- Послушай, Стив. Я люблю этих ребят и готов на все ради них. И именно поэтому я не спускаю глаз с этого мерзавца. Он что-то затевает. Я чувствую это по нему. И, на мой взгляд, только я стою между этими ребятами и ним. Сочувствие - это хорошо, Стив, но твое неуместно.

- Просто не перегибай палку.

- Черт, я так и сделаю.

Спорить с Таком было бессмысленно. Совершенно бессмысленно. Он был в полном замешательстве, и ничто из того, что я мог сказать или сделать, не помогло бы ему прийти в себя. Он был известен своей упрямостью. По сути, он был добрым и верным человеком, но иногда его агрессивность переходила все границы.

- Это чушь, - сказал мне Фил. - Ты даже не представляешь, через что я прохожу. Я просыпаюсь ночью, а там этот чертов морпех сидит на своей койке, уставившись на меня, и проводит ножом по тыльной стороне ладони. "Готов, когда захочешь, - говорит он. Как, по-твоему, я могу спать, зная, что этот кровожадный убийца может перерезать мне горло?

- Он бы этого не сделал.

- Не будь таким наивным, Стив. У него не все в порядке с головой, - сказал мне Фил, постучав пальцем по лбу.

Наивный. Наверное, я был наивен. Достаточно наивен, чтобы верить, что в глубине души Фил, возможно, нормальный человек, а Такер - не психопат. Конечно, правда заключалась в том, что если ты был врагом, то Так - психопат. В таких вещах он был безжалостен. Он как бы считал нас своей семьей, своей собственностью, и любого, кто представлял угрозу для этого, ждал настоящий ад. Защитник-хранитель - вот кем был Так. Хотя я могу поспорить о нескольких вещах, которые меня в нем раздражали, одно я не могу отрицать: он был вернее и свирепее, чем десять сторожевых собак. И, как и они, в душе он был убийцей.

- Фил, просто выслушай меня, - сказал я. - Подожди месяц. Сможешь? Дай ситуации улечься в течение месяца.

- Нет. С меня хватит. Думаю, с тобой все в порядке, Стив, но я ухожу.

Я вздохнул. - Так все еще думает, что ты из ARM. Он считает тебя каким-то кротом. Если бы не то, что ты появился именно в тот момент, когда перерезали цепь и обрезали сигнальный трос, все было бы не так. Кто-то это сделал, и он думает, что этим кем-то был ты.

Фил даже не стал это комментировать. Он уже рассказал нам, в чем, по его мнению, заключалась причина всего этого, но это не меняло того факта, что все было подозрительно. Что нам понадобилось три дня, чтобы уничтожить зомби, наводнивших территорию. И это были ужасные, страшные три дня.

- Будет плохо выглядеть, если ты уйдешь.

- Значит, я, блядь, заключенный?

- Я этого не говорил.

- И не нужно было. Я все равно ухожу. Хочешь, чтобы я остался - закрой меня в кандалы или позволь своему приятелю-морпеху убить меня. Это должно произвести на детей неизгладимое впечатление.

Я перепробовал все.

Но ему уже было все равно.

НОЧНАЯ ОСАДА

Настала моя ночная вахта. Я дежурил вместе с Таком. У нас была система: на вахте дежурили двое. Мы затащили раскладушку на башню и поставили ее в небольшую прихожую. Так один мог спать, пока другой дежурил. В ту ночь Так был на нервах, потому что это была первая ночь, которую он проводил без Фила рядом.

- Лучше бы он ничего не предпринял.

- Я только что был внизу. Он спит. К тому же там Райли и Сабелия. У него нет возможности сделать ничего, кроме как спать.

- Надеюсь, ты прав, - сказал он, - но я так не думаю.

Я оставил его там и занял свое место на раскладушке. Я был уставшим и не хотел больше спорить об этом. Я быстро заснул, как часто бывало, мечтая о Рики и той жизни, которая у нас когда-то была.

Примерно через два часа я очнулся от глубокого сна под звуки разбивающегося стекла и выстрелов; Так кричал во всю силу легких: - ОНИ ПРОРВАЛИ ПЕРИМЕТР! ОНИ ПРОРВАЛИ ЭТОТ ЧЕРТОВ ПЕРИМЕТР!

