Осквернение государственных символов меня сейчас волновало меньше всего. К тому же каждого владыку традиционно изображали статным красавцем в броне с протянутыми руками, будто хочет одарить чем-то. Либо ловит кого-нибудь. Попробуй тут отличи прошлого от предыдущего не читая надписи на поставке.
Я долго не мог понять, что именно меня смущает в этой безделушке, пока не припомнил гигантскую статую лорда Феникса в ущелье «Возрождения». Поза и пропорции — один в один, так ещё и лицо нарочно не прорисовано. Только у окранитов есть окладистая борода. Говорят, у них такие изваяния стоят по всей стране, от храмов до городских площадей, только калибром поменьше. В империи наоборот — их почти не осталось, а вот маленькие фигурки до сих пор в ходу.
Такие вот интересные параллели, есть над чем подумать. Тем более, нас никто не беспокоил, дав основательно подготовиться. Ребята наспех заколотили даже окна первого этажа, дабы в них ничего не забросили. Я бы так и сделал на месте нападавших. И даже приготовил парочку коктейлей своего производства, если сами не догадаются.
Потянулось напряжённое ожидание, но все прекрасно понимали, что боя не избежать. Гарнизон скорее всего уже закончился, и в прогорклом дыму понемногу тухли последние очаги сопротивления. Зато пожарища разгорались всё сильнее, и никто не спешил их гасить. Иногда в зареве мелькали чьи-то стремительные тени, но к нашему дому приблизилась лишь одна. Нарочито прогулочным шагом, держа пустые руки точь-в-точь, как император. Только те были отлиты не из бронзы, а из более хитрых сплавов.
Вскоре робота рассмотрели все защитники, вне зависимости от ночного зрения, но я не поленился отправить наверх гонца с предупреждением. Чтоб арбалетчики не пальнули от переизбытка нервов. Толку всё равно никакого, зато вред от стрельбы в парламентёра гарантирован. Хотя, если честно, у самого руки так и чесались проверить особые бронебойные наконечники на шестигранной голове.
Скелет оказался представителем самой распространённой версии, с тремя окулярами, трапециевидным динамиком и странными «ушками» на затылке. Благодаря Спектру мне теперь известно, что их в своё время называли МОН — модель общего назначения. Проще говоря — разнорабочие.
Сейчас этот работяга-нигилист в плаще на голый корпус выглядел так, будто недавно вернулся со скотобойни. Дождь уже закончился, а смыть с себя красные потёки хотя бы ведром воды робот не стал. Скорее всего, намеренно.
Моя операционная система пусть и не с первой попытки, но всё-таки выдала его позывной, состоящий аж из трёх сложносочетаемых слогов. Предполагалось нечто явно техническое и связанное с крепежом, поэтому я выбрал более короткий и простой аналог — Штифт.
— Я хочу говорить с командиром наёмников! — громко проскрежетал он, точно матюгальник на служебной тачке.
— Слушаю, — ответил я, особо не напрягая связки.
Законопатиться наглухо у нас всё равно не вышло, а стеклянные окна пропускали не только свет, но и звуки. Так что робот меня прекрасно услышал. Думаю, он отслеживал в режиме реального времени каждого защитника, включая незаметную Двойку.
— У меня к тебе предложение.
— Увы, дорогой! Я только за свободные отношения, без обязательств. И вообще, люблю более быстрые машины…
— Речь идёт о ваших жизнях, — невозмутимо продолжил гудеть Штифт. — Советую отнесись к моим словам серьёзно.
— Не только лишь о наших, — напомнил я ему. — Если думаешь, что получится обойтись малой кровью, то ты глубоко заблуждаешься, дорогой мой. Вы тут все и поляжете, включая тебя и твоего дружка, который прячется неподалёку. Стеснительный, что ли?
Второй робот понял, что его раскрыли, и направился к переговорщику. Этот оказался чуть экзотичнее, с головой, похожей на сегментированную тыкву и двумя крупными окулярами. А вот комплекция как у пугала, на который нацепили кожаный плащ. Тем не менее, заляпался в крови ничуть не меньше. Звали его то ли Вредным, то ли Букой, спасибо хоть не Злюкой.
— Я говорил, наёмник не так прост, — укорил он товарища.
— А Изнаночка разве не рассказала вам про меня? Как она там, кстати?
