— Хэй, коколардо ты недоделанный, — пьяно пощелкал пальцами перед носом друга черноглазый, — понял, да? Жуй свою картошку и не понти.

И икнул.

Но Сергея уже было не сбить с поставленного пути. А дальше случилось то, чего я так отчаянно боялась:

— Насть, ну если возможности нет, то надо срочно это дело исправлять.

Боже, ну за что?

— Поужинаешь со мной здесь завтра? Положим, часиков в шесть. Идет?

Идет только Сережа, прямо и целенаправленно на хер.

— Благодарю вас за приглашение. Оно невероятно лестно для меня, но я вынуждена отказаться.

— Уверена? — ударил меня наотмашь его недовольный взгляд.

— Абсолютно, — растянула я губы в улыбке, смотря прямо и твердо.

А затем кивнула и пошла на выход, чувствуя, как бомбардирует спину две пары глаз.

Уже закрывая дверь, я снова услышала черноглазого и его веселый смех:

— Гусь! Когривский! Бля, Серег, я тебя сейчас так в телефоне переименую.

Я прижала ладошки к щекам и с упавшим сердцем поняла, что мне не видать этого места, как своих собственных ушей. Все — потрачено. Остаток времени я обслуживала столик с планомерно надирающимся Лиссом и равнодушным Сергеем, который резко и на корню потерял ко мне всякий интерес.

Они обсуждали какую-то Аню. И я пришла к выводу, что именно из-за нее, черноглазый и стремился сегодня утопиться в алкоголе.

Что дальше?

Ну, пьянствовали эти двое долго. Выграли одну бутылку, а затем наполовину вторую. Смели еще две порции пирожков — троглодиты. И одну — голубцов. Черная дыра у них там вместо желудка, что ли?

А затем все закончилось и у меня наконец-то попросили счет.

Наверное, не надо говорить, что я едва не рыдала от счастья. А после, когда мужчины рассчитались за ужин и ушли, то в полнейшем шоке смотрела на чаевые, которые они мне оставили.

Потому что их было много.

Типа, как очень много, понимаете!

И администратор еще так мне кивнула, мол, забирай себе — ты это заработала.

— Но я не могу их взять. Тут слишком много, — понесла я какой-то словесный понос, за что резонно словила недоумение.

— Настя, с вами все в порядке? Может, вы перенервничали и вам нужно немного прийти в себя, попить воды и все такое? — спросили меня, и я кивнула, а затем все же сунула четыре купюры самого высшего номинала в карман.

И отправилась переодеваться. А там уж, уже в предбаннике встретила ожидающую меня все это время Катьку. За что я ей была безмерно благодарна.

И только уж мы было двинули на выход, подальше от этой богадельни, как к нам снова вышла девушка-администратор, которую звали красивым именем — Милена.

Она тепло улыбнулась мне. Затем легко кивнула Арямкиной. И выдала:

— Екатерина, спасибо огромное, что пришли к нам на собеседование и уделили время. Вы очень яркий и позитивный человек, но, к сожалению, на этот раз мы приняли решение продолжить поиск кандидата на нашу вакансию. Разумеется, мы обязательно сохраним ваше резюме — если появится позиция, которая будет вам идеально подходить, я сразу с вами свяжусь. Желаю вам найти место, где вас по-настоящему оценят!

Катя потерянно вздохнула и опустила глаза. А тем временем Милена перевела взгляд на меня и снова улыбнулась. Но я расценила это, скорее как жалость, и приготовилась к неминуемому отказу.

Вот только никак не ожидала того, что она скажет дальше:

— Анастасия, поздравляю — вы приняты в «Белый кролик»! Нам очень понравилось, как вы держались сегодня, как думали и как улыбались даже под конец трёхчасового кастинга. Ждём вас в понедельник в семнадцать часов на первое вводное обучение. Разумеется, обучение у нас оплачивается полностью — оклад сто процентов с первого дня. Форма выдаётся, график на согласование пришлю сообщением чуть позже. Добро пожаловать в семью!

Развернулась и ушла. А я осталась стоять.

И офигевать!

Глава 4 – Синица в руках

Настя

— Мне нужно срочно заесть стрессы, Тась! — решительно постановила подруга, смотря на меня побитым воробьишком.

