Ворон нырял в пламя и выскакивал из него раньше, чем успевал загореться. Воздух гудел от нескончаемых ударов. И казалось что перевес сил наконец то на моей стороне, ведь Абаддонского от каждого удара швыряло в сторону. Вот только это оказалось не так. Совсем не так.
Демону вытянул лапу перед собой, и в ней из ниоткуда возник клинок с аукциона. Легендарный меч «Пламя Нифльхейма» рассёк воздух и с лезвия сорвался огненный серп и с рёвом понёсся к ворону. Тенгу с трудом увернулся, но пламя таки сумело лизнуть его крылья подпалив перья. Серп пламени врезался в барьер, а я краем глаза заметил что по лицу Полины Сергеевны струится пот. Видать она с трудом удерживает барьер.
Всё что я мог так это без остановки выпускать одну ветряную пулю за другой пытаясь отвлечь рогатого. Они щёлкали то морде, массивной грудной клетке, рукам и ногам, не причиняя никакого урона. Вот же скотина, мог бы хоть для приличия сделать вид что я ему мешаю!
Тем временем вокруг Тенгу сгустилась тьма, она сочилась из его перьев и пульсировала, то раздуваясь, то опадая. Потом чернота распалась на десяток кусков. Тенгу поднёс указательный палец к клюву, и каждый обрывок соткался в точную копию ворона. Десять Тенгу вскинули клинки над головой и с клёкотом бросились в атаку. Юрка бы сейчас разрыдался от счастья, ведь это теневое клонирование, из его любимого сериала.
Спустя мгновение Абаддонский исчез из виду утонув в чёрном вихре высекающем искры. Купол задрожал от обилия ударов, поднялся ветер начавший трепать мои волосы. Абаддонский ревел и крутился на месте, полосуя воздух серпами пламени и когтями.
Каким-то чудом он умудрился поймать одну из копий за горло, когда та проносилась мимо. Раздался хруст, и на асфальт упала горсть чёрных перьев. Вторую копию огненный серп развалил пополам. Третьей когтистая лапа вспорола грудь.
Остальные семь продолжали рубить, и всё без толку. Хуже того, трещины на шкуре Абаддонского пылали всё сильнее, как будто он поглощал урон и становился лишь сильнее. Я же чувствовал что силы меня покидают с каждой секундой. Появилась горечь во рту, а холод из груди расползся по всему телу. Купол перед глазами начал двоиться. Переливание качало из демона скверну, пропуская её через меня и если бой затянется, то я сдохну от заражения скверной раньше, чем меня прикончит Абаддонский.
— Да сколько же в тебе скверны? — Прохрипел я.
* * *
Снежана толкнула дверь отцовского кабинета и минуту стояла на пороге, осматривая новую мебель, которую поставили на замену сломанной. Отец уехал ещё засветло, и до утра в эту комнату никто не сунется. Она прошла к платяному шкафу и, распахнув створки, достала из кармана крошечный бутылёк с тёмной жидкостью.
Вцепившись зубками в пробку, она с трудом выдернула её с тихим чмоканьем. Суккуба капнула на салфетку немного содержимого бутылька. Это оказалась алая кровь тут же украсившая салфетку. Посмотрев на каплю всего мгновение, она поднесла её к глиняной плитке на внутренней стенке шкафа. Глина выпила кровь досуха, дерево вокруг вспыхнуло алым, и перед ней открылось окно портала.
По ту сторону тянулся длинный коридор стены которого утопали в трофейном оружии. Снежана шагнула внутрь и зажмурилась от удовольствия. Каждый клинок вибрировал от переполнявшей его силы. Девушка знала что так звучит коллекция отца, когда хозяин тянет из неё силу. И чем громче пела сталь, тем жарче было сражение где он находился.
— Так, так, так, — промурлыкала она, проводя ноготком по дрожащему лезвию. — Похоже, папенька весьма разозлён, раз уж он тянет из вас столько силы. И я догадываюсь, кто именно его выбесил.
В этот момент на лице Снежаны расцвела зловещая улыбка.
* * *
Абаддонский размахнулся так широко, что «Пламя Нифльхейма» описало полный круг, и огненный серп сорвался с меча прямо в ворона. Тенгу ушёл вниз, и полоса пламени просвистела над ним. Но демон не остановился, он пронёс клинок чуть дальше, чем требовалось. Ровно настолько, чтобы серп с шипением изменил траекторию полёта и устремился прямиком ко мне.
Я понял это за долю секунды, но увернуться не успел. От потери крови тело стало ватным я лишь завалился на бок нелепо взмахнув руками. Пламенный серп прошёл сквозь запястье левой руки отрубив кисть. Она шлёпнулась на асфальт в метре от меня, и пальцы на ней судорожно сжались в конвульсии.
Не знаю, наверное это был болевой шок, так как боли я как раз и не почувствовал. Она была где-то на грани сознания. Я же как звороженный смотрел на культю и ждал, что сейчас хлынет поток крови, но нет серп прижег рану. Обугленный край плоти дымился, и от этого дымка меня тут же начало мутить. Интересно, сколько с меня возьмёт Шикха за пришивание кисти?
— Подожди немного, — послышался рокочущий голос Абаддонского. — Сейчас закончу с твоим птенчиком, а после разберу тебя на части по суставам.
Глава 14
За пределами барьера Саня пытался вырваться из кандалов и без остановки орал беззвучно открывая рот. Борисыч матерился глядя на Полину Сергеевну, а Ежжи с ужасом смотрел в мою сторону. Всем было ясно что я покойник.
Боль застилала разум, перед глазами всё плыло, да так что семь Тенгу для меня превратились в двадцать одного. Копии ворона метнулись обратно к Тенгу и втянулись в его тело одна за другой. Тенгу выгнулся дугой и заклекотал запрокинув голову назад. Перья на его спине разошлись, и из-под них полезли новые руки. Сначала пара, следом ещё одна, и в каждой он держал по длинному клинку.
Ворон выпустил мечи из рук и те повисли в воздухе, начав вращаться с безумной скоростью, а в следующую секунду они устремились к Абаддонскому. Они кружили вокруг демона стальной каруселью, резали, кололи, высекали искры оставляя на потрескавшейся шкуре борозды. Если Тенгу переживёт ещё одну трансформацию то у меня и правда может появиться шанс на победу.
Абаддонский пытался ухватить надоедливые клинки, но они ускользали от него. Ворон же висел в паре метров над асфальтом и движением пальцев изменял направление движения стали. дирижировал всей этой резнёй.
И тут Абаддонский замер. Искры сыпались снопами от каждого удара, а демон попросту закрыл глаза и поднял раскрытую кисть вверх. Я проследил за направлением его движения и ужаснулся. Небо прочертила алая полоса наполнив всю округу оглушительным рёвом, от которого заложило уши.
Синева барьера над головой лопнула, и сквозь дыру рухнуло что-то раскалённое, размером с легковушку. Взрыв! Меня впечатало в барьер и я почувствовал как кости трещат от силы удара. В воздух поднялся пепел, пыль, обломки асфальта барабанили по моему лицу, а в следующую секунду перед глазами появилось сообщение:
Питомец «Тенгу» уничтожен.
Пока я пытался подняться, пылевое облако медленно оседало, и я заметил что там где парил Тенгу сейчас красуется пятиметровый кратер с оплавленными краями. Из марева, хищно улыбаясь, вышел Абаддонский. Он швырнул «Пламя Нифльхейма» за спину и меч исчез в искажении пространства. Должно быть это навык подобный моему инвентарю.
— Ну вот и всё, — прорычал он. — Настало время страдать.
Абаддонский вальяжно подошёл ко мне и наступил на голень. Кость хрустнула, а следом за этим я почувствовал, как боль волной прокатилась от ступни до самой макушки заставив меня содрогнуться. Хищно оскалившись он пнул меня в живот да так, что меня оторвало от земли и снова впечатало в барьер. Воздух со свистом покинул лёгкие, я выпучив глаза закашлялся кровью.
Абаддонский замер на секунду наслаждаясь тем, как я корчусь в муках.
— Ну⁈ Чего разлёгся⁈ — Рыкнул он снова пнув меня под дых. — Дима Караваев, гроза нечисти, вставай твою мать! Убей меня так же как моего сына! Как убил Сфирия! Давай сука!
