Мы подошли друг к другу, и он внимательно посмотрел на меня. В его взгляде я ничего не могла прочесть. Передо мной стоял просто спокойный мужчина.

— Марья Арсеньевна, – произнёс он официально и чуть поклонился.

— Гайдар Бекович, – ответила я тем же тоном.

Мы стояли друг напротив друга и молчали, а потом он протянул мне букет.

— Это вам, – проговорил он.

Я взяла цветы и поднесла их к лицу, вдохнула запах лета, и прошептала:

— Спасибо.

Он кивнул.

— Прогуляемся? – предложил Гайдар.

И мы пошли по аллее.

Я ждала, что он начнёт говорить, скажет что-то важное. И как обычно будет уговаривать меня, убеждать, что нужна ему, а он мне. И прочее бла-бла-бла. Короче, всё, как всегда.

Но он молчал, просто шёл рядом, смотрел вперёд и молчал.

И это молчание было мне незнакомым.

Я не выдержала первой.

— Я... Знаешь, я не знаю, что сказать.

— Своим побегом ты сказала достаточно, – произнёс Гайдар.

Мы снова замолчали и прошли ещё немного. Остановились у старого дуба. Он посмотрел на меня и заговорил.

— Марья, – начал он. – Я хочу сказать тебе то, что должен был давно сказать.

Ну вот, началось. Всё так предсказуемо. Я кивнула, мол, давай, говори.

— Я прошу прощения, – произнёс он. – За свои слова и что накричал. За всё.

Я его слушала.

— Поверь, я так не думаю, – продолжил он. – Эти слова были брошены в порыве гнева. Я был зол на тебя, на себя… да что там, на весь мир. Я сорвался…

Он замолчал, посмотрел на меня, прямо в глаза и мягко добавил:

— Но это не оправдание.

Я кивнула. Не потому, что соглашалась, просто я совершенно не знала, что ответить.

— Я не буду больше настаивать, – проговорил он, продолжая смотреть в мои глаза, словно пытался проникнуть прямо мне в душу. – Я не буду давить и требовать. Я не буду тебя уговаривать. Ты сама решишь, как быть дальше, сама выберешь свою судьбу. Я приму любое твоё решение.

Он снова замолчал, потом взял мою руку, очень осторожно, будто боялся, что я её отдёрну. И нежно поцеловал.

А потом достал из-за пазухи конверт и вложил его в мою руку.

— Прочти это письмо чуть позже, пожалуйста, – попросил он, отпуская мою руку. И сделал шаг назад.

Я в недоумении посмотрела на конверт.

— Стой, я не понимаю… – начала я.

Он лишь покачал головой, развернулся и ушёл, не оборачиваясь.

Я стояла с букетом в одной руке и конвертом в другой. И смотрела, как он уходит.

И тут до меня дошло.

Он ушёл! Просто взял и ушёл!

Я стояла в Летнем саду и чувствовала себя как дура.

Мы ведь вообще ни о чём не поговорили! Он не стал ждать моего ответа. Он вообще ни о чём не спрашивал!

Что это вообще значит?!

Я посмотрела на конверт и почувствовала, как внутри закипает обида.

От злости бросила букет на скамью, и он свалился на землю, я не стала его поднимать. Я села на скамейку и раздражённо вскрыла конверт.

Внутри было письмо и небольшой ключ.

Я развернула письмо и начала читать.

«Марья, отныне ты сама решаешь свою судьбу. Я не буду тебе указывать и что-либо запрещать. Ты свободна. Делай, что хочешь. Живи, как хочешь. Люби, кого хочешь.

Но знай одно, я всегда буду рад тебе помочь, в любой ситуации. Если тебе что-то понадобится, знай, я рядом. Если тебе нужна будет защита, я приду. Если тебе нужна будет помощь, я помогу. И всегда буду на твоей стороне.

Я улажу дело со свадьбой с твоим отцом, не волнуйся. Он не будет тебя принуждать. Я всё ему объясню, и он поймёт. Не станет гнаться за тобой и требовать от тебя срочно выходить замуж за меня или кого-то другого.

И ещё кое-что… Не дело, что ты и Зарема живёте в гостинице. Для незамужних девушек это очень неприлично. Вот ключ от квартиры на Моховой, дом двенадцать, квартира три. Слуги предупреждены. Переезжайте с Заремой туда и живите, и ни о чём не волнуйтесь.

