Серия «Детям о великих людях России»

Художник Нина Бурдыкина

Допущено к распространению Издательским советом Русской Православной Церкви

ИС Р26–615–0434

© Елена Ленковская, 2027

© Нина Бурдыкина, иллюстрации, 2027

© Оформление серии. АО «Издательство «Детская литература», 2027

ДОРОГИЕ ДРУЗЬЯ!

Вы держите в руках книгу, в которой рассказывается о женщине, чья жизнь стала подвигом.

Она родилась в Дармштадте, в самом сердце Германии, но любовь привела её в Россию.

Гибель мужа разрушила её мир, но она не стала мстить: боль утраты стала началом духовного пути. Облачившись в белые одежды, она основала Марфо-Мариинскую обитель, где дарила утешение и кров тем, кому больше некуда было идти.

Она стала вторым председателем Императорского Православного Палестинского Общества. Это была не просто должность. Это была миссия – забота о святых местах, помощь паломникам, строительство храмов и больниц на Святой Земле. Она руководила Обществом более двенадцати лет, вела его через войны и потрясения, оставаясь верной вере, долгу и состраданию.

Эта книга – о великой княгине Елизавете Фёдоровне. О её силе, вере и служении.

Пусть она найдёт своих читателей и вдохновит их на доброту и мужество, как и многие другие книги издательства «Детская литература» – одного из старейших в нашей стране.

Сергей Вадимович Степашин,

президент Российского книжного союза, председатель Императорского Православного Палестинского Общества

В Дармштадте – зима, за окном тихо сыплет снежок, день ещё только начинается – короткий, декабрьский, пасмурный.

Семейство герцога Гессенского Людвига IV сидит за накрытым к завтраку столом. Семейство не мало, но пока и не слишком велико: сам герцог, его жена и три дочурки.

Трёхлетняя Элла появилась на свет второй по счёту. У неё пухлые щёчки, каштановые кудряшки и общительный, ласковый нрав. Малышка Элла – принцесса, так же как и обе её сестрёнки.

Их маму Алису, тихую красавицу с всегда немного грустными глазами, папа привёз в Дармштадт из Англии. Она – дочь могущественной британской королевы Виктории.

Сам папа Луи – из германской знати. Род его древний, правда, герцогство Гессен маленькое и не столь

богато, как английское королевство. Зато папа высок и статен, у него живой характер и весёлые глаза. А ещё – широкие плечи, пышная борода, густые усы и бодрый громкий голос, которым хорошо отдавать армейские приказы. Он и впрямь любит армию и любит командовать. Ну и конечно, любит маму и своих хорошеньких дочек.

Отхлебнув глоток крепкого кофе, папа Луи весело подмигивает Элле. Мама тем временем берёт из корзинки брецель – традиционный немецкий крендель, посыпанный крупной солью. Недавно девочкам рассказали старинную байку про то, что его придумал булочник в ответ на просьбу своего короля испечь такой хлебец, сквозь который трижды можно увидеть солнце. В брецеле действительно целых три отверстия.

– Смотри, мама сейчас откусит, – тихонько шепчет Элле старшая сестрёнка, четырёхлетняя Вики. – И через него уже нельзя будет три раза увидеть солнце!

– Солнце сегодня и так не видно, – пожав плечами, замечает папа.

Папу Луи такие пустяки, как пасмурная погода, нисколько не расстраивают. У него есть заботы поважнее, ведь он верховный командующий гессенской армией и четыре дня в неделю с утра до вечера проводит не во дворце, а на стрельбище.

Мама Алиса без папы и без солнца, бывает, немного грустит.

Вчера в очередном письме своей матери, королеве Виктории, она написала: «У нас тут снег и лёд, и с некоторых пор я не вижу солнца, и это делает прогулки по городу совершенно непривлекательными».

Сегодня погода не переменилась. Однако прогулки всё равно состоятся, потому что полезны для здоровья. У мамы есть правило: непременно два раза в день выходить на улицу. В Англии она тоже гуляла дважды в день.

Погружённая в свои мысли, мама Алиса окунает брецель в кофе…

– О, мама! Ты не должна! Ты разрешаешь себе это делать?! – восклицает вдруг Элла, округлив тёмно-синие глаза, ведь мама строго запрещает Элле макать что-либо в чашку! Это неприлично!

Мама Алиса, растерявшись, смотрит на папу Луи. Тот прячет улыбку в пышных, красиво расчёсанных усах. Оба смущены детской прямолинейностью, с которой их малышка возражает против нарушения недавно усвоенного этикета. Такая она, их маленькая принцесса – в свои три года на редкость рассудительна и последовательна. Она всё воспринимает искренне и всерьёз.

Элла – имя короткое, ласковое, домашнее. Полное имя у неё намного длиннее, оно состоит из нескольких имён – так принято у членов европейских королевских фамилий.

Запомнить его малышке целиком пока не так-то просто: Элизабет Александра Луиза Алиса Гессен-Дармштадтская.

Первое имя в этой длинной череде самое главное.

Бабушку Эллы, папину маму, тоже зовут Элизабет. Имя это для герцогов Гессенских особое. Их династии принадлежала Элизабет Тюрингская, прославленная святая, жившая давно, ещё в XIII веке. Мама Алиса, сама добрая, чуткая к чужой беде, нашла в ней вдохновляющий пример милосердия и служения обездоленным. Любовь к этой святой она со временем зажжёт и в сердце Эллы.

Снятые на ночь ленты для волос Элла всегда кладёт рядом с собой на подушку. Домашние недоумевают. Зачем на подушку? Почему бы не положить на туалетный столик, рядом с зеркалом?

– Чтобы милому бантику было не так скучно и твёрдо лежать, – объясняет Элла.

Разве бантику может быть скучно и твёрдо?

Просто у Эллы бурная фантазия, и потому она многое одушевляет. Так считает папа. Мол, не беда, с возрастом пройдёт.

А мама видит, что Элла чувствительна и склонна сострадать ближним. Это, верно, с возрастом не пройдёт. Да и слава Богу! В конце концов, именно сострадательность так ценит в людях сама мама Алиса.

Как бы то ни было, класть ленты на подушку Элле не запрещали.

Ещё долго «милые бантики» казались девочке живыми, требующими её защиты и попечения: Элла боялась, что ночью кто-нибудь «заберёт беззащитное существо и утащит в тёмную нору», поэтому утром мама часто заставала дочку спящей с лентами, зажатыми в кулачках.

Клякса! И это в самом конце письма! Вздохнув, Элла берёт новый листок. Письмо короткое, но писать без помарок у Эллы, которой только исполнилось шесть, пока не получается. То букву пропустит, то прилипнет соринка к перу, и линия выйдет неопрятной и лохматой.

Виктория старательно сопит рядом. Сестра старше, её письмо длиннее. Впрочем, они обе перепортили немало бумаги: мама велела переписывать до тех пор, пока не будет всё аккуратно и без ошибок.

И хотя они взялись за поздравительные письма заранее, похоже, бабушка Виктория всё равно получит их с опозданием.