– А, так вот о ком речь! – вскричал он, небрежно пожав тетушкам руки и резво устремившись к Фифи.

– Девочка моя, это доктор Гэллап, – улыбнулась тетушка Джо: она уже успокоилась и надеялась, что теперь все будет хорошо. – Он мой старый друг, он тебе поможет.

– Разумеется, а как же! – воскликнул доктор Гэллап, тут же к ней подбежав. – У меня она мигом придет в норму.

– Он знает все-все про наше сознание, – сказала тетушка Джо.

– Ну, не совсем все, – доктор Гэллап скромно улыбнулся. – Однако врачей, пользующихся традиционной методикой, мы порой сильно удивляем...

Он обернулся к Фифи и, лукаво улыбнувшись, повторил:

– Да-да, милая моя леди, мы их частенько удивляем.

Он решительно хлопнул в ладоши и, подтянув к себе стул, уселся напротив Фифи.

– Ну! – воскликнул он. – Давайте разбираться, в чем дело. Для начала вы мне сами расскажете, как все это получилось. Я вас слушаю.

– Как все получилось, – сказала Фифи, позевывая, – вас не касается.

– Как это не касается?! – снова воскликнул он, не веря собственным ушам. – Милая девочка, я же хочу вам помочь. Смелее, расскажите старому доктору все как было.

– Пусть лучше тети расскажут, – холодно заметила Фифи. – Видимо, они знают лучше.

Доктор Гэллап нахмурился.

– Ваши тети уже обрисовали мне ситуацию в общих чертах. Тогда, может, я задам вам кое-какие вопросы?

– Ты ведь ответишь на вопросы доктора, а, дорогуша? – ласково спросила тетушка Джо. – Доктор Гэллап самый прогрессивный специалист во всем Нью-Йорке.

– А я девушка старомодная, – ехидно сказала Фифи. – И, по-моему, совать нос в чужие дела – безнравственно... Но ладно уж, валяйте, я попробую отвечать, как в таких случаях полагается.

Доктор Гэллап сделал вид, что не заметил явную издевку в ее словах, и изобразил профессиональную улыбку.

– Итак, мисс Марсден, как я понимаю, вы примерно месяц назад приехали сюда, чтобы отдохнуть.

Фифи покачала головой.

– Нет, совсем не для этого, мне просто было нужно ото всех спрятаться.

– Вам было стыдно, что по вашей вине расстроилась свадьба?

– Жутко стыдно! Бросить мужчину у самого алтаря... это все равно что заклеймить его, а клеймо, оно уже на всю жизнь.

– Но почему вы это сделали? – допытывался доктор.

– А почему бы нет?

– Никаких вопросов. Вопросы задаю я... Ну ладно, продолжим. Итак, вы сюда приехали. Чем вы занимались?

– В основном гуляла. На берегу.

– Так-так... и во время одной из прогулок вы и встретили этого... м-м-м... человека, про которого мне ваша тетя рассказала по телефону?

Фифи чуть покраснела.

– Да.

– А что он делал, когда вы его в первый момент увидели?

– На меня смотрел. С дерева.

Обе тетушки тут же в один голос что-то воскликнули, явственно прозвучало слово «горилла»...

– И он вам сразу понравился? – спросил доктор Гэллап.

– Нет, не особенно. Сначала я просто расхохоталась.

– Так-так... И, насколько я понимаю, он был очень... м-м-м... оригинально одет, верно?

– Верно, – подтвердила Фифи.

– И к тому же он был небрит?

– Да.

– Так-так! – И доктор Гэллап весь изогнулся, словно медиум, выходящий из транса.

– Мисс Фифи! – торжествующе воскликнул он. – Вы когда-нибудь читали книгу «Настоящий мужчина»?

– Даже не слышала о такой.

– А книгу, в которой юную девушку преследует так называемый роковой мужчина или дикарь, пещерный житель?

– Не помню.

– Ваша самая любимая детская книга?

– «Маленький лорд Фаунтлерой»^[2].

Доктор Гэллап был явно разочарован. И решил испробовать другой подход.

– Мисс Фифи, и все-таки согласитесь, что никаких таких чувств вы на самом деле не испытываете, что все это – лишь фантазии, плод вашего воображения?

– Ничего подобного! – вдруг твердо заявила Фифи. – За этим кроется гораздо больше, чем все вы думаете. Этот человек в корне изменил мое отношение к жизни.

– Что вы имеете в виду?

Фифи собралась что-то объяснить, но вдруг ее прелестные глаза упрямо сощурились, и она промолчала.

– Мисс Фифи! – с пафосом произнес доктор Гэллап. – Слышали про дочь С. Т. Дж. Кэлхуна? Да-да, того самого, владельца компании по производству крекеров, которая влюбилась и сбежала с таксистом. Вы знаете, что было дальше?

– Нет.

– Работает теперь в прачечной на Ист-сайд, чтобы как-то свести концы с концами и прокормить ребенка.

Он пытливо на нее посмотрел. Лицо Фифи больше не было безмятежным.

– А Эстель Холидей, которая в двадцатом году сбежала из дома с помощником своего отца! Хотите знать, что мне недавно о ней рассказали? Она еле приковыляла в благотворительную лечебницу, вся в синяках, пьяный муж избил ее чуть не до смерти.

Фифи уже тяжело вздыхала. Тетушки подались вперед. Доктор Гэллап внезапно вскочил на ноги.

– А ведь они рисковали куда меньше, чем вы! – рявкнул он. – Они не увивались за бывшим каторжником, чьи руки обагрены кровью.

Тут уже и Фифи вскочила со своего места: глаза ее метали молнии.

– Эй вы, поосторожней! – крикнула она. – Это клевета!

– Ничего подобного!

Сунув руку в карман, доктор извлек сложенную вечернюю газету и швырнул на стол.

– Вот, прочтите! Там подробно все описано: как четверо убийц три недели назад ворвались в банк в Уэст-Крэмптоне. Как они расправились с кассиром. И одному из них, самому свирепому и опасному, удалось уйти от погони. И еще вы узнаете, что эта горилла, эта гнусная тварь скрывается где-то тут, в окрестностях мыса Монток!

Тут раздался приглушенный крик – это тетушки, которые всегда все делали вместе, упали в обморок. И в этот момент раздался громкий стук в парадную дверь, словно кто-то барабанил по ней здоровенной дубиной.

IV

– Кто там? – вздрогнув, крикнул доктор Гэллап. – Отвечайте... иначе буду стрелять!

Взгляд его скользнул по комнате, ища какое-нибудь оружие.

– А ты кто такой? – донеслось с крыльца. – Ну-ка, живо отпирай, не то я счас как стрельну – всю дверь разнесу...

– Как же быть? Что же делать! – воскликнул доктор Гэллап, покрывшийся испариной.

Фифи, продолжавшая методично опрыскивать водой собственных тетушек, обернулась к нему со снисходительной улыбкой на губах.

– Это Перси, наш садовник. Наверное, решил, что вы грабитель.

Она подошла к двери и отодвинула засов. Перси с дробовиком наперевес осторожно заглянул в комнату.

– Все в порядке, Перси. Это просто специалист по психам из Нью-Йорка пожаловал.

– Нынче ночью все не слава богу, – испуганным голосом сказал Перси. – Мне уже целый час слышится плеск весел.

Тут веки у тетушек затрепетали, и они одновременно открыли глаза.

– Туман кругом, – продолжал Перси, словно сом-намбула. – И в нем голоса. На полметра ничего не разглядишь, но там лодки, честное слово. Я насчитал чуть ли не дюжину голосов, перекликаются, зовут друг дружку, не иначе как привидения вздумали устроить пикник на пляже...

– А это что за звук? – спросила тетушка Джо, садясь на полу.

– Дверь-то вы заперли, – пояснил Перси, – вот я и стучал в нее ружьем.

– Да нет, вот этот, только что.

Все прислушались. Через распахнутую дверь донесся низкий стон – из темной пелены тумана, который в самом деле окутал и море, и берег.

– Надо туда пойти и выяснить, в чем дело! – воскликнул доктор Гэллап, который снова обрел утраченное было душевное равновесие. Но тут снова раздался стон, будто там испускало дух какое-то морское чудовище, и доктор добавил: – По-моему, вам сегодня требуется совсем не психоаналитик. У вас в доме есть еще одно ружье?

Тетушка Кэл, поднявшись с дивана, вынула из ящика письменного стола маленький револьвер, инкрустированный жемчугом.

– Не можете же вы оставить нас одних, – твердо заявила она. – Куда вы, туда и мы.

Все четверо – Фифи вдруг куда-то исчезла – вышли на крыльцо, спустились по ступенькам на дорожку, стараясь держаться поближе друг к другу, но потом остановились, всматриваясь в непроглядную мглу, куда более опасную и непредсказуемую, чем темнота.