Двигался уверенно и вальяжно. Несмотря на то, что все еще отказывался понимать, с чего это вдруг я отпустил его на родной Рранд, да еще и одного. Ну, а я не дергался вообще. Так как знал, насколько Потапыч прется от своего нового логова, учебных курсов по металлообработке, чеканке и ювелирному делу, материалов, с которыми можно работать, и… музыки. Вот и наблюдал за ним в ленивом режиме. То есть, проследил, чтобы никто не упал к нему на хвост, через «зеркальце» напарницы, а после того, как будущий модник зашел в мастерскую лучшего портного этого города, сформировал универсальный мини-портал рядом с меткой, вживленной в тушку мохнатого Слуги, сдвинул ее под потолок… хм… демонстрационного зала и увеличил в размерах. Чтобы начинающееся шоу увидели и другие заинтересованные лица. А вот уступить самое козырное место матушке не успел — она «возникла» за моей спиной, оперлась на плечи и опустила подбородок на мое темечко. И, тем самым, спустила с поводков Наташу с Аней — они нагло привалились ко мне справа-слева и уставились в «зеркало».

Вовремя: владелец «ателье», здоровенный, бесконечно уверенный в себе и, по утверждению моей родительницы, импозантный медведь, сидевший за мощным каменным столом,

вдруг оказался на ногах и изобразил их вариант особо уважительного поклона. Что, в общем-то, было понятно. Ибо нашими стараниями покров Ррыга «уплотнился» до средних уровней десятого ранга, что, по меркам местных магов, тянуло либо на гениальность, либо на редкую везучесть, либо на принадлежность к верхушкам самых сильных кланов.

Мой Слуга отреагировал на демонстрацию почтения правильнее некуда — изобразил намек на приветствие, мазнул равнодушным взглядом по шмотью, развешанному на стенах, подошел к столу, опустил на него рулон из десятка пластов кожи, выделанной у нас, на Земле, специалистами не чета Ррандским, неспешно развернул и толкнул коротенькую речь.

Мы ее, естественно, не услышали, но знали, что Ррыг поинтересовался у мастера, в состоянии ли он пошить несколько комплектов достойной одежды из «нормального» материала.

Портной в «материале» разбирался, поэтому выпал в осадок еще до того, как прикоснулся к верхнему пласту. А после того, как пощупал кожу и оценил качество выделки, на несколько секунд потерял дар речи. И мой Слуга нанес удар милосердия — заявил, что готов заплатить за очень быстрое выполнение заказа либо чешуйкой ангера, либо остатками «материала».

Тут хозяин ателье отмер и включил турборежим — «поклонился в пояс», унесся к входной двери и закрыл ее на засов, так же быстро вернулся обратно, в темпе обмерил особо важного клиента и осторожно поинтересовался, какую фурнитуру желательно использовать при пошиве.

Ррыг вытащил из кармана три замысловатые «железяки», сварганенные под этот визит, оставил мастеру в качестве шаблонов для точной обработки «посадочных мест» и показал похожую, но артефактную. Портному, конечно же, поплохело снова. Но он взял себя в руки, выяснил, что именно и в каких количествах жаждет получить клиент, обсудил конкретные сроки и пообещал, что его работа не разочарует. А после того, как высокие договаривающиеся стороны пришли к консенсусу, торопливо убрал кожу в сундук, окованный железными полосами, выпрямился и рванул, было, к входной двери, но выпал в осадок снова. Из-за того, что наш мишка, шевельнув левой верхней лапой, «открыл» портал — кстати, в местном «стихийном» варианте — сделал длинный шаг и исчез.

Это «зеркало» закрыла Наташа. А я «передвинул» свое за спину мастеру, пребывавшему в шоке, «вбил» метку в мохнатый затылок и вслушался в доклад Ррыга, искренне переживавшего за судьбу «настолько мягкой, прочной и красивой» кожи:

— Я предупредил, что в состоянии найти свое добро с помощью магии Пространства, и путешествую не один. Поэтому Нерд выполнит заказ за сутки. Но наверняка попробует выяснить, где я остановился, чтобы решить, стоит меня грабить чужими руками, или нет.

