметно пришибленное выражение своего лица.

Светлана Минаева… Я знал это имя. Она стала жертвой одного из орловских маньяков и была убита девятого мая в лесополосе возле железнодорожной станции в Орле, возвращаясь от сестры последней электричкой домой, в своё село…

Дерьмо! Так это моя тётка? Почему мне мать об этом не рассказывала, и почему в деле этого не было? Хотя, понятно почему. Матери вспоминать это было не очень приятно, наверняка она винила себя в её гибели. А в деле были только близкие родственники — муж, дети, родители…

Но почему следователь не указал, от кого возвращалась гражданка Минаева и у каких именно родственников гостила? То ли я так невнимательно изучал дело жертвы, то ли следователь слишком халатно и небрежно отнёсся к расследованию. Да уж…

Ну теперь хоть стало понятно, почему я о ней не слышал. Это не та история, которую рассказывают за семейным столом. Такое вообще стараются не вспоминать. И, кажется, я догадываюсь, почему отец воспринял это дело, как личное. К ним в гости приехала сестра жены, побыла несколько дней, а потом её нашли мёртвой. Отец будто не смог её уберечь, вот и гонялся за призраком. Догонялся на свою голову… Хотя, не факт. Может это была одна из причин, которые толкнули его на поиски убийцы, а может он вообще вышел на маньяка случайно. Кто его знает.