— Подтверждаю, — сказал Ади, сверяя брошюру Таро со страницей Отшельника.

— Я за то, чтобы попробовать, — сказала Картер, — иначе мы потеряем еще одну минуту, просто гадая на кофейной гуще.

Ади усмехнулся.

Сиерра кивнула:

— Пробуй.

Достав из коробки девятую свечу, Ади вставил её в фонарь.

Они снова погрузились во тьму, и Сиерра выругалась так громко, что Ади отчётливо представил, как команда монтажа будет замазывать это на посту.

Но затем фонарь начал светиться, и на потолке вспыхнуло множество крошечных огоньков, проявивших созвездия, которые до этого были невидны.

— Да! — воскликнула Картер. — Отличная работа, Бек! Ты настоящий MVP!

— Смотрите, — сказала Сиерра. — На стенах есть крючки. Давайте развесим картины в соответствии с созвездиями.

Они бросились собирать картины и вешать их на стены согласно звездной карте. Когда последняя картина оказалась на месте, они отступили назад, ожидая вспышек света или очередного послания… но ничего не произошло.

— Мы где-то ошиблись? — спросил Бек, заглядывая через плечо Картер на карту созвездий.

— Буквы теперь складываются в новое словосочетание, — заметил Ади, указывая на картины по очереди. — TENTH. THIRD… F U.

Картер внезапно прыснула, а затем тут же прикрыла рот ладонью:

— Подождите, серьезно?

— Так, стоп, — нахмурилась Сиерра. — Tenth, third? В смысле… третье октября?

— Возможно… — неуверенно пробормотал Ади.

— И что нам с этим делать? — спросил Бек.

— Нет, не думаю, что это дата, — сказала Картер, подходя к сундуку с четырехбуквенным замком. — Ади, какие десятая и третья буквы алфавита?

— J и C.

Она крутанула диски замка. J. C. F. U.

Крышка сундука откинулась с щелчком.

— Вы смеетесь? — изумился Ади. — Последние две буквы вообще не подходили по шаблону. Это как-то… нечестно.

— Вообще-то, — голос Сиерры стал чеканящим и острым, — похоже, кто-то пытается передать нам послание.

Ади удивленно приподнял бровь.

Сиерра взглянула на часы:

— Картер, что там у нас?

— Шкатулка с шестизначным числовым замком, — ответила Картер, доставая предметы из сундука, — куча шарфов, лента с каким-то кодом или текстом и… благовония.

Ади выхватил ленту у нее из рук, чтобы изучить шифр:

Oaelnibtskati klciIcectiphc ailedthoileee yvuBihiufltfw teeydanliehii eSstftdderinl aeshiwAndwsal mapenanoBotlb srocdsatuniee lctoAlrbttmjm ohtfrereteeui othfefejhsAsn kheiltsuectte

— Так… — Он попытался уловить логику.

— О! — вскрикнула Картер. — На туалетном столике же были те дырочки! Готова поспорить, ароматы палочек соответствуют символам!

— Отличная догадка, — одобрила Сиерра. — У кого здесь лучшее обоняние?

— Я беру это на себя, — сказал Бек, унося благовония к столику. — Но вам придется молчать, потому что разговоры сбивают мои обонятельные рецепторы.

Он начал принюхиваться к палочкам.

Ади вернулся к расшифровке ленты, но не успел продвинуться, как Бек победно крикнул — что-то вроде: «Это сосновая ветка, а не перо!» — и вставил последнюю палочку. Запертый ящик столика выдвинулся, а часы на стене замерли на отметке 23:09. Они были на финишной прямой.

— Карты Таро! — завопил Бек, виртуозно тасуя колоду, прежде чем разложить ее на столе.

— Тут явно какая-то ошибка. Фиолетового шарфа нет! — Сиерра и Картер изучали свиток с чакрами, окруженные разноцветными шарфами. Сиерра выглядела раздраженной.

— Может, дело не в шарфах? — предположила Картер.

— Дело точно в шарфах! — огрызнулась Сиерра, отчего Картер отшатнулась.

— Что происходит? — спросил Ади.

Сиерра вздохнула:

— Смотрите, в таблице чакр сказано, что предсказания наиболее точны, когда атмосфера соответствует ауре человека. Красный — страсть, оранжевый — творчество и так далее. А фиолетовый — это интуиция. Гадалка упоминала интуицию, и Луис тоже! Значит, нам нужен фиолетовый цвет, но фиолетового шарфа тут нет!