Я спотыкаясь слез с койки, натянул ботинки и схватил свой CAR-15. Я был сбит с толку и не в себе, но готов к бою. Прямо как на войне, я достаточно быстро пришел в себя и был готов сражаться... или настолько готов, насколько это вообще возможно, когда перед тобой стоит армия живых мертвецов.

Ведь именно это и было там... или так мне казалось.

Первое, что я увидел, - это то, что целый участок стеклянного фасада башни был разбит вдребезги. Осколки лежали повсюду. Внизу на полную мощность работал генератор, потому что Так переключил выключатели, осветив территорию внизу.

Я уже собирался спросить его, какого черта он разбил стекло, когда получил ответ. Раздались выстрелы из нескольких автоматов - по звуку похожих на АК-47 - и пули засыпали башню. Если бы Так не сбил меня с ног, одна из них попала бы в меня.

- Это наверняка ARM. На нас нападают.

Так вскочил и выпустил пару очередей по три выстрела из своего CAR-15. В ответ раздался новый обстрел из стрелкового оружия. Я различил звуки выстрелов от трех или четырех разных стрелков - это маленький трюк, которому я научился во время войны. После того как по тебе стреляют несколько десятков раз, уши учатся различать количество стрелков.

- Ребята, вы в порядке? - крикнула Сабелия, поднимаясь по лестнице.

- Мы в порядке! Но следи за дверями внизу! Они могут попытаться прорваться!

Когда она ушла, мы с Таком вскочили и стали стрелять во все стороны в направлении выстрелов. Наши нападавшие ответили нам огнем. Это была игра в кошки-мышки. Я сразу понял, что кто бы там ни был, это профессионалы. Они оставались в темноте, чуть вне зоны света, стреляя с одного места, а когда мы отвечали огнем, они уже успевали переместиться на новую позицию. Мы играли в эту игру, наверное, минут десять. Так стал действовать смелее, пытаясь - и, должен добавить, успешно - отвлечь на себя их огонь. Он перестал пригибаться вместе со мной.

- Оставайся там, внизу, - приказал он мне. - Я хочу, чтобы они думали, что один из нас ранен.

Мне это было совершенно не противно.

Так стрелял, а затем стремительно отскакивал за модульную оконную перегородку, пока переднюю часть башни прочесывали пулями. Еще два окна разлетелись, и стеклянные осколки посыпались внутрь, один из них - прямо на меня. Так стрелял. Они стреляли. В тот момент я не понимал, что он делает. Я услышал, как он сказал: - Эти парни неплохо справляются. - Позже мне пришло в голову, что он рассчитывал на то, что эти парни прошли штурмовую подготовку. Это означало, что, хотя их учили использовать любую возможность, они все равно будут реагировать так, как их учили - по определенной схеме. И в этом заключается слабость большинства военной подготовки, как скажет вам любой партизан, потому что, когда начинается настоящая заварушка, обученные солдаты прибегают к тому, чему их учили, действуя по предсказуемому шаблону.

И Так изучал этот шаблон.

Заставляя их выдать себя.

Это продолжалось и продолжалось - стрельба и ответный огонь, а потом Так сказал: - Ну вот, началось. - Он вскочил и выстрелил не туда, где они были, а туда, куда, как он знал, они пойдут. Бинго. Один из парней там начал кричать. И, судя по звуку, ему досталось чертовски сильно. Тогда все они открыли огонь по башне. Так не ответил огнем. Он ничего не делал. Он ждал, пока они вернутся к своей схеме атаки, и они вернулись. Как только это произошло, он выстрелил. Они выстрелили. Он выстрелил. Они выстрелили. Время схемы. Он выстрелил, и еще один закричал.

- О боже, - сказал он. - Они открыли ворота. Зомби проникают внутрь.

Раздался взрыв, сотрясший башню. Либо они выпустили по нам внизу гранату из РПГ, либо произошло что-то еще хуже.

- Стив, - сказал Так. - Тебе лучше спуститься вниз. Собери всех. Возможно, нам придется пройти по туннелям и выбраться к "Страйкерам. - Двигайся!

Я сделал, как мне велели. Я начал спускаться по лестнице и слышал, как кричат некоторые девчонки. Потом погас свет. Это было моим самым страшным кошмаром, но я догадался об этом сразу же, как только услышал взрыв: они взорвали одну из дверей и теперь добрались до генератора.