Денежные средства для тебя и Заремы тоже в квартире, найдёшь в столе. Это не подачка, а помощь, ничего больше.

Я не жду от тебя ответа. Ничего не жду. Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

Гайдар».

Я вообще ничего не понимала. Мы же должны были поговорить!

Почему он не сказал всё это мне в лицо?! Он струсил что ли?

В письме пишет, что я свободна.

Я чувствовала себя странно.

Я всю жизнь была одна, всегда сама решала свои проблемы, и сама зарабатывала деньги. Я строила свою жизнь сама и не нуждалась ни в чьей помощи и защите. Я всегда была сильной, независимой и самодостаточной.

А теперь...

Знаете, я не почувствовала благодарность. Не ощущала облегчение. И радости тоже не было.

Я почувствовала сильную злость.

Он не стал за меня бороться! Он взял и отпустил меня! Я привыкла, что он не сдаётся, а сейчас он сдался. Оказалось, это очень обидно.

Я знаю, что глупо звучит, ведь я сама просила его отстать от меня и так отчаянно хотела свободы.

Но теперь я почувствовала себя ненужной. Как будто он просто устал бороться, и этот факт меня обескураживал.

Я сидела на скамейке, смотрела на уток и чувствовала, как глазам подступают слёзы.

Господи, что со мной не так? Почему я всегда всё усложняю? Почему не могу быть просто счастливой?

И я вспомнила его лицо, глаза и голос, и его поцелуй на моей руке.

Он любит меня.

Да и что врать самой себе? Я ведь тоже его люблю.

Я долго ещё сидела. Люди проходили мимо, листья падали, а я бездумно сидела. Мне было плохо на душе.

А потом встала, подняла букет и пошла домой.

* * *

— Зарема! – крикнула я, когда вернулась. – Я дома!

Она вышла из комнаты. В руках держала книгу.

— Ты чего такая? – спросила она. – Как будто тебя князь бросил.

Я нахмурилась и кивнула.

Зарема округлила глаза.

— Погоди… Что? – обалдела она.

Я ей кратко всё рассказала.

Зарема выслушала и выдала:

— Ох, ничего себе.

— Вот именно, – вздохнула я.

— И что ты будешь делать?

— Я не знаю, – развела я руками и всхлипнула.

— А что ты чувствуешь?

— Я не знаю.

— Марья!

— Зарема! Отвали от меня! – воскликнула я, вскакивая с места и расхаживая по комнате, как загнанный зверь. – Я не хочу, чтобы вот так… Я не хочу, чтобы он и я… Точнее, я хочу… Боже, я не знаю!

Зарема помолчала, потом проговорила:

— Знаешь, что я думаю?

— Что? – прошептала я и остановилась напротив неё.

— Марья, я думаю, что ты дура.

Я уставилась на неё.

— Чего?

— Дура ты, – повторила Зарема. – Он тебя любит, и доказал свои чувства ни один раз. Он всегда был рядом, защищал тебя. Он шёл за нами. Наш князь дал тебе всё, что ты просила. Свободу, выбор, время, а ты сидишь тут и не знаешь ничего. Всё ты знаешь.

— Зарема...

— Я не закончила, – перебила она резко. – Ты боишься, вот в чём дело. Ты боишься чего-то. Но знаешь, что самое важное?

— Что? – вздохнула я раздражённо и села рядом.

— Он не вернётся. Князь изменился. И если ты оставишь всё, как есть, это будет твоя самая большая ошибка в твоей жизни. Он тебе нужен как вода и воздух. И ты ему нужна. Но князь не виноват, что полюбил дуру.

Я сидела и молчала, и понимала, что она права.

Это правда, я люблю Гайдара и всё это время я очень скучала по нему и по его любви.

Я растёрла лицо, будто умылась и призналась:

— Ты права, Зарема. Я приехала сюда, чтобы стать врачом в полном смысле этого слова. Чтобы всё законно и правильно было. Но… я не могу без него, и не хочу без него.

— Так скажи ему, – пожала плечами Зарема. – Напиши или сходи к нему, ты же знаешь адрес. Сделай что-нибудь и не сиди тут, и не страдай, как дура.

Я посмотрела на эту дикую, гордую и неукротимую девушку, которая стала мне сестрой, которая всегда говорила правду и кивнула.

— Ты права, – согласилась я.

— Я всегда права, – фыркнула она. – Иди уже к нему.

Я ей улыбнулась, а потом спросила: