* * *

Обычно эвакуация спасением происходит в заранее установленную точку Олимпа, однако в этот раз всё пошло через одно тёмное место. Серебряное окно портала выбросила моё бренное тело, полное ожогов и магического истощения, с семнадцатиметровой высоты прямо на скалы Плато.

Благо это произошло на стыке между локациями. Лёгкий порыв ветра, толчок левитации с отдачей по заработавшему ядру и обошлось сломанной ключицей со вспаханной пшеницей.

Боли как таковой я не чувствовал — всё тело горело огнём. Нос забит запахом палёной кожи. Лёгкие как дуршлаг, пропускающие ветер со свистом. Веки глаз запечены и запаяны толстой корочкой. Мышцы одрябли и потяжелели, но почему-то поддавались движению. Ещё я не чувствовал подушечки пальцев, словно там остались одни кости. При этом самочувствие, будто угодил в Нарнию — странная бодрость, активность и безумное здравомыслие.

Наплевав на самые печальные подозрения, сразу по приземлению провёл ряд нудных и нужных действий. Технически я должен быть без сознания или хрипеть от разъедающей боли, но на деле уже не в первый раз попадаю во владения вперёд ногами.

Якорь внимания на ускоритель и запуск на полную мощность. Приказ Хашмашу внимательно бдеть за пространством. Призвать бессмертный камень и наугад коснуться покрывшейся глянцем поверхности. Отдать распоряжения поселенцам для доставки тонны красной пыли и всех добытых с муравьёв ядер.

Эмма являлась обладательницей одной из редчайших специализаций «мастер пространства», поэтому скорая помощь подоспела незамедлительно. Через две секунды, как раз когда я догадался рассмотреть себя всеведением.

— Матерь божья! Что с тобой⁈ Что здесь случи… — вскрикнула Эмма.

За ней последовал ошеломлённый Тальк и что-то хотел добавить о «каком-то странном фейерверке» Бук, но я был слишком зациклен на анализе, чтобы ответить.

Я пылал. Горел. Расплёскивал горящие части кожи, как свечка из пенопласта. Радужному пламени казалось было плевать на силу владений, на абсолютный контроль энергии, заложенный в моих руках, на бессмертный камень с бесконечным запасом лечения, даже на громадную дистанцию с собственным создателем. Оно жило своей жизнью, захватывая каждую частицу пространства и ей же питаясь. Делясь. Размножаясь.

Как Эмма пришла с кавалерией, также была отозвана обратно и заблокирована возможность пространственных перемещений. Радужный огонь, словно живой прожорливый троглодит, хватался за каждую частичку материи и разрастался вширь. Прошло всего пару секунд с момента приземления, а в Поле сгорело половина всей пшеницы с землёй и огонь плавно подбирался к дому и камням Плато. Добавить сюда новых носителей пожара — всё сгорит безвозвратно.

Сразу стал понятен секрет бодрости и холодного взгляда, несмотря на боль сгорающего заживо. Пламя питалось энергией любого толка, вгрызаясь и разрывая. Мана, ЭВ (энергия владений), Ци из Кратера, тёмный туман из обители Падших. Горела сама жизнь, каждая частица кислорода, белка, жира, углевода. Казалось, будто молекулы АТФ распадаются на составляющие и взрываются потоком энергии в каждой клеточки организма, давая ложное ощущение бодрости. На деле огонёк жизни стремительно уменьшался и тускнел, а смена магического истощения со второй степени на третью окончательно подтвердили правильный взгляд на проблему.

Становится понятно, почему даже Эталон опасается нашего мэра. Радужное пламя и Аннигиляция — за гранью разумения.

Я держался исключительно вопреки бессмертному камню, начавшему обильно чернеть от копоти, всё ещё действующей силовой форме и слишком богатому для столь жадного пламени энергофону, который и выступал основным топливом для горения.

Не знаю, что бы я делал, если не имел опыта борьбы с нейтральными частицами. Пускай Система не кричала о миссии с заражением и герметизации Олимпа, пока «само не пройдёт», я то видел, что обе грани энергий словно отпечатки друг друга. Такие же дикие, необузданные и непробиваемые стандартными методами контроля.

