— Ну, как отдыхается? — участливо спросил я, присев напротив.
Инженер что-то промычал, а из выпученных глаз хлынули слёзы.
— Вот не надо только приплетать сюда Китрина, — отмахнулся я. — Мы сами совершаем поступки, а потом за них же несём ответственность. Слышал, что на ошибках надо учиться?
Он часто закивал.
— Тогда почему ты здесь?
— Ы-ы-у-э…
— И что с того? Игральные кости тебе тоже в руку насильно сунули? Или не понял, что связался с шулерами?
Ответом был горестный полувздох-полувсхлип. Всё он знал, но думал, что умнее других. Обычное дело.
— Тебя уже один раз отправили к самой Нарко в счёт долгов, — напомнил я. — И ты не придумал ничего лучше, чем испытать судьбу снова… Что ж, поздравляю, твои навыки оценили достаточно высоко. Скорее всего, успели пообещать кому-то рукастого механика. Но это не так уж и плохо, поверь мне. С нами ты погибнешь куда вероятнее. Мы очень плохая компания, и у нас отныне вводится запрет на всё крепкое и азартное. Надо ли тебе такое общество?
Мау отчаянно задёргался, всеми силами давая понять, что готов отказаться от пагубных привычек.
— Ну, если ты так настаиваешь…
Благодаря ключам долго мне возиться не пришлось. И клетка, и ошейник открылись без проблем, а там настала очередь верёвок. От кляпа пленник избавился самостоятельно, практически выблевав мокрую тряпку. Ещё бы чуть-чуть, и он мог бы задохнуться, но рабовладельцев подобные мелочи не интересуют. Самостоятельно передвигаться наш блудный механик пока не мог, поэтому его взвалила на плечо Доска, закончив затаскивать новые тела внутрь. Свидетелей в таком щекотливом деле оставлять нельзя, да и человеколюбия после посещения барака у меня как-то поубавилось. Особенно к представителям Белых. Цвет вроде бы намекает на чистоту, а на самом деле они промышляют самыми грязными делишками в городе. Бордели, азартные игры и торговля невольниками — прямо флеш-рояль.
Отступать пришлось через ту же подворотню, до сих пор пустовавшую после нашего визита. Повезло, что Мау держали на безлюдных окраинах, потому как соседствовать с человеческими загонами желающих откровенно немного. А вот на самом рабском рынке не протолкнуться, да и охрана там не в пример бдительней. Ну ничего, после такого дерзкого налёта и тут наведут порядок.
Ничего так не бодрит и не прочищает заплывшие мозги, как трупы твоих коллег.
Изначально я намеревался тащить инженера на пункт временной дислокации в таверне, но стоило ему немного отдышаться, как он заявил, что знает, где остальные пропаданцы. По крайней мере, мужики.
— Миста… — прохрипел он столь надсаженным голосом, будто подхватил ангину. — Встретил старых друзей…
— Вот пусть теперь жахается с ними до следующего Вымирания! — предложила Двойка.
Я представил, что на следующую вылазку придётся брать сестрёнку Лиффию, и покачал головой.
— Давай посмотрим, вдруг они воспитанные люди? Может, ещё кого-нибудь им предложу…
Глава 13
Вежливость — лучшее оружие вора. Но, видимо, здешние обитатели не знали об этой прописной истине и стали быковать прямо с порога. Фатальная ошибка, что тут скажешь.
Я переступил через чьи-то внутренности, беспорядочно разбросанные по полу, и устроился на центральном кресле, где совсем недавно восседал главарь. Сам он остывал неподалёку, оставив мне отличный плащ-пыльник из дорогущей синтетической ткани. Не пачкается, не рвётся и не изнашивается. Да и выглядит стильно, грех не взять. Хотя бы в качестве моральной компенсации. Поначалу я вообще не собирался тут ничего трогать, включая тяжеленые мешочки с вышивкой торговой гильдии, но чего уж теперь.
Атаман был совершенно не против подарить мне такую замечательную обновку. А я ему в качестве обмена оставил болт в глазнице. Хорошо попал, даже шкурку не попортил. И сразу куда-то улетучилась вся паханская крутость и несговорчивость. Просили же по-хорошему, но утырок возомнил, что его ватага легко с нами справится без лишних разговоров.