— Не стоит… — хохотнула матушка. — За тобой — род Беклемишевых. А значит, грабители погибнут смертью храбрых, но тупых, а Нерда мы вывернем наизнанку.

— Угу… — подтвердил я, почувствовал, что мишку все равно плющит, и усмехнулся: — Ррыг, не дергайся: я забочусь о своих Слугах. Поэтому оставил в тушке портного метку, намерен заглядывать в его мастерскую каждые два-три часа и заставлю пожалеть, если он будет занят не работой. Так что выброси из головы все сомнения и займись делом. А мы вернемся в усадьбу. Ибо там нас вот-вот пригласят на завтрак…

…Завтрак, утренняя тренировка и усиления «молодежи» прошли штатно — во время трапезы мы вникли в последние новости и слегка повеселились, в спортзале зверски замучили Варю, Валю, Нину, Алексея и Игната, лишний раз убедились в том, что эта пятерка тянется к нам со страшной силой, и поставили новые промежуточные цели, а после того, как подняли ребят на очередные три уровня, получили море удовольствия от слов благодарности.

После ухода подопечных «пощупали» АУ-ки сами и выяснили, на каком уровне энергетическая система человека мутирует в пятнадцатый ранг. Само собой, «торкнуло» меня. А порадовало всех четверых. К сожалению, перейти в мир единорогов, поэкспериментировать с заклинаниями площадного типа и оценить прирост дури, не получилось — мне позвонила Марина, поздоровалась, сообщила, что ее дед хотел бы прилететь ко мне «ориентировочно на четверть часа», чтобы обсудить взаимовыгодный деловой вопрос, и спросила, когда в моем расписании появится подходящее «окно».

Я был уверен, что после девяти ноль-ноль по столичному времени меня наберет государь и, вероятнее всего, чем-нибудь загрузит, поэтому решил не откладывать встречу с Самойловым на потом — заявил его внучке, что «окно» уже открыто, но закроется в районе полудня, немного подождал, выслушал предельно конкретное предложение и согласился:

— Что ж, через сорок минут, так через сорок минут. Кстати, как взлетите, пришли мне идентификатор вертолета. Чтобы вас ненароком не сбили…

Прислала. Почему-то только через четверть часа. Но борт Самойловых вошел в область контроля моих «Кедров» точно по графику, получил вектор движения и координаты посадочной площадки, дисциплинированно снизился, сел за четыре минуты до оговоренного времени встречи, вырубил движки и выпустил наружу Бориса Николаевича и Марину Мироновну.

Глава рода не ограничился обычным приветствием — пожал мне руку, сделал комплимент красоте усадьбы и заявил, что бывал в ней «во времена» Великого Князя Алексея Ростиславовича. По службе. Пока шли к особняку, с интересом поглядывал по сторонам. А после того, как переступил через порог моего кабинета и увидел на столешнице бутылки с минералкой, бокалы, вазу с «дарами иных миров» и хрустальные розетки, весело хохотнул:

— Олег Леонидович, вы решили понизить критичность моего мышления тем же способом, которым свели с ума Маришку и ввергли в пучину отчаяния весь Высший Свет Владимира?

Никакого негатива в его эмоциях не было, поэтому я отшутился в том же стиле:

— Ну да: раз эти фрукты и ягоды воздействуют на Разум похлеще любого Приручителя, значит, грех не пользоваться имеющимися возможностями…

Самойловы расхохотались, опустились в кресла, к которым я их подвел, и поделились парой слухов, описывающих «успехи» поисковых отрядов двух столичных родов, отправленных в запорталье за фруктами, ягодами и овощами Мечты.

А после того, как я отсмеялся, Борис Николаевич посерьезнел, поймал мой взгляд и поблагодарил. Сначала — за то, что я позволил Марине проверить себя на излом в экстремальной ситуации повышенной сложности, а затем за идеальную подстраховку. Оценив мою реакцию на эти слова, удовлетворенно кивнул, заявил, что, как и я, не приемлет «дружбы наполовину», и посоветовал внучке держаться за меня обеими руками. Причем на полном серьезе и без «левых» чувств в эмоциях. А после того, как убедился в том, что правильно понят и в этот раз, пригубил минералки и задал вопрос на засыпку: