Блеснули ласты – Данте нырнул, и поверхность океана вновь опустела.

Чарли бросил взгляд на часы.

– Как думаете, на сколько времени Данте умеет задерживать дыхание? – спросил он Элеонор.

– Думаю, от четырех до восьми минут, – ответила она. – Мировой рекорд – почти двенадцать.

– Хотел бы я знать, что творится там, внизу, – пробормотал Чарли.

Он снова посмотрел на часы. Тридцать секунд. Почему тридцать секунд тянулись целую вечность?

Время еле-еле ползло.

– Прошло уже четыре минуты, – сказал Чарли.

В его животе заныло от тревоги. Что, если дайверы с другой лодки собираются украсть ящик?

Чарли огляделся. Он вдруг понял, что там, на глубине, могло происходить что угодно. Воображение населило невидимый подводный мир большими белыми акулами и дайверами, которые дрались друг с другом, как в старых фильмах про Бонда.

– А вот и наша береговая охрана, – сказал Бернард, и Чарли уловил усиливающийся рев двух подвесных моторов.

– Шесть минут, – пробормотал он.

Интересно, есть ли у Данте родственники? Чарли пришел к выводу, что нет, и похолодел.

Когда прошло семь минут, Элеонор сказала:

– Вон там.

В пятидесяти метрах показалась маленькая темная фигура.

– Это ваш парень, – сказал Бернард.

– Почему он не плывет к нам? – удивился Чарли.

Фигура, казалось, почти не двигалась. Или, может, так казалось из-за волн.

– Потеря сознания при всплытии, – пояснил Бернард. – Часто случается. У фридайверов заканчивается кислород, и они отключаются.

– Держи.

Элеонор сунула Чарли длинный красный пластиковый буек.

Он непонимающе на нее уставился.

– Давай же, – сказала Элеонор. – Плыви к нему. Проверь, все ли с ним в порядке. – Чарли застыл на месте, и она пристально взглянула на парня. – Если сам не можешь – скажи. В таком случае поплыву я.

Элеонор наклонилась и начала развязывать ботинки.

– Нет, нет, – очнулся Чарли. – Я сам.

Он стянул свитер и брюки, поежившись от прохладного морского воздуха. Уже сидя на краю лодки, сжимая в руке буек, он замешкался. Перед ним простирались глубокие изумрудные воды океана. Детский ужас перед водой накрыл его с новой силой и парализовал.

«Давай же, – приказал он себе. – Прыгай!»

Чарли неуклюже сиганул в воду, подняв тучу брызг, и поплыл к Данте, судорожно молотя руками по воде.

– Эй! – крикнул парень, добравшись до места. – Данте!

Крупный мужчина покачивался на воде, его глаза были закрыты. В панике Чарли начал трясти его за плечо.

– Данте! Очнитесь!

Очень медленно Данте открыл глаза. Взгляд сонный, отсутствующий. Совсем не похожий на его обычный взгляд. Затем моргнул и посмотрел на Чарли. С ледяным спокойствием Данте поднял правую руку, сложив большой и указательный пальцы в букву «О».

– Я в порядке, – сказал он.

Оказавшись на лодке, Данте рухнул на скамью. На запястье у него болтался кусок веревки.

– Что произошло? – спросил Чарли.

– Там был дайвер с ROV, – ответил Данте.

– Что это?

– Дистанционно управляемый аппарат, – пояснил Данте. – Они забрали ящик.

Чарли почувствовал, как внутри все оборвалось.

– Веревка была обмотана вокруг ящика?

– Да. Но у меня кончился воздух, и я не успел ее перерезать. Плюс там был дайвер.

Данте пожал плечами, словно в подводной драке без акваланга не было ничего особенного.

– Лодка дайверов!

Чарли вскочил как ужаленный, вглядываясь в то место, где находилась лодка. Теперь она превратилась в маленькую точку, быстро направляющуюся к порту. Он все пропустил, пока плыл к Данте.

– Значит, ящик на той лодке, – сказала Элеонор.

– Да, – ответил Данте.

Это было сказано столь будничным тоном, что Чарли захотелось схватить его за плечи, потрясти и закричать: «Вы чуть не умерли! Будьте осторожнее». Правда, как-то нелепо думать, что удастся тряхнуть такую гору мышц, но все же.

– Думается мне, – начал Бернард, – этот наш совместный выход в море – последний. Мы еще не начали рыбачить, а кто-то уже чуть не умер.

– А вот и береговая охрана, – сказала Элеонор, поджав губы. – Веселый нам предстоит разговор.

Данте с трудом встал на ноги.

– Пойду переоденусь.

Пошатываясь, он направился в каюту.

Чарли проводил его взглядом. «Данте едва не погиб, пытаясь достать ящик с останками моего отца, – подумал он. – Надо как-то его отблагодарить». И у Чарли появилась идея.

Элеонор наблюдала за приближающейся лодкой береговой охраны, солнечные очки защищали ее глаза от яркого света.

У штурвала стояла Джастин, а рядом с ней – инспектор Эйвери. Красная куртка начальницы береговой охраны полыхала в лучах полуденного солнца.

Они поравнялись с судном Бернарда. Кранцы, сжавшись между бортами, скрипнули, после чего закрепили кормовой и носовой швартовы. Чарли, кажется, был совсем не против остаться на носу – возможно, чтобы лишний раз не пересекаться с инспектором.

Джастин и Эйвери ловко перебрались на борт – видно, что им это было не впервой.

– Боюсь, мы столкнулись с проблемой, – сказала Элеонор.

– Сегодня, кажется, у всех день не задался, – с улыбкой произнесла Джастин. – Мы добрались до острова Роубэк, но никого не нашли: либо потерпевшее бедствие судно само починило двигатель и не сообщило нам об этом, либо это был розыгрыш. – Ее лицо помрачнело. – За ложные вызовы полагается крупный штраф, и если мне удастся найти того, кто это сделал, он непременно его заплатит.

– И в чем же заключается ваша проблема? – спросил Эйвери.

– Два часа назад Данте нашел ящик с лодки Эдриана на глубине у той скалы, – сказала Элеонор, указывая на остров. – К сожалению, ящик забрали.

Эйвери нахмурился.

– Если вы вытащили меня сюда просто так…

– Да бросьте, – отрезала Элеонор. – Вы и правда думаете, что я бы стала тратить время на такой дешевый спектакль? Еще час назад ящик был там. У береговой охраны случилась заминка из-за ложного вызова. Затем в ста метрах от острова встала на якорь какая-то лодка и подняла дайверский флаг. Данте вновь нырнул на глубину, где заметил, как дайвер с дистанционно управляемым подводным аппаратом уплывает вместе с ящиком. Вот что случилось.

Эйвери скрестил руки на груди и начал постукивать пальцами по предплечью.

– Все это смахивает… на какой-то фильм про Бонда, – выдавил он наконец.

– Поверьте, – сказала Элеонор, – я тоже не в восторге от всего этого театра. Такого еще не случалось. И все же, – добавила она, размышляя вслух, – я должна была предвидеть нечто подобное.

– Отбросьте все невозможное, – сказал Эйвери. – То, что останется, и будет ответом, каким бы невероятным он ни казался.

Элеонор нахмурилась.

– Не лучший момент, чтобы цитировать Шерлока Холмса.

– Кто видел ящик? – спросил Эйвери.

– Только Данте, – ответила Элеонор.

– И он сейчас…

– В каюте, приходит в себя после гипоксии, – сказал Бернард.

Он выбросил за борт окурок самокрутки, едва катер береговой охраны показался на горизонте, но в воздухе все еще витал сладковатый запах травки.

Элеонор на мгновение задумалась: ограничился ли Данте перерезанием веревки на ящике или же успел вонзить в кого-то нож в придачу? Но потом решила, что сейчас неподходящее время для выяснения таких подробностей.

– А лодка, которая, по-вашему, причастна к краже?

– Арендована в порту у Энди, – пояснила Элеонор. – Уверена, когда мы до него доберемся, ящика на борту уже не будет.

Эйвери сверился с часами.

– Я обязательно проверю, кто сегодня утром арендовал лодку, хотя бы для того, чтобы удостовериться, что вы всю эту историю не выдумали.

– Очень любезно с вашей стороны, – отозвалась Элеонор.

На ее плечи давил груз поражения, а вместе с ним – смесь досады и восхищения. Тот, кто встал у них на пути (а она не сомневалась, что это Тед), был смел, умен и, что хуже всего, выбрал идеальный момент для удара.