- Баграми? Готовились, значит…
- Вот и я так подумал. Но кто мог знать?
- Тот, кто вам это место показал, не?
- В том и дело, что я его сам нашел. Случайно. Когда только на должность поставили, дорог не знал, поехал со станции и так блуднул, что еле выехал. Сел всеми колесами и три часа лопатой махал и лапник рубил. Поэтому и запомнил.
- Ясно… Загадка, однако! - задумчиво почесал затылок Старшина, - Но это сейчас не главное. Главное - «пальцы» ваши на автомате есть?
- Нет.
- Уверены?
- Абсолютно. «Не первый раз замужем», как говорится.
- А они вас видели? В курсе, что вы осведомлены об их находке?
- Нет. Во всяком случае, не похоже.
- Ха! - сев на задницу, Тарасов, хмыкнул и посмотрел на дом, - Так тогда чего нам дергаться?
- В смысле?
- В смысле, что они сами, без малейшего, заметьте, нашего участия, добровольно и с песней приволокли к себе в гнездо «засвеченный» по самое небалуйся ствол. Вы говорили, у вас в милиции знакомые есть? Так самое время им позвонить!
- Вот вы лис, Василий Иванович... - на лице Комбата, сером от усталости и напряжения, заиграл румянец, а губы расплылись в хищной улыбке, - Я то тут сижу, штурм планирую, как в одну каску туда вламываться думаю… А оно ведь и правда все проще решается!
- Только предупредите о следователе и прочих, кто на конвертах был нарисован. Чтоб не спугнули.
- Предупрежу. Вы тут посидите — последите, чтобы не разбежались, а я кабанчиком…
Вскочив, Комбат с тихим стоном размял затекшие ноги и побежал через лес к машине. Старшина занял его место, сперва просто наблюдал, потом, поняв, что замерзает, начал аккуратно прогуливаться вокруг, не теряя дом и машины из виду. Затем совсем обнаглел и закурил. Да — дела… На таких «качелях» его давно не качало. Подкинутые гильзы, благополучное их обнаружение, ограбление квартиры, удачный «заход» к сектантам, пропажа Комбата, нахождение его в добром здравии, известие о том, что теперь в руках у недоброжелателей такой козырь как автомат и, если сейчас удастся все разрулить, то он, первый раз за столько лет, сам, по собственной инициативе, купит водки и нажрется, ибо такие резкие повороты событий укачают кого угодно.
Одно радует — с ролью Комбата в этой всей истории кажется, все ясно. Правильность его подхода, законность и моральность можно оставить за скобками. Если уж в кино, чтобы справится с злодеями не гнушающимися никакими средствами и не связанными рамками закона, герой вынужден брать пушку и устраивать самосуд на полтора часа экранного времени, так как даже буйная фантазия сценариста не придумала, как решить проблему законными методами, то тут уж что говорить? Да и набор был, что надо— депутат, чиновник и коммерс. Оказаться рядом с ними имея заряженное оружие — мечта миллионов. Ну а что этот разговор Старшина оборвал не доведя дело до открытого признания, то тоже разумно. Оставить в таких делах недосказанность и, соответственно, простор для маневра очень важно. Комбат — не тот человек, которого можно безопасно для себя загнать в угол. Самарские фирмачи уже попытались.
Ладно — пока все идет не так, как хотелось, но не так плохо, как могло бы быть. Сейчас главное, чтобы Комбат смог убедить своих знакомых нагрянуть сюда с обыском. А то и так забот хватает и очень не хочется постоянно думать, куда эти персонажи автомат пристроят. Кстати, а куда они могут его пристроить? Отпечатков на нем нет, причем Комбат в этом уверен «абсолютно». Ага! Вот почему он, тогда, так подробно рассказал про отпечатки на обрезе, из которого вальнули Загиттулина. Видимо понял возможности криминалистов, изучил вопрос серьезно и принял меры, чтобы не наследить. Но сектанты об этом, скорее всего, не знают и уверены или надеются, что отпечатки там есть.
Если так, то это не столь большая проблема, как кажется на первый взгляд — подкинуть-то пол беды. Надо еще как-то привязать оружие к человеку. С другой стороны, к подбрасыванию гильз они подошли серьезно. Если так же серьезно обтяпают и это, то проблем устроят от души. Да — лучше им такой возможности не давать.
Занятый мыслями, Тарасов не сразу заметил, что дверь в дом открылась. Рухнув как подкошенный на землю и приминая телом уголек сигареты, он замер, наблюдая за вышедшим на крыльцо мужиком, который пристально и с подозрением оглядывал окрестности поверх забора. Потом сбежал вниз и завел «Ауди». Неужели спугнули!? Мужик забежал обратно в дом и, воспользовавшись этим, Старшина рванул к забору размышляя, как их задержать.
Сделать лаз в сетке труда не составило и, пробравшись во двор, он уже приготовился пороть штык-ножом колеса, как дверь в дом снова открылась. Нырнув за «Тойоту» и наблюдая за выходом через её остекление Тарасов принялся лихорадочно приводить в боевую готовность «Наган» - в легковушку все не влезут, значит будут и микроавтобус заводить. И, значит, обнаружат и его, а с ножом против такой толпы он ничего не сделает.
Но из дома выбежал снова тот же мужик. Бородатый, которого он видел тогда, в городе, и определил как главного. Следом за ним бежала женщина в ночнушке. Её Старшина тоже узнал — та самая, с портрета. Семейный подряд у них что ли? Мужик открыл багажник и начал загружать туда портфели, которые нес в руках. Потом повернулся к женщине.
- Чего стоишь? Собирайся давай! Бери только самое нужное!
- Это что же? Снова в бега? Снова все бросать? - запричитала она, - Может это опять ошибка какая? Ты же сам знаешь, эти видения такие… Нечеткие…
- Все ты верно зришь…
- Но с гильзами-то промашка вышла!?
- Там гильзы не те оказались.
- Как так?
- Вот так. То-ли мент ошибся, то-ли еще что… А остальное ты все правильно углядела. И пьянку и что они за догоном пойдут и болотце то. Если ошиблась — вернемся. Если нет — тут одних жмуров на задках прикопано на три пожизненных каждому.
- Так они о них не знают!
- Если едут — значит что-то знают… - мужик снова быстро огляделся, - Так что давай бегом, нам еще Гришу собирать. Только тихо — остальных не разбуди.
- Почему? А они как же!?
- Да никак. Пусть берут — новых найдем.
- Может, все же, сказать?
- Не вздумай! Ментам мы не нужны. Им дело закрыть надо. Возьмут этих и мы, может, вообще не при делах останемся.
- Так они же все расскажут!
- И кто им поверит? Компьютер и архив я забрал, а остальное все на них. Квартиры они продавали, хозяев они увозили, дом на них оформлен. А мы так — лицом торговали да духовного отца с матушкой для лохов изображали. Прижмут — скажем, что не знали ничего. Ради сына — инвалида старались. Сейчас, слава богу, не тридцать седьмой год, сильно крутить не будут.
- Ладно… Поняла… - женщина мелко покивала, - Я сейчас. Ты, покамест, Гришу собери. Вместе его поведем, а то он, не ровен час, испугается, голосить начнет.
- Хорошо. Только быстро давай!
Развернувшись, они скрылись в доме. Спустив взведенный курок и сунув «Наган» обратно, Тарасов метнулся к Ауди и ткнул в кнопку открывания багажника, придерживая крышку, чтобы не скрипела. С одной стороны, главарь уходит, с другой… «Компьютер и архив» говоришь? Один из портфелей был точь-в-точь как описывал Кромский. С ремнем через плечо и буквами как на той штуковине. Внутри что-то прямоугольное и твердое. Закинув его на плечо, Старшина схватил два оставшихся портфеля в которые, судя по торчавшим во все стороны углам листков, были второпях засунуты какие-то бумаги и хотел уже было закрыть крышку, но, внезапно вспомнив, ощупал карман штанов. Гильзы! Комбат сказал от них избавится, однако, в кутерьме он забыл и они так и болтались рабочем камуфле.
Отогнув край резинового ковра Тарасов вывернул карман, чтобы не касаться гильз пальцами, и вытряхнул их багажник. Вот вам, уроды, ответочка! Потом тихо прикрыл багажник и подхватив трофеи, стремительным броском преодолев дыру в заборе, скрылся в лесу. Из дома вышли уже трое. Мужик с женщиной, тревожно оглядываясь, вели под руки громадного мужика с дебиловатым лицом и испуганным взглядом. Усадив его в машину, мужик прыгнул за руль, а женщина побежала открывать ворота. Потом нырнула на пассажирское сиденье и «Ауди», светя фарами, умчалась в ночь. Ладно — хрен с вами. Убедившись, что все тихо, Старшина перебежал дорогу и, выбрав садовый домик по неприметнее, спрятал там добычу. Сейчас сюда группа захвата нагрянет. Попадаться им он не планирует, но, если все же попадется, то лучше без вот этого всего. Проще будет объяснить, че он тут делал. А может вообще свалить? Или все же дождаться Комбата? Указания были весьма нечеткие.