— Может, дело вовсе не в шарфах, — повторила Картер. — Может… не знаю… фиолетовое есть на одной из картин или…

— Нет, дело в шарфах, — настояла Сиерра. — Смотрите! Наверху есть крючки. — Она указала на крючки вокруг фонаря, которые Ади раньше не замечал. — И у каждого шарфа по углам вшиты кольца точно нужного размера, но фиолетового шарфа нет!

— У вас есть синий и красный, — вставил Бек. — Я один помню цветовой круг? Чему вас вообще учат в обычной школе?

— В обычной школе? — переспросила Картер. — В отличие от чего? Школы Маппетов?

— Черт, а ведь он прав! — воскликнула Сиерра. — Не верится, что я это упустила. Я же художник! Что со мной не так?

— Ты просто голодная, — ответил Бек.

Сиерра развесила синий и красный шарфы так, чтобы свет от фонаря проходил сквозь ткани, окрашивая комнату в глубокий фиолетовый цвет.

Как только она закончила, туман в хрустальном шаре снова завихрился, и шар засиял.

Гадалка появилась снова, но на этот раз выглядела не разгневанной, а задумчивой. Её взгляд был опущен, будто она смотрела на невидимые карты перед собой:

— Ваша первая карта говорит о грядущих переменах, о быстрой и жестокой трансформации. Ваша вторая карта показывает крах и предательство, вызванные не волей богов, а собственными грехами. Ваша третью карта показывает, что прошлые обиды будут искуплены, и порядок наконец восстановится. — Видео на секунду прервалось и началось сначала. — Ваша первая карта говорит о грядущих переменах…

— Ади, она описывает карты, которые нам нужны! — выкрикнула Картер. — Проверь брошюру!

— Я пытаюсь, — сказал Ади, листая страницы. — Но тут сотня карт!

— Вообще-то семьдесят восемь, — поправил Бек.

— Ладно, мы поняли! — рявкнул Ади. — Ты разбираешься во всей этой мистике, а мы бесполезны!

— Ади! — ахнула Картер.

Он глубоко вздохнул и потер глаза ладонью. Сиерра предупреждала их об этом.

— Извини. Ладно. Я практически уверен, что последняя карта — это Справедливость. Восстановление порядка и все такое. Но первые две… — Ему стало неловко перед Беком. — Есть идеи?

— Я думаю, — ответил Бек, прислушиваясь к словам гадалки. — Первая может быть Башней. Или Двойкой Мечей. Подожди — а какая была про «не волю богов»?

— Не воля богов, — поправил Ади. — Крах и предательство, но не воля богов. Это вторая.

— Для второй больше всего подходит Двойка или Десятка Мечей, — задумался Бек. — Ладно, пробуем: Смерть, Десятка Мечей, Справедливость.

Ади выбрал три карты и положил их в углубления на скатерти. Римские цифры в верхней части каждой карты подсветились: XIII–X — XI.

— Ого, круто, — восхитился Бек. — Как они это сделали? — Он заглянул под стол. — Там наверняка датчик…

— Тринадцать, десять, одиннадцать! — крикнула Картер. — Шесть цифр!

Сиерра уже держала шкатулку в руках, быстро набирая комбинацию: 131011…

Крышка распахнулась, открыв массивный скелетный ключ. Картер зааплодировала, пока Сиерра шагнула к двери, вставила ключ в скважину и повернула его.

Дверь распахнулась. Раздался знакомый сигнал.

Они выбрались.

Погодите-ка.

Они выбрались?

Но…

Они использовали не все подсказки.

Ади посмотрел на ленту в своей ладони. Длинная строчка букв нерасшифрованного кода.

Пока голос Фитци раздавался в его наушнике, поздравляя команду «Хельсинг» с победой, Ади нахмурился и убрал ленту в карман.

Интервью: Алисия Ангелос

ВЫЖИВАЛИТИ: СЕЗОН ЧЕТВЕРТЫЙ

КОНЕЦ ПЕРВОГО РАУНДА: ВЕСЬ ЭТОТ ДЖАЗ

— Как думаешь, как справилась твоя команда? — спрашивает Фитци.

Алисия смеётся — громко и искренне:

— Эта комната была просто потрясающей! Бутылки из-под выпивки, пианино, костюмы! — Она вскакивает с деревянного стула и делает несколько па, отчего бахрома её серебристого платья в стиле флэппер гипнотически покачивается на бёдрах. — Я в полном восторге!