Взгляни кто на меня в этот момент со стороны и он бы упал в обморок просто из-за абсурда. Горящий всеми цветами радуги непонятно как двигающийся труп отрывал кипящие лоскуты плоти и тканей одежды обугленными костяшками пальцев и собирал в одну гигантскую пылающую кучу, отправляя взмахами пара и льда в Обменник.

В энергетическом плане, в небе Олимпа, всё выглядело менее отвратительно, но удивляли масштабы урона. Парящие и дымящие пласты земли, растекающиеся на магму камни и скалы, сияющий от натиска обжигающей радуги воздух — всё полыхало в казалось бы первозданном огне какого-то ёбнутого на всю катушку Прометея.

Хотя… почему «казалось»? Именно что Первозданное пламя — так Система написала. Принимала по 100 ОС за 1 кубический сантиметр огня, не забывая отнимать от общей суммы процент засора и возвращая недогоревшие кусочки плоти обратно.

Там бы я подвис и вырубился от бредовости ситуации, однако полдела было сделано после очистки тела от пламени. Пока кожа и мышцы регенерировались камнем, вторая часть работы шла легче, подхватывая неликвидную для продажи в Обменник землю владений овеществлённой энергией и транспортируя с гигантским запасом к границе.

Пылающие шар, ценою, вероятно, в миллионы ОС и весом в несколько тонн, как седьмая часть локации Поля и Плато, выбросить так просто в раскрывшуюся арку прокола с первого раза не вышло. Рука-то как раз поднималась, но любой толчок — это энергия. Всё равно, что тушить костёр фитилём от пачки динамита. Может потушить и удастся, но конец страшнее начала.

Благо у меня имелось не так много артефактов и поселенцев, кем можно было пожертвовать. Первые сплошь низкоуровневые и выбор невелик. Вторые мало того что бежали от огня в первую очередь, могли препятствовать выселению в Дикие Земли. Шутка…

Или нет… Когда чувствуешь каждой клеточкой тела свежую корочку кожи и непередаваемую боль, бомбардирующую психику стабильными разрывными выстрелами, единственный источник равновесия — внутренний стержень, привычки и упорство. У меня всё сводилось к жадности и беспокойстве о Лене, поэтому я не мог не думать о сумме потерь в разрезе всего мероприятия по спасению.

Впрочем, даже эта грань жизни заняла жалкие микросекунды. Пускай в ментальном плане я пережил годы страданий, на деле сомнения быстро переросли в решимость. Озарение ли это или я просто вспомнил об одной жуткой и разрушительной вещице — не знаю. Но в каком-то смысле было приятно сжигать потенциальные миллионы ОС малопригодным для фарма тех же миллионов вещицей.

«Призрачное пламя Небесного Феникса»

Многозарядный артефакт В-ранга (⅓), доставшийся с Алмаза, наследника клана Восточных Змеев. Цель у него одна единственная и неприглядная — беспощадное уничтожение. Вспомни я о нём во время втаптывания в грязь Ойбоя, сейчас бы точно кусал сожжённые локти. Ну а так зелёная волна призрачного огня вступила с радужным в конфликт, сбросило силу горения на пару тонов и достаточно предсказуемо проиграло. Однако — импульс остался.

Что там было с бесконечными лугами одичалых гремлинов, куда я заслал подарочек, и насколько всё густо погорело до пепла — одно проведение знает. Попытки подсматривать я заглушил там же, когда в закрывающийся прокол чуть не залетела первородная искра от горящей травы и повторила нетушимый пожар вновь.

Одно радовало — граница владений стояла. Ей вообще было хоть бы хны на пламя невиданной мощи. Что не сказать обо мне, когда я наконец-то почувствовал закрытый гештальт и вымотанное ужасными стычками тело рухнуло наземь.

Обойдёмся без красивой концовки и занавеса. Сознание срубило в ту же секунду, когда больная, но целая головушка коснулась тёмного чернозёма, ещё тёплого от беспощадного жара.