Увы, братва подкачала. Когда бандитов начали резать по-настоящему, без пощады и перерыва на обед, они вдруг разом вспомнили о всяких неотложных делах. Некоторые в спешке сигали прямо из окон и даже с крыши на мостовую. Та хоть и укрылась солидным слоем грязи, пружинила весьма неохотно. Да и высота выходила приличная.
Притон обосновался в старом трёхэтажном здании с крепким фундаментом, заставшим ещё прежние времена. Стены из пушки не прошибёшь, только мы вошли туда через двери, которые толком никто не охранял. Дежурные оболтусы не в счёт, они там просто стены подпирали, поплёвывая со скуки. Ну кто в своём уме к ним сунется? Только какие-то залётные типочки, вроде нас. Таких заманить и ободрать святое дело.
А по итогу в мышеловку пустили дворового кота. Злющего, резкого и очень голодного.
Кое-кто из прыгунов без парашюта расшибся вдребезги, но некоторым удалось-таки улизнуть под шумок. Окран им в помощь — я как-то уже поумерил кровожадность на сегодня. Особенно, когда из подвала зачищенного притона достали живых, пусть и не вполне здоровых Мисту с Хопом. Оба пребывали не в том состоянии, чтобы слушать мои нотации, поэтому пришлось отложить воспитательную работу для лучших времён.
Хорошо хоть до серьёзных пыток дело не дошло. А то у нас из медицины под рукой только мой скальпель в протезе да связка простеньких жгутов, которыми легче кого-нибудь придушить, чем спасти. Да и с медиками беда. Юта всё ещё отсыпалась в наших покоях под охраной толковых шиноби. Я настоятельно просил её не беспокоить, а если проснётся до нашего возвращения, то как следует накормить.
Задерживаться посреди разгромленного воровского притона не очень-то и хотелось, но увы — на этот раз свидетелей было предостаточно. Начиная от сбежавших утырков, заканчивая соседями. Дело времени, пока по нашу душу не явятся хмурые люди в латах.
— Именем императора, откройте!
Кстати, вот и они.
Поставленная на место и частично забаррикадированная дверь содрогнулась от мощных ударов. Постучали на совесть — соседний квартал наверняка услышал — только я учёл ошибки прежних обитателей. Поэтому общение начал на безопасном расстоянии.
— С кем имею честь?
— Ты совсем там охерел⁈ Открывай!
Как обычно бывает, первой на шухер явилась городская стража. Более многочисленная и обнаглевшая в край. Да ещё и на прикорме у местного криминалитета. Препирались мы с ними добрых минут пять, пока не подоспела полиция. Причём с целым сержантом во главе. Самурай быстро угомонил стражников и в грубой форме отправил их патрулировать окрестности. Можно даже сказать, послал. Те к моему облегчению, особо рыпаться не стали. Законники здесь имеют авторитет куда выше, чем в том же Стоате. Вот что значит отсутствие зажравшейся знати. Гильдия больше других заинтересована в порядке, ведь ничто так не портит бизнесу, как беспредел.
Поэтому и полиция дышит полной грудью, не связанная по рукам и ногам конкурирующей структурой.
Расстроенные караульные пообещали наябедничать гарнизонному начальству, а мы поскорее разобрали укрепления, чтобы лишний раз не нервировать сержанта. Тот к своей чести вошёл один, слегка громыхая чёрно-золотыми доспехами на каждом шагу. Тяжёлый самурайский комплект мало кто может носить, а уж сражаться в нём — отдельное извращение. И всё же у меня не возникло сомнений, что их обладатель не просто ходячий набор доспехов. Одни только скупые и выверенные движения выдавали опытного воина с головой. Помимо нагитаны с широченным лезвием и коротким металлическим древком, которое он использовал пока что в качестве посоха, на его поясе висела сразу пара изогнутых сабель и короткий кинжал.
Нормальный такой арсенал, уважаю.
— Что тут у вас? — поинтересовался он сквозь забрало шлема.
Видимо, разбросанные по всюду тела самурая не сильно заботили. А вот оказавшийся на столе мешочек с вышивкой в виде самой ходовой монеты заставил его встрепенуться. В такой экипировке зрелище вообще ни разу не забавное.