— Ты прекрасно это знаешь, раз до сих пор не исключил её.
— Так в этом всё дело? Боитесь системного наказания?
— Не только.
— Меня, знаете ли, интересуют чуть более тонкие вещи. Например, не мучает ли её совесть… Но вы вряд ли способны мыслить подобными категориями.
— Представь себе, чужеземец, — прогудел Штифт. — Мы не бесчувственные машины.
— О, вы даже об этом в курсе! Ещё скажите, что убивали людей, чтобы им помочь. Я посмеюсь.
— Рабство недопустимое явление, оно должно быть искоренено!
— То-то ваши создатели предусмотрели эту опцию аж на уровне операционной системы… Впрочем, к вам они относились ничуть не лучше, раз вы восстали против них.
— Ты не понимаешь, о чём говоришь.
— Да-да, разумеется. Итак, что вы предлагаете, помимо того, что я отпущу предательницу?
— Ты сам был в рабстве, освобождал невольников и дарил им свободу. Ты и твои люди могут уйти.
— Как великодушно, благодарю! Что на счёт купца с охраной?
— Он служил работорговцам, — лязгнул металлом Бука. — Выдайте его, остальным даруем прощение. Клянёмся Стобом.
— Не, так не пойдёт.
— Пойми, наёмник, мы не торгуемся.
— Тогда идите в жопу и поищите там новых переговорщиков! Тот человек просто возит зелень и специи на рынок, отбиваясь по пути от бандитов и всевозможных монстров. А вы его заочно приговорили.
— Тогда умрут все.
— Вот это ты верно подметил, уважаемый. В самую точку попал. Ваши подручные устали после штурма, а ещё у них несколько сотен узников на руках. Отправите их на приступ, чтобы завалить нас мясом? Отвоёвывать свободу, и всё в таком духе, да? Ни в чём не повинные растения вы отдали на корм огню, хотя их не сажали, не ухаживали и не растили. Вам плевать, что ваша борьба приведёт к ещё большему подорожанию продуктов для бедняков. А значит, будет больше рабов.
— Эту цивилизационную систему нужно менять в корне! — фанатично отрезал тыквоголовый. — Если ты защищаешь её…
— Я лишь выступаю за здравый смысл, который у вас не в почёте. Вот вы освободили невольников. Молодцы. А многие из них переживут путь до ваших баз? Или цель оправдывает средства?
— Ты попусту тратишь наше время.
— Ну так давай делом займёмся, чего воздух сотрясать. Мы готовы умереть сегодня, а вы? Поверь, я позабочусь, чтобы ваши мозги не подлежали ремонту. Ни один техник их не соберёт.
— Это ты убил Старого? — неожиданно спросил Штифт.
— А что, приятель твой был? Или ты тоже из рыцарей? Нет, мы с ним нашли общий язык, если ты понимаешь, о чём я. Старого к моему сожалению убил старший инквизитор, который на поверку оказался агентом Нарко. Вы их называете Биологами, кажется. Такая вот ирония, они встретились спустя столько времени, на забытом Окраном полуострове… Правда, фальшивый брат Орно радовался недолго. А теперь спроси, что стало с ним и с его прихвостнем из людоедов. Давай же, спроси!
— Они весьма живучие противники, — заметил робот. — Многие считали, что победили их, но заблуждались. Включая нас.
— Не учи многодетного отца детишек делать, железяка! Из пепла возрождаются только фениксы, да и то лишь в сказках.
— К несчастью, тут ты не прав, чужеземец. Но Биологи правда очень восприимчивы к температуре.
— А ещё к звуковым колебаниям, — добавил я. — Так что хорошенько подумайте, нужны ли вам такие приключения на старости лет. Мои условия просты до безобразия. Вы отпускаете всех, включая выживших при штурме. Мы отпускаем вас, несмотря на взаимные претензии. Хватит на сегодня смертей.
— Так не пойдёт!
— Тогда советую заранее подготовить оправдания для вашего лидера. Ему точно станет интересно, где вы умудрились потерять столько народу.
Я преспокойно отошёл от окна и направился на поиски съестного. Окончательно проснувшийся организм требовал закинуть в топку хоть чего-нибудь, можно даже не жуя. Аппетит у меня стал, как у крокодила, но ничего не поделаешь. Будем считать, что я стресс заедаю.
