происходит, чтобы ему не говорил его «холодный рассудок». Человек же без фобии добавит свое представление о том, что вероятность такой катастрофы крайне низкая. Это можно представить как уверенность в том, что не происходит или большая неуверенность в том, что происходит.

Так как мы можем быть уверены или не уверены по поводу любого нашего переживания, то уверенность — это одна из тех очень общих категорий, которые могут включать буквально любые переживания — сенсорно-обоснованные и нет. Уверенность находится на более высоком и абстрактном логическом уровне, и она отделена от того, в чем я уверен. Логические уровни дают четкое определение между содержанием того, в чем кто-то уверен, и его уверенностью в том, что это правда. Когда мы поймем, что любое убеждение имеет эти 2 элемента, мы можем разделить наше убеждение на содержание убеждения на одном логическом уровне и уверенность в этом на более высоком логическом уровне.

Обычно мы полагаем, что уверены в своих сенсорно-обоснованных переживаниях до тех пор, пока образ не станет более тусклым, объект не удалится, наш слух и зрение во внутреннем представлении не станут хуже. Тогда мы можем испытать неуверенность или сомнение. Например, пока я сижу тут за столом, я могу быть уверен, что изображение на картине впереди красного цвета и даже определенного оттенка красного цвета. Менее уверен я могу быть по поводу того, что изображено там яблоко. Возможно это — мяч.

Психологи придумали множество разных экспериментальных ситуаций, в которых можно зародить в человеке сомнение или неуверенность в том, что мы обычно считаем незыблемым — трапециевидные окна и комнаты и многое другое. Эти иллюзии показывают, что наше восприятие в большей степени является догадкой или предположением, основанным на наборе определенного опыта и переживаний, которые неосознанно обобщил наш мозг.

Несмотря на наличие этих неотъемлемых ограничений, в большинстве случаев, наше восприятие работает достаточно хорошо, что мы могли воспринимать мир настолько, чтобы аккуратно ездить на машине и делать многое другое, чтобы удовлетворить

наши нужды и желания. Небольшие, но неизбежные сомнения в нашем восприятии умножаются, когда мы собираем различные восприятия как более абстрактные категории. Несмотря на это, люди часто уверены в своих более абстрактных категориях на более высоких логических уровнях.

Стратегия реальности

За исключением небольшого числа людей в психиатрических лечебницах, у каждого есть некий способ решить, что реально, а что не реально, что называется стратегией реальности. Даже некоторые очень проблемные пациенты иногда пытаются пройти сквозь стены или по воде.

Определить «реальность чего-либо» достаточно легко в текущем состоянии в настоящем, когда я могу использовать все свои чувства, чтобы оценить что-то незнакомое — увидеть, услышать, почувствовать, понюхать и попробовать на вкус. Если я буду более внимательно изучать каждую модальность, то я могу получить больше информации о весе, плотности, запахе и пр. Мне это необходимо, чтобы понять, что это и провести категоризацию.

Когда мы оцениваем реальность воспоминания или будущего плана, это не всегда легко, и мы можем задать себе вопрос: «Это действительно произошло или мне это только показалось?» «Смогу ли действительно это сделать до следующей недели или мои планы нереальны?» Реальность наших воспоминаний или будущих планов и других внутренних переживаний зависит от свойств и