Примеры арианизации встречаются и здесь, где появились не в том обязательном порядке, как в долине Ганга. Кажется, что южные царства гораздо больше заимствовали от тех соседей, с которыми общались через море, нежели с сухопутными. К примеру, письменность, «с которой начинается сама цивилизация»{79}, здесь появилась не с севера, из долины Ганга, а с юга, с острова Шри-Ланка. Благодаря посланнику Ашоки Шри-Ланка опередила материк. Ее буддистские летописи послужили материалом для сверки событий, отраженных в стихах, с датами правления царей. С этого острова алфавит брахми перебрался в страну Пандья, а затем в Кералу и Нолу. Но арианизация все же добралась до них, хоть и окольным путем.
Решающую роль сыграл фактор моря. Фактически именно подробное описание морской торговли сильно выделяет тамильскую поэзию. Они постоянно упоминают оживленные рынки, полные товаров склады, корабли, пришедшие из многих стран, искусный торг и яванов (не только бактрийских греков, но чужеземцев вообще), «чьи богатства не иссякнут» — все это согласуется с тем, что мы знаем о жизни в южной Индии в I веке до н. э. из других источников, главным образом из археологических находок и многих упоминаний в римской литературе.
На юге и по всему западному побережью найдено множество образцов римской керамики, в том числе амфоры для вина. Римские монеты находят в Тамилнаде, Керале и других местах. На восточном побережье, в районе Пудучерри (к югу от Мадраса), у поселка Арикамеду, откопана одна из баз индо-романской торговли. «Вдруг в Арикамеду из немыслимо далеких земель пришли странные вина, посуда, какой не делали здешние мастера, лампы необычного вида, стекло, резные камеи»{80}.
Примерно в то же время в другой порт прибыл Фома Неверующий. Согласно преданию, в свою вторую индийскую миссию Фома обратил в христианство гораздо больше людей, но заплатил за это мученической смертью. Его убили в Милапуре, теперь это пригород Мадраса. Пещера, в которой он жил, находится в горе, на которой апостол был убит. Там же и могила, где он похоронен. Гора носит его имя, а могила до сих пор почитаема.
Фома сошел на сушу в одном из заросших кокосовыми пальмами портов Кералы. Местная община сирийских христиан считает себя потомками тех, кого Фома обратил на индийской земле первыми. Отсюда апостол направился к восточному побережью. Предметы римского происхождения находят по всему полуострову, от Кранганора, который римляне называли «порт Музирис» (возле Кочина), до Арикамеду и устья реки Кавери. При этом очевидно, что римские корабли обычно не огибали мыс Коморин. Римляне закупали в Керале перец и листья малабарского коричника, которые называли «малабатр». Рисковать кораблями, огибая мыс против ветра, им было незачем. Просто амфоры с тосканским вином, стекло и посуда грузились торговцами-яванами на повозки, и быки тащили их через Коимбаторский перевал (в Западных Гхатах), чтобы доставить груз вниз по Кавери. В Арикамеду и других портах восточного побережья их меняли на не менее ценный груз — гвоздику и мускатный орех с Молуккских островов, драгоценные камни и благовония из Малайи, Бирмы и с восточных Гималаев.
Поселения и миграции
Так складывалась торговля между Востоком и Западом. Этот индийский порт служил одним из перевалочных пунктов, к которым шли корабли через Аравийское море, одним из терминалов обширной торговой сети. Более подробные сведения об этой первой в мире межконтинентальной торговле и о роли индийского судоходства и индийских купцов можно почерпнуть из двух источников: из надписей в огромных скальных храмах в западном Декане и из археологических раскопок в Юго-Восточной Азии.
