Лёша рассмеялся коротко.

— Господи, какой же ты всё-таки упёртый.

— Именно поэтому он и опасный, — спокойно сказала Анна.

Потом она посмотрела на всех троих и тихо подвела итог:

— Значит, решено. Мы не прячемся. Не делаем вид, что этого не было. Не живём в хаосе. Я остаюсь дома с Димой. Всё остальное — только по-честному и только через разговор. И никто больше не пытается красиво запереть меня у себя, даже если у него пентхаус с видом на город.

Лёша усмехнулся. Дмитрий впервые за весь разговор улыбнулся по-настоящему. Даже Виктор, пусть и едва заметно, но всё-таки принял поражение в этой части без новой войны.

За окном уже начинал светлеть город. Мягкий серый свет ложился на смятые простыни, на бокалы, на лица, и Анна вдруг очень ясно почувствовала: любовь к Дмитрию теперь и правда стала другой. Не тише. Не чище. Просто взрослее. Она больше не была укрытием от самой себя. Она стала выбором, сделанным уже после того, как Анна узнала о себе всё самое неудобное.

И именно это делало её сильнее всего.

Но вместе с этим в ней уже жило и другое знание: решить правила за одну ночь гораздо проще, чем выдержать их в реальной жизни.

И это было их следующей правдой.

Конец