— Мы в центре, Кать. Тут ценник — конь! Давай до общаги доберемся, а? Там у нас туба клубничного мороженого в морозилке лежит. Включим «Во все тяжкие» и предадимся печали.

— Нифига, Куклина! — решительно мотнула головой девушка. — Если уж и помирать, то с музыкой. Да и меня давно так не опускали. Считай, что ниже плинтуса.

А я закусила губу и уставилась на Арямкину побитой собакой. Не хотелось мне ей говорить про то, что я сегодня, помимо полученного места в штате, еще и обогатилась на кругленькую сумму денег. Ну, потому что, во-первых, я стеснялась, что вот так, как с куста и фактически ни за что бабки сняла. А во-вторых, потому что боялась резонных расспросов подруги о том, каких именно «папиков» я обслуживала в закрытых кабинетах.

Думала долго, но в конце концов, посчитала, что имею право на секреты.

— У меня денег совсем нет, — дернула я за рукав Катю.

— Ну, знаешь, уж подруге я на чашку кофе как-нибудь по сусекам наскребу, — и девушка воинственно отправилась в кафе напротив, которое, на мое счастье, было небезызвестным фастфудом с не ломовыми ценами.

— Мне неудобно. — снова попыталась я замедлить ускорение Арямкиной, но тщетно.

— Неудобно срать на потолке, Тася, — огрызнулась девушка и резко дернула на себя тяжелую входную дверь закусочной, — так что, шевели булками. Гуляем!

А я сделала мысленную пометку, что прямо завтра внезапно «выиграю в лотерею» и забью нам холодильник под завязку.

Спустя всего лишь минут десять мы уже сидели за столиком и уплетали за обе щеки божественно вкусные и невероятно вредные острые крылышки, панировка которых могла легко и непринужденно служить ядерным топливом для запуска космических кораблей в бескрайний космос.

Без шуток.

— Ну, кто первый начнет? — вопросительно приподняла брови Катя, когда уже утолила голод и сытая улыбка появилась на ее миловидном личике.

— Мне рассказывать особо нечего, — пожала я плечами, а затем, скрестив под столом руки и ноги, соврала без зазрения совести, — я обслужила в зале двух стариканов. У них, ввиду их дряхлости и степени разложения, уже при жизни со слухом проблемы, да и со зрением неважно. Вот и подфартило мне. Не заметили моих очевидных косяков.

— Чаевые хоть оставили? — насупилась Катька.

— Скупердяи, — мотнула я отрицательно головой.

— Вообще, ничего не дали, что ли? Так не бывает, Тась. Место обязывает.

Я чертыхнулась.

— Милена все забрала.

— Вот же сука!

— Да ну и фиг с ней, — отмахнулась я. — Ты лучше расскажи, как у тебя все прошло?

— Да я до сих пор хурею, Куклина! — вскинула руки Катька.

— Все так плохо? — скривилась я.

— Более чем. Хотя...

— Что?

— Сначала меня погоняли по стандартным вопросам, которые я, вроде бы как, погуглила в интернете и знала ответы. Ну, типа как: что я буду делать, когда мне попадется «трудный» клиент или как я поступлю, если гости будут недовольны качеством блюда?

— А дальше?

— А дальше что-то не задалось. И я уже после первого каверзного вопроса поняла, что меня вышвырнут, как прошлогоднюю пожухлую морковку.

— Катюш, — участливо стиснула я пальцы подруги, но она лишь надула губы и всхлипнула.

— Ну вот, как тебе такое: гость жалуется, что стейк прожарен, хотя заказывал с кровью — твои действия?

— Вилкой в глаз или в жопу раз? — растопырила я пальцы и набычилась, а Катька внезапно подавилась картошкой. Закашлялась хрипло и надсадно.

Покраснела вся, как свекла, а затем заржала так громко и заразительно, что из глаз ее покатились слезы.

— Боже, Тась, ты сумасшедшая! Но я тебя люблю. Ты же это знаешь?

— Конечно, — пожала я плечами. — Что там дальше?

— Дальше было следующее: что я сделаю, если увижу, что коллега и по совместительству мой друг ворует бабло из кассы?

— Постою на стреме? — прищурилась я, а Катя снова рассмеялась.

— И как тебя взяли в штат с такими коммуникативными навыками?