Вот как написано в книге «Синано», о которой я упоминал выше: «Опытные моряки бросали за борт любые плавучие предметы, чтобы помочь людям продержаться в воде. Не было ни спасательных шлюпок, ни плотов».

Одна интересная деталь. Командир эсминца «Юкикадзе», занятого спасением людей, распорядился: «Лейтенант, не подбирайте матросов, которые кричат, взывая о помощи. Такие слабые люди не нужны нашему флоту. Подбирайте только сильных, которые сохранили спокойствие и мужество...»

По-всякому можно относиться к этому факту, но одно можно отметить, что этот факт жестокого «естественного отбора» говорит о том, как строго и сурово воспитывали японцы кадры для ВМС.

После того, как почти все, кто был жив, покинули авианосец, кэптен Абэ обратился к своему старшему помощнику кэптену Микамути, попросил его передать последние свои слова семье: «Скажите им, что я глубоко сожалею по поводу гибели корабля и один несу за это ответственность. Передайте им мои благословения. Они в моей памяти до последнего дыхания. Моя жена пусть остается преданной и верной императору и Японии. Пусть воспитывает моего сына в старых традициях. Попросите их хранить память обо мне. Пусть приходят помолиться за меня в храм...»

Главный старший рулевой энсин Ясуда не захотел расставаться со своим командиром. По просьбе командира авианосца он пробрался к надстройке по наклонной палубе и спустил военно-морской флаг императорского флота. Однако, несмотря на приказание покинуть борт авианосца, начавшего погружаться, он обвязал флагом самого себя и покидать авианосец не стал. Встав рядом с командиром авианосца, крепко ухватившись за поручни, он ушел вместе с авианосцем и командиром на дно Тихого океана на глубину 4000 метров.

Из 2515 человек, находящихся на борту «Синано», погибло 1435 человек. Спасено было 1080 человек, в том числе 55 офицеров, 993 - матросов и старшин и 32 человека из числа гражданских лиц.

Самый большой в мире боевой корабль затонул 29 ноября 1944 г. у юго-восточного берега Японии в 65 милях от мыса Омаэ.

В то время как после торпедирования авианосца два эсминца стали заниматься спасательными работами, третий на полном ходу ринулся в предполагаемое место нахождения лодки. Сброшенные наугад глубинные бомбы никакого результата не дали. К тому же и глубина, на которой находилась лодка, была около 130 м, а при необходимости можно было погрузиться еще глубже: и ТТХ лодки позволяли и глубина места.

Через 28 минут после атаки далекие взрывы глубинных бомб прекратились, да и было их всего 14. (Вспомните 240 глубинных бомб, сброшенных на мелководье - 45 метров - на подводную лодку «С-13» А. И. Маринеско.)

Вот как писал об этом командир лодки «Арчер-Фиш»: «Мы напрягли силу воли. Издалека донесся глухой взрыв... Я начал считать взрывы и в течение 15 минут насчитал их 14. Не-вероятно, но все бомбы взорвались вдали от нас».

Таким образом, по существу, не только какого-то упорного и длительного, но и вообще никакого преследования подводной лодки, потопившей «Синано», не было.

Вот так проходила и так закончилась эта американская «атака века». И хотя американцы пишут, что гибель «Синано» символизировала гибель японского флота и приближающееся поражение Японии, но фактически никакого серьезного воздействия на ход и исход войны это не оказало. На фоне других поражений Японии гибель «Синано» не выглядела такой уж ужасающей потерей и вошла бы рядовой потерей Японии в войне на Тихом океане, если б не была раздута до неимоверных размеров американской пропагандой после войны. Например, значительно большей и важной потерей для Японии было потопление американской авианосной авиацией (в налете принимали участие 400 самолетов) японского линкора «Ямато». Из 3332 членов экипажа линкора в живых осталось 269 человек.

После того как читатели прочитали об «атаке века» «С-13» и «атаке века» американской подводной лодки «Арчер-Фиш», они сами смогут оценить и сравнить и оперативно-тактическое мастерство командиров лодок А. И. Маринеско и Джозефа Инрайта, и степень их отваги и мужества, и значение их атак для хода и исхода Второй мировой войны.

