2 декабря. Как обычно, работал над эскизами, потом ко мне пришла г-жа Архиреева, и вместе с ней мы отправились знакомиться с одной семьей из Вероны: они делают вещицы из стеклопряжи, одежду, басонные изделия,[212] шляпы, обувь и прочее, относящееся к одежде. Впервые обедал в табльдоте у г-на Дюмэ.[213] Продолжаю брать уроки русского языка.

3 декабря. Снова обедал у Дюмэ еще и потому, что смог поговорить с г-ном Ефимовым о кое-каких делах, касающихся художественных проектов, очень для меня заманчивых и уже начатых. Вечер провел у Левотовых, где было невыносимо скучно.

4 декабря. Был у Мартыновых с эскизами и получил от них заказ; затем поехал в академию забрать свои картины, которые были на выставке. Подарил свою картинку «Баварка» инспектору академии Крутову.

Воскресенье, 6 декабря. Обедал у графа и графини Орловых: сегодня День святого Николая — именины молодого графа; я подарил ему книгу Лафатера «Физиология».[214] Провел очень приятный вечер у графа Толстого.

Козрое Дузи. Этюд. Мужская фигура

7 декабря. Утром был у своего друга Кавоса, и вместе мы поехали к генерал-адъютанту Адлербергу:[215] показал ему эскизы к портрету Его Величества императора, которые ему очень понравились. Потом был у г-жи Свидерской с моделью рамы для их портрета. Обедал у г-на Дюмэ, где познакомился, наконец, с г-ном Тоном, он был очень со мной любезен. Мы выпили шампанского с ним и г-ном Ефимовым, и он пригласил меня к себе. Две недели подряд, до позавчерашней субботы, в Петербурге стояла теплая погода: все время два-три градуса. Вчера был минус один, сегодня — минус 15 на Неве и минус 12 в городе; к вечеру в городе было минус 14, а на Неве — минус 18.

8 декабря. Реставрировал маленькую картину Каналетто, принадлежащую графине Ольге, и немного подправил портрет графа Браницкого. Обедал у Орловых и вечером отправился на концерт г-на Тамброни: среди прочих дам пела дочь моего друга Фрейганга и пела очень хорошо.

9 декабря. Утром был у архитектора Тона, но не застал его дома и ограничился тем, что оставил ему визитную карточку. Затем навестил своего друга Негри, который когда-то обещал представить меня архитектору г-ну Монферрану.

10 декабря. Снова был у г-на Тона и в этот раз застал его дома. Он принял меня очень хорошо и обещал мне заказы для его церквей.

Потом поехал к Мартынову поговорить о портрете дочери и потом — в Эрмитаж, там получил портрет императора, буду делать с него копию для г-на Ольденбургского. Мороз, достигавший вчера минуса 18, спал, и сегодня было почти два градуса тепла.

11 декабря. Утром был у архитектора Штакенберга и гардеробмейстера великой княгини Елены, забрал обратно портрет великого князя Михаила, дабы не пропал холст. Занимался реставрацией картины Каналетто, принадлежащей Вендрамини.

12 декабря. Как и вчера, занимался реставрацией; Мартынов впервые мне позировал; лег спать с необъяснимым чувством тревоги.

13 декабря. Тревога не оставляет меня. Температура воздуха — два-три градуса, полная темнота.

14 декабря. Беспокойство ни на миг не оставляет меня, и главная тому причина в том, что мне с трудом удается получить причитающиеся мне деньги, а ведь я должен посылать их семье. Работал над портретом великого князя Михаила: внес некоторые изменения. Сегодня видел дрожки: снег снова растаял.

15 декабря. Ко мне приходил друг семьи Мартыновых, армянский князь Багратион. По-прежнему тепло и все же так же темно.

16 декабря. Утром ходил в академию, чтобы забрать портрет князя Браницкого и перевезти его домой, но из-за сильного ветра этого сделать не смог. Впервые был на обеде у Архиреевых, встретил там много итальянцев, было очень весело. Г-жа Елизавета по происхождению итальянка, и ей доставляет удовольствие видеться со своими соотечественниками. По-прежнему темно, это еще усиливает мою тоску.

17 декабря. Сегодняшний день был довольно скучным. Был у Свидерских в надежде получить деньги за портрет, но, к сожалению, не застал их дома. Совершенно не мог работать: темно, да и лень одолела. Обедал в гостинице с Маркезини и вечером бродил по городу.

18 декабря. Сегодня снова было совершенно невозможно работать. Сделал кое-какие эскизы, потом был в академии, а вечер провел у г-на Тона: у него собрались самые известные художники Петербурга. Сначала играли в карты, потом говорили об искусстве, и в два часа ночи был обед. В три разошлись по домам. Сегодня вечером термометр упал до одного градуса и шел сильный снег.

20 декабря. Много работал над эскизами к картинам для иконостаса великой княгини Марии. Снова был в новой церкви г-на Тонаи восхищался ее красотой.

Любовался образами. Вечер, как обычно, провел у графа Толстого.

21 декабря. Рано утром был в академии у Довицьелли, как мы договаривались: я должен был переложить этюды «Распятия» на холст, но он куда-то уехал.

22 декабря. Сегодня я его заста л на месте, и мы положили этюды на холст; затем я поехал к г-ну Монферрану; он торжественно пообещал, что даст мне серьезные заказы для Исаакиевской церкви, когда наступит время.

24 декабря. Канун Рождества. Как и вчера, весь день проработал; потом навестил своего друга Кавоса. Обедал у Гийонов, вечер провел у них же.

26 декабря. Был на обеде у графа и графини Орловых: сегодня день рождения графини Ольги; вечер провел у Сакки.

27 декабря. Поехал в Царское Село и Павловск и там пообедал у Трибаудино; вернувшись в город, переоделся и поехал на вечер к графу Толстому; было довольно весело.

28 декабря. Утром был у своего друга Понжи, банкира, и из хорошего расположения к моему дорогому другу Альберто Кавосу он оказал мне услугу: под мое честное слово выплатит моей жене в Венеции 1500 франков.

29 декабря. Отнес г-ну Понжи письмо для жены; обедал у Орловых, граф Орлов сказал мне, что г-н Анатолий Демидов[216] желает познакомиться со мной и в следующее воскресенье ждет меня у себя дома.

31 декабря. Обедал у Орловых, вечером посетил своего друга Фрейганга; новый год начал у графа Толстого.

Пятница, 1 января 1843 года. Рано утром отправился отдавать визиты вежливости: графу и графине Орловым, князю Волконскому, графу Клейн,[217] Михаилу Ефимову и всем тем известным художникам, с которыми в будущем рассчитываю иметь деловые отношения: г-ну Монферрану, г-ну Тону, Брюллову, графу Толстому, а также друзьям: Кавосу, Гийонам, Вендрамини, Свидерским.

С г-ном Монферраном имел долгую беседу о живописи в Исаакиевской церкви, и, мне кажется, он всерьез намерен дать мне заказы. Обедал у Гийонов, днем немного вздремнул и, переодевшись, отправился, как всегда по пятницам, на вечер к архитектору Тону; встретил там двух архитекторов — Брюллова[218] и Штакенберга.[219] Вернулся домой в 4 часа ночи в субботу.