У нас в Онелле, есть закон, что при достижении совершеннолетия гражданина, а это в двадцать лет. На ауру ставится маячок, по которому, служба безопасности, может отследить любого, кто нарушил закон. Знаю, это тяжело постоянно находится под надзором, но в то же время, это помогает при поимке преступников.

Кстати, при выходе этого закона и массовой поставке маячков, преступность в нашей стране снизилась на целых восемьдесят процентов.

Не знаю сколько прошло времени, но солнце уже почти село, даря последние свои лучи, дверь тихонько скрипнула и тот же стражник, занёс поднос с едой, поставив его на стул, стоящий прямо у двери и вышел.

Тут очнулся Нил, посмотрев на поднос, встал и подошёл к нему.

— Да это же есть невозможно, — скривился парень, взяв в руки чашку с кашей и ломтик хлеба.

— Тут хочешь не хочешь, но есть придётся, — подошла к нему, — Нам нужны силы.

С того, что нам принесли, мы так и не наелись, но и сильно голодными не остались.

Ближе к ночи, я вытащила из-за пазухи коробочку и стала её осматривать. Футляр, размером примерно с пол ладони, в котором лежало два ключа: один от наручников, второй, скорее всего, от двери.

— Это что? — вопросительно посмотрел на меня, сидящий рядом, на лежанке, Нил.

— Это наше спасение, — повторила слова сестры, — Если ты конечно хочешь, — взглянула на парня.

— Я, — запнулся он, — Подумаю.

Я хмыкнула и захлопнула футляр, зарыв его в сене в углу и села обратно, опёршись спиной о холодную, каменную стену.

Проснулась на тёплом плече парня, шевелиться не стала, чтобы его не разбудить и не испортить момент. Хех, когда я ещё спокойно посплю на мужском плече. Хоть этот парень меня и не привлекает, от слова совсем, но я бы хотела, чтобы он пошёл со мной. Хоть какая-то компания, а то свихнусь от одиночества. До нужной точки, где я бы хотела остановиться, две недели пешим ходом через лес, а там пусть катится куда хочет.

Послышался тяжёлый вздох и меня потрясли за плечо. А фиг ему! Я хочу ещё поспать, пусть сидит, раз решил подработать бесплатной лежанкой.

Когда я уже задремала, меня опять потрясли за плечо.

— Может ты уже проснёшься? — не выдержал Нил.

Я лишь отмахнулась и удобнее устроила голову у него на плече.

— Если ты сейчас не поднимешь голову, то упадёшь, когда я буду вставать, — шепнул Нил.

— Иди к чёрту! — сказала сонным голосом и придвинулась к нему ближе, — Эй! — ушло плечо из под моей головы и если бы я не среагировала, выставив руку перед собой, то точно бы упала.

— Я предупреждал, — хохотнул он.

— Я предупреждал, — передразнила его, поднимаясь, разминая ноги.

— Я подумал, — не обратил он внимание на передразнивание, — И решил, что я пойду с тобой.

— Ну и умничка, — заулыбалась, — А то я уже смирилась, что со скуки подохну.

— Я не клоун, чтобы тебя развлекать, — бросил парень и опять ушёл в себя.

Да ёж лохматый! Опять замкнулся. Вот что мне с ним делать? Хм...

Немного подумав, села рядом и несильно тыкнула его локтем. Нил вздохнул и посмотрел на меня так, будто я чем-то ему помешала.

Захотелось отсесть от него подальше и больше не общаться, но я лишь глубоко вздохнула.

— Мы уходим сегодня ночью, — посмотрела на дверь, вспоминая, что при открытии она поскрипывает, от чего могут появиться проблемы, — Нас встретят на выходе чёрного входа, передадут кое-какие вещи, а дальше начинается наша самостоятельная жизнь, — снова вздохнула и посмотрела на задумчивого парня.

У него на лбу залегла морщинка, а сам он сгорбился, будто бы груз из тяжёлых мыслей навалился сверху не давая выпрямиться и видеть в каждой ситуации лишь плюсы.

«Плюсов он и на кладбище насмотрится» — хохотнул призрак в моей голове.

«Ты куда делся?» — задала мучивший меня вопрос. Он меня мучил с того момента, когда этот несносный призрак исчез.

«Где надо. Там и... — запнулся он, ненадолго замолчав — Где. Отстань, я сейчас занят» — замолчал он и мне кажется надолго.

«Да без проблем — мысленно фыркнула — Делай что хочешь»

Закрыла мыслесвязь и насупившись сложила руки на груди.

Глава 6

Свежий воздух! Наконец то! Хоть это ненадолго, но это многим лучше, чем этот мерзкий запах в камере, да мне кажется я теперь вся им пропахла, что не добавляло настроения.

Дан молчаливой тенью шёл рядом и чуть заметно морщился, смотря на столпившийся народ, на дворцовой площади.

А они в свою очередь пялились на нас. Кто с интересом, кто с откровенной ненавистью

Им бы ещё камни в руки, то живыми бы с площади мы не ушли. Хех... И казнь проводить не надо, зачем время тратить? Правильно?

Один смелый пацанёнок всё же осмелился кинуть в нас камнем, который больно попал мне в ногу.

— Эй! А тебе родители не говорили, что нехорошо бросаться камнями? Ведь так можно и без рук остаться, — Приложив ладонь к месту попадания камня, резко посмотрела на него и не одна я. Вместе со мной посмотрели все: Нил, стража, ахнувшие женщины, прикрывая себе рот и нахмуренные мужики.

В итоге пацанёнок спрятался за мамину юбку и не отсвечивал. А мне пришлось взять Нила под руку, потому что камень попал прямо в каленую чашечку и он был далеко не маленький. Нил сначала дёрнулся, но я ему просто не оставила выбора, сжав его руку крепче.

— Не сопи, помоги бедной искалеченной девушке, не куксись, — шепнула, чем вызвала его шальную улыбку.

Вот не знаю, с какой целью нас повели смотреть на похороны короля? Чтобы нам стало стыдно и совестно? С какой стати мне должно быть стыдно за то, что я не совершала? Так что идут они в лес, по рыжики!

Нас поставили прямо возле огромных входных дверей дворца. Отдельно ото всех и окружённые стражей, мы ждали когда вынесут гроб с телом короля - Эдварда первого.

Нога у меня ужасно разболелась, стоять было тяжело, но опорой мне служила рука Нила, которую я так и не отпустила. Ну, в принципе, и не собиралась отпускать. Его прямой профиль и уверенность, внушали мне чувство спокойствия.

— Может мне тебя на руки взять? — спросил тихо Нил, которому видимо надоело моё переступание с ноги на ногу и шипение от боли.

— Давай, только на обратном пути, — убрала лишние волосы со лба.

Мужчина усмехнулся и хотел что-то ещё сказать, но двери дворца величественно открылись, выпуская наружу процессию, состоящую из шести крепких мужчин, нёсших гроб на своём плече, а сзади шли все родственники, облачённые во всё чёрное. Прямо перед гробом шла королева, глаза у неё были покрасневшие, она прикрывала рот чёрным платком, постоянно всхлипывая.

Мне стало её жалко, сердце будто бы сжалось в маленький комочек. У меня в памяти свежи воспоминания о маме, когда она тихо плакала ночами, а на утро улыбалась, не подавая вида.

Рядом с королевой шёл кронпринц Адам. Он приобнимал мать за плечи, успокаивая её. Когда он увидел нас, его глаза угрожающе сверкнули не обещая ничего хорошего.

Вот я вроде бы не убивала, а тут мне стало неловко и даже стыдно. А за что? Так и не поняла.

Чуть сзади шли младшие дети, две девочки, примерно лет десяти и мальчик, которому можно дать лет пять.

Дети шли растерянные, они наверно ещё не поняли, что произошло, с грустью подумала, вспоминая свои ощущения на похоронах.

Помню, отца хоронили в закрытом гробу, так как вид его тела был ужасен. А я шла сзади и не понимала, куда несут папу? Мама объяснила, что он просто уснул, а когда проснётся никто не знает, поэтому мы его оставим в склепе, в бетонной коробке. Лет до восьми я верила маминым словам и всё ждала, когда он проснётся, но чуда не произошло. Потом мне уже Алиен всё объяснил, подорвав мою веру маме, но потом я поняла, что это было для моего детского спокойствия.

Процессию завершали брат короля со своей семьёй и приближённые люди, среди которых были Лика со своим мужем и Алиен с Раном. На меня никто не обратил внимание, пройдя мимо с каменным лицом. Обидно. Они же знают, что я не виновата, но делают вид, что не знают.