12 октября. Утром рано пошел в академию, где работал над последними картинами для великой княгини Марии. Вернулся домой, потом навестил больных друзей.

16 октября. Ничего нового за прошедшие дни, ко мне приходил г-н Рисс: он дал мне дальнейшие инструкции касательно энкаустики, моего главного занятия в эти дни согласно приказу императора.

19 октября. Сделал кое-какие заметки по технике энкаустики и прочитал некоторые книги на эту тему. Обедал у Орловых; и у них в библиотеке искал книги, в которых было бы что-нибудь про эту, совершенно для меня новую технику.

Днем был у адвоката Дубецкого, к которому был приглашен на обед. Навестил г-жу Трибаудино, она, как всегда, очень тепло меня приняла и была очень со мной любезна. От нее я узнал, что вдова графиня Браницкая вот уже восемь дней в Петербурге.

20 октября, среда. Работал у Виги. Перед этим был у графини Браницкой: выразил свои соболезнования. Еще мне удалось уладить дела Маркезини с его мраморными бюстами, которые он начал делать у Браницких.

С 21 по 24 октября. Все эти три дня искал возможности обучиться энкаустике.

Козрое Дузи. Святой Константин для Исаакиевского собора

25 октября. Посетил бедного старшего Виги: он по-прежнему болен; потом был у своего друга Сакки: весь день работал за него ради его скромных заработков.

С 26 по 30 октября. Работал все над теми же эскизами, но на улице ужасно темно, да и рабочие у меня дома не дают мне серьезно работать.

31 октября. Закончены работы в доме (чтобы отделить совершенно мою квартиру от хозяйской). Затраты мы поделили с хозяином дома. Поэтому весь день вместе со слугами убирали и приводили в порядок квартиру и расставляли мебель.

1 ноября 1843 года. Начал писать Николая Угодника и голову Иисуса для картины по заказу императорского кабинета. От г-на Юнкера мне принесли серебряные изделия, которые я заказал ему и заплатил наличными 771 рубль 64 копейки ассигнациями.

2-3-4 ноября. Все те же работы, заказанные мне, и в то же время продолжаю готовиться к опытам с энкаустикой.

5 ноября, пятница. Вот уже несколько дней как мост над Невой разведен, чтобы лед с Ладоги мог пройти. Вечером был в итальянской опере: граф Орлов прислал мне билет — я сидел в его кресле в первом ряду партера. Давали «Отелло»; пели: Рубини, Тамбурини,[253] г-жа Гарсиа-Виардо[254] пела божественно.

6 ноября. Хотел начать делать энкаустику, но мне не хватало лавандовой эссенции, но, поскольку мост разведен, я не смог тут же отправиться за нею.

Воскресенье, 7 ноября. Наконец-то смог начать работу над энкаустикой. Сделал набросок головы с этюда, сделанного накануне.

8 ноября. Продолжил эскизы для Исаакиевской церкви. Был у барона Хёрта,[255] большого любителя пейзажной живописи, но картины в его коллекции весьма посредственные. Вечером был приглашен Гийонами в их ложу: в оперном театре давали «Норму». Сегодня вечером написал небольшую голову Иисуса Христа по заказу Его Императорского Величества.

11 ноября. Все теми же эскизами занимался весь день (чрезвычайно короткий и темный).

13 ноября. Сегодня меня вызвали на комиссию Исаакиевской церкви: я подписал условия, на которых буду работать над заказанными мне картинами.

15 ноября. Комиссия Исаакиевской церкви предписала мне принести законченные эскизы, которые я сделал для этой церкви; поэтому весь день доводил до ума начатые эскизы, чтобы показать их комиссии. Был у г-на Монферрана: он сказал мне прийти в среду, когда соберется вся комиссия.

17 ноября. Сегодня показывал комиссии свои эскизы: те, что уже сделаны, и те, что я только начал. Затем меня заставили долго ждать, а потом объявили, что эти рисунки надо показать императору; через несколько дней я узнаю его мнение.

18 ноября. Сегодня получил приглашение на вечер к Гийонам: завтра именины г-жи Гийон, я принял приглашение; позже получил другое: на обед к графу и графине Орловым. Извинившись перед Гийонами, обедал у Орловых. Затем зашел к барону Хёрту; вечер провел у Гийонов.

22 ноября. Меня вызвал к себе Монферран. Пошел к нему. Он вернул мои рисунки, просмотренные императором, и указал некоторые изменения в стиле, которые мне надлежит сделать. Г-н Монферран сказал, что Его Величество желает, чтобы картина была в греческом стиле. Еще Его Величество сделал несколько замечаний по вышивке на одеяниях Девы Марии и Спасителя. Еще мне надо сделать изменения в композиции «Снятия с креста», чтобы картина была в греческом стиле, как того желает император.

С 25 до 29 ноября рисовал и менял все эскизы согласно воле императора, но немыслимая, почти кромешная темнота сильно затрудняет работу. Так или иначе, все эти дни практически не выходил из дома: работал.

30 ноября. Забрал копию с портрета графа Орлова, которую я делаю за свой счет; работал с большим подъемом, поскольку хочу побыстрее ее закончить.

2 декабря. Сегодня снова много работал. Посетил барона Хёрта и несколько других друзей. Обедал и остался на вечер у Орловых: у них показывали физические опыты.

3 декабря. Продолжил работать над копией портрета графа Орлова; обедал у Гийонов и вместе с ними отправился на итальянскую оперу: мы слушали «Лючию ди Ламмермур» с Гарсиа, Рубини и Тамбурини.

Воскресенье, 5 декабря. Закончил копию портрета Орлова, вставил в раму и повесил на стену в своей комнате.

6 декабря. День святого Николая, именины императора и сына Орловых. Утром ходил за подарком. Искал долго и наконец купил у г-на Вельбена английскую книгу: виды Афганистана во время прошлогодней войны[256] за 135 рублей. Послал ее графу Николаю с поздравительной открыткой; обедал у них; подарок очень понравился.

Козрое Дузи. Тайная вечеря для Исаакиевского собора

7 декабря. Начал работать над копией портрета графа Браницкого; пошел навестить своего друга Виги: он все еще болен.

8 декабря. Получил письмо от жены, от матушки и еще от моей малышки Пальмиретты. Кажется, матушка чувствует себя лучше.

9 декабря. Купил великолепную, персидской ткани накидку для стола. Денег не хватило, сразу не мог заплатить.

11 декабря. Продолжил свою работу, потом был в Эрмитаже: хотел посмотреть, в порядке ли моя картина, которую я рисовал в прошлый понедельник. Обедал у Орловых, и после обеда графиня подарила мне чудесный серебряный поднос ценою никак не меньше 700 рублей.

13 декабря. Утром работал дома, потом пошел в Эрмитаж продолжить копию Рафаэля, которую я делаю по заказу императора. К сожалению, так темно, что работал мало.