— И сдержу обещание, — заверила я её. — Сама всё отцу расскажешь, когда странные дела в академии закончатся. Не вечно же нас тут будут без связи с родными держать.

— А что за дела-то? Ты же наверняка в курсе, — прищурилась Морана.

— С чего это вдруг? — удивилась я.

— Ну как же. Неужели твой профессор Эйч ничего тебе не рассказал? — улыбнулась Морана.

— Во-первых, он не мой. А во-вторых, с чего бы ему мне что-то рассказывать? — надулась я.

— Ой, вот только не надо отпираться. Я же вижу, как он на тебя смотрит. Так и съел бы, если бы не работа, — захихикала Морана.

— Не выдумывай! У нас с профессором Эйчем чисто деловые отношения. Он преподаватель, я адептка. Да, он помогает мне… кое с чем. Но только потому, что это его работа.

— Нет, ты точно дура, Флен, — покачала головой Морана. — Только полная идиотка не заметила бы такого. Говорю же, этот новый профессор точно на тебя глаз положил! Не упусти возможность, он и правда очень хорош. Я породу сразу вижу.

— Вот кому давать советы, но только не тебе, — фыркнула я. Спохватилась и пробурчала: — Извини.

— Да брось, — отмахнулась Морана. — Я сама во всём виновата. Не смогла удержать Акса, мой промах. А у тебя ещё есть шанс хорошо устроиться. Только пусть твой профессор с Адали сначала разберётся, а то вылетите из академии оба.

— А ты и рада будешь, — хмыкнула я.

— Нет, я передумала. Можешь оставаться. И отцу скажу, чтобы вопрос о твоём отчислении отозвал.

— Как великодушно с твоей стороны, — рассмеялась я.

— Только не думай, что мы с тобой теперь подруги, — задрала нос Морана. — Ты мне помогла, и я не буду больше настаивать на твоём отчислении. На этом всё. Мы в расчёте.

— Как скажешь, — подняла я руки.

Дружить с этой выскочкой у меня не было никакого желания. И так наобщалась с ней на год вперёд.

— Ну так что, тебе лучше? — спросила, поднимаясь. — Идём?

— Ты иди, я тут ещё посижу, — махнула она рукой.

— Точно? А если плохо опять станет? — нахмурилась я.

— Флен, я беременна, а не смертельно больна, — фыркнула Эвилл. — Иди уже, надоела.

— Ну как хочешь, — пожала я плечами и пошла по садовой дорожке, чтобы обогнуть академию и войти через главный вход.

Сама я в служебных коридорах точно не сориентируюсь, уж лучше воспользоваться привычным путём. И как раз придумаю по дороге, что сказать Люте. Она наверняка будет злиться и допытываться, куда мы с Мораной пропали.

В саду было тихо и спокойно. Все адепты сидели по своим комнатам. И только я тут бродила в поисках выхода к центральной аллее. Хотя нет, я тут, как оказалось, была не одна. Услышала приглушённые голоса, осторожно отодвинула пышную ветку и увидела идиллическую картину — Вик и Юка сидели на траве под раскидистым деревом, держались за руки и о чём-то ворковали.

И эти туда же! Так и захотелось выскочить и продекламировать «Ведите себя хорошо, а то в обмороки падать начнёте!». Но Вик не Акс, хотя тоже парень не промах. Он таким гадом точно не будет. Да и Юка совершенно точно не Морана, она лишнего не допустит. Пусть воркуют, глядишь, из этого получится что-то действительно прекрасное.

И я осторожно удалилась, чтобы не спугнуть влюблённую парочку.

Что же за повальные влюблённости вокруг? Все мои ровесники влюбляются, встречаются, переживают свои личные трагедии. И только я могу думать лишь о том, как бы не сорваться и не уничтожить всё вокруг. Какая несправедливость!

Слова Мораны про профессора Эйча крепко засели у меня в голове, но думать в этом направлении я себе упорно запрещала. А, как известно, если о чём-то стараться не думать, то только об этом и думаешь.

Неужели я действительно нравлюсь Эйчу? Это объяснило бы его стремление помочь мне. Как-никак, он идёт против правил, не сдаёт меня в особый отдел на перевоспитание, а пытается разобраться. И эти его нежности сегодня… До сих пор ощущаю на щеке его прикосновение.

Что, если я и правда нравлюсь ему? И как я к этому отнеслась бы, будь это так? Он, конечно, мой профессор, старше и опытнее. И вообще, у нас отношения между адептами и преподавателями под запретом. Но что, если?..