К сожалению, полная ясность относительно Каракорумской и Бактрийской дорог в Китай имеется только в смысле их географического расположения. Археологические раскопки в Юго-Восточной Азии для этого периода времени результатов почти не дают. В центральной Бирме обнаружен город, датированный первыми веками новой эры. Дворец и ступы его построены по буддистскому образцу. В Таиланде и Вьетнаме находят римские монеты, а также бусы, бижутерию, керамику, геммы и металлические изделия, привезенные из Индии. Осколки индороманской керамики, похожей на ту, что найдена в Арикамеду, встречаются также и в японских захоронениях. ГЬраздо сильнее впечатляют бронзовые сосуды и карнелиановый лев, найденные в западной части центрального Таиланда, возле местечка Дон Та Пхет. «Считается, что здесь еще до начала новой эры очень активно действовали буддистские проповедники. Если принимать во внимание индийские источники, в которых говорится о кораблях, уходящих в море, о проповедниках и приключениях купцов в «Суварнабхуми», а также греческие упоминания о «Хризе» и «Херсонесе» (все эти три слова означают «золотая земля» и относятся к Бирме, Суматре или Малайскому полуострову), то вполне хватает фактов, чтобы доказать важную роль Юго-Восточной Азии в мировой торговле, которая связывала Средиземноморье и ханьский Китай»{81}.
Благодаря этой торговле и деятельности проповедников в Юго-Восточной Азии и появились первые следы индийской культуры. Древнекитайские тексты упоминают о «крохотных индийских государствах, существовавших на Малайском полуострове со II века»{82}. Одно из них, по-китайски Тунь-Сунь, насчитывало 5000 индийских семей да еще тысячу брахманов, за которых туземцы сосватали своих дочерей. «Из-за этого многие брахманы не стали уезжать. Они ничего не делают, только твердят священные тексты, купаются в цветах и благовониях, денно и нощно храня благочестие»{83}.
Похоже, что торговцы, вместо того чтобы ходить Малаккским проливом, нашли короткий путь через Малайский полуостров, как до этого поступили с Индостаном. Индийские поселения в Малайе, вероятно, возникли по этому торговому пути, по нему же брахман Каундинья проследовал на восток, за Сиамский залив, к устью Меконга.
Там его встретили враждебно, если верить китайским источникам. Местная царица по имени Лю-Йе (Ивовый Лист) пыталась захватить его корабль. Но когда Каундинья с помощью стрелы поджег ее собственный корабль, Ивовый Лист передумала.
Устрашенная, она сдалась на его милость, и Каундинья взял ее в жены. Но видеть ее нагой ему не пристало, и он взял ткани, чтобы сделать из них одеяние, и заставил царицу надеть его. Затем он правил страной и передал власть своим наследникам{84}.
Так, согласно китайским летописям, около 100 года было основано индийское царство Фунань. Оно существовало пять столетий, и благодаря ему на вьетнамском побережье появились другие индо-буддистские торговые государства (Чампа, Линьи). Затем они объединились в «индианизированное» Кхмерское царство со столицей в Ангкоре.
От Фунаня до 300 года мало что осталось. Город-порт, который удалось откопать в Окэо, в провинции Анзянг, располагался в дельте Меконга во II веке. В нем нашли статуэтки Вишну и другие предметы индуистских культов. Вероятно, там стоял храм. Дальше по берегу, у городка Вокань, в районе города Нячанг, стоит стела, предположительно III века, с надписью на санскрите. Она рассказывает о правителе, установить имя которого не удалось. Но, что гораздо важнее, она подтверждает догадку, что письменность в эти края пришла из Индии. Однако это лишь отголоски процесса арианизации, дошедшие до первых веков новой эры. Они приобщали образованную диаспору к индийской культуре «Золотого века» династии Гуптов.
Что до сведений, почерпнутых из скальных храмов западного Декана, они не только подтверждают торговлю с яванами (в основном римлянами), но еще и говорят о важных связях между религиозными образованиями и коммерческими предприятиями. Скульптуры и сделанные там находки датируются 100–170 годами. Число самых древних пещер Декана приближается к тысяче. Это комплексы Бхаджа, Карле, Нашик, а также пещеры Аджанты и Эллоры. Многие комплексы включают колонны, ступы, сводчатые чатья, величественные фасады, придающие храмам вид пещер. Большинство из них вытесаны буддистами.