ГЛАВА 2. Атаки советских подводных асов «холодной войны»

В. КОЗЛОВ - ЧЕЛОВЕК ИЗ ЛЕГЕНДЫ

Жизнь каждого принадлежит отечеству, и не удальство, а только истинная храбрость приносит пользу. П. С. Нахимов

«В. Козлов - человек из легенды» - так называлась статья журналиста албанской газеты «Адриатик» Бидо Ибрахини, опубликованная в 1994 г.

Вот что писал, в частности, этот журналист: «Человек, о котором я хочу рассказать, - командир подводной лодки, бывалый моряк, образцовый военный. Он не был похож ни на Марко Поло, ни на Синдбада-Морехода, был из «другого теста», но, как и они, стал человеком-легендой. Я предполагаю, что об этом человеке до сих пор ничего не написано, а о нем вспоминают в Албании уже более 35 лет. И чем больше проходит времени, тем ярче эти воспоминания. Его фамилия Козлов, а имя - скорее всего, Юрий (хотя некоторые звали его Владимиром). Он был тогда капитаном 2-го ранга. Никто у нас не знал, где он родился и жил, но он прибыл к нам из Севастополя, как друг нашей страны, и остался в нашей памяти как настоящий герой. Причиной этому было плавание в пучине Средиземного моря. Кроме того, Козлов появлялся там, где его не ждали. Много говорили у нас об этом человеке в 60-е, говорят и сейчас. Его имя превратилось в легенду. В то время и уже позже ему было дано много прозвищ. Некоторые называли его «морским волком», другие - «командиром лодки-призрака»...

Далее автор статьи приводит высказывание одного из командиров албанской подводной лодки Петрика Муфти, которому посчастливилось побывать на лодке Козлова в одном из длительных и опасных походов. Этот офицер вспоминает, в частности: «Тем, кто знал Козлова, трудно его забыть... Рейд был длинным и опасным. Помню, был взят курс на Мальту, а оттуда к берегам Алжира...

Когда Козлов прибыл к берегам Италии, был замечен... Представьте, что мы живем в то время и от окружения не уйти. Но подводная лодка Козлова вернулась на базу без потерь. Об этом много писали на Западе, но у нас остались только рассказы, ставшие со временем легендами. Удивляет, что, сколько бы ни «деформировались эти легенды», в них все больше возрастает значимость личности командира. Некоторые говорили, что его пуля не брала, другие - что он имел способность к гипнозу, некоторые называли его «суперменом»... Прошло 35 лет. Где находится Юрий Козлов и его товарищи? Может быть, некоторых уже нет в живых, но память о них осталась бессмертной здесь, на юге Балкан. Человек из легенды. Он знаком и современной молодежи - людям в возрасте мечты. Так, недавно один гимназист в сочинении на аттестат зрелости написал о легендарном командире Козлове: «Я люблю море и моряков, но больше мне полюбилась история о длительном плавании призрачной подводной лодки...»

Приводит автор статьи и воспоминания еще одного албанского командира подводной лодки - Ахилле Брока: «Не всему можно верить, что говорят про руки Козлова. У него были обе руки. Но на правой руке пальцы не сгибались. По этой причине он часто надевал черную перчатку. Я часто играл в шахматы с Козловым. Видите это? - Ахилле показал мундштук. - Это память о нем. Он всегда курил с мундштуком. Много лет прошло, а воспоминания остаются свежими. Если бы мои друзья смогли прочитать эти строки, может быть, сбивчивые... Сам Юрий, несомненно, сказал бы взволнованно: «Не так! Это уж слишком!.. Таким был наш друг Козлов...» В заключение своей статьи автор приводит эпизод, рассказанный Петриком Муфти, о том, как в один из праздничных дней в центре города к Козлову подошла маленькая девочка и попросила автограф (очевидно, Козлов был в форме советского офицера ВМФ. - Прим. авт.): «Он не только дал автограф, но и приколол ей на грудь свой значок. «Зачем ты это сделал?» - удивленно спросил я. А он спокойно ответил: «Это новое поколение, друг мой, мир принадлежит им». Потом, сняв перчатку и показав пальцы правой руки, добавил: «Не хватает этого мне?.. У меня есть одна память от войны, думаю, что хватит...»