Да ну! Помотала головой и ускорилась. Так немудрено и напридумывать себе того, чего нет. Хотя… Он ведь очень даже ничего. А уж как мы с ним в круговом щите пообщались! До сих пор, как вспомню, так сердце замирает. И потом он меня поцеловал… Да и до этого, когда я проснулась в его кровати. Было очень страшно, и в то же время жутко волнительно.

Споткнулась на ступенях, испугавшись собственных мыслей. Ещё раз помотала головой, чтобы вытрясти из неё всякие глупости, и припустила бегом в свою комнату. Нужно срочно отвлечься, пока неосторожные мысли не завели меня в такие дебри, из которых потом не выбраться будет.

Тогда я ещё не знала, что отступать уже поздно. Поняла это потом, когда прочитала книгу, в которой Эйч так предусмотрительно сделал закладки в нужных местах!

Люта встретила меня на пороге. Весь её вид говорил о том, что подруга в бешенстве. Лицо раскраснелось, руки упёрла в бока, а глаза так и мечут молнии.

— И как это понимать? — тут же накинулась она на меня.

— Что именно? — изобразила я невинное недоумение.

— Вы куда пропали⁈ Я, как дура, хлопала глазами перед магистром Аклисом! — заголосила Люта.

— Ой, ты что, Морану Эвилл не знаешь что ли? — небрежно отмахнулась я. — Пришла в себя, наорала на меня и убежала.

— Меня, между прочим, обвинили во лжи, — уже не так возмущённо, но всё ещё обиженно, проворчала подруга. — Аклис сказал, что не ожидал от меня такого глупого розыгрыша. Тем более, сейчас, когда и так времена неспокойные.

— Правда? — заинтересовалась я. — А он ещё что-то говорил… про неспокойные времена?

— Куда там, — фыркнула Люта. — Отчитал и убежал обратно в лазарет. У него там сегодня ажиотаж. Многие жалуются на нервы, раздаёт всем успокоительную настойку. И мне хотел втюхать.

— Интересно, с чего бы это? — задумчиво произнесла я.

— Тара, ты вообще с нами, или в облаках витаешь? — хмыкнула она. — Все в панике. Занятия отменили, из академии никого не выпускают. И да, даже с родными связаться не дают. Не зря Эвилл разорялась. А что с ней-то было, кстати?

— Тоже переволновалась, наверное. А может и намагичила чего со злобы, — пожала я плечами. — Но когда пришла в себя, стала самой собой и опять наговорила мне гадостей.

— С неё станется, да, — поверила мне Люта.

Обманывать подругу было неприятно, но я дала слово. Тайна Мораны останется тайной, раз она этого хочет. Вот только надолго ли? Рано или поздно, всё откроется. И тогда… ей можно только посочувствовать.

Странно, но у меня не осталось никаких негативных эмоций по отношению к Эвилл. Мне было искренне жаль её. Настолько, что очень хотелось помочь. Только я понятия не имела, что тут можно сделать. Попросить маму оставить попытки наказать Аксэна? Сомневаюсь, что она согласится. Да и не поможет это Моране. Ей наоборот, лучше держаться подальше от подлеца Нота. Но, в любом случае, я точно её не осужу. Почему? Да потому, что могла оказаться на её месте!

Если бы не взрыв в лаборатории, мы с Аксом начали бы встречаться. И я не была уверена, что со мной не случилось бы то же самое, что и с Мораной. Я же действительно грезила Аксэном, мечтала о нём, считала идеальным. Какой же глупой и слепой я была!

— Ладно, ну её эту Эвилл. Я так и знала, что от неё добра не жди, — махнула рукой Люта. — Ты давай выкладывай, что тебе Эйч сказал? Вылетела от него, как не в себе. И поговорить не успели.

— Да ничего он мне не сказал, — вздохнула я. — Дал вот книгу, — продемонстрировала старый фолиант, — и предупредил, что отлучится ненадолго.

— И даже не намекнул, зачем? — прищурилась Люта.

— Нет, — помотала я головой. — Таинственный такой был. Только заверил, что дело не во мне.

— Ну, и за это спасибо, — с явным облегчением выдохнула Люта.

То есть она серьёзно опасалась, что это я могу быть виновата в таинственном происшествии, которое всколыхнуло академию, а то и всю империю. И ведь даже не обидишься. Я и сама этого боялась. Но, как оказалось, не всё плохое случается из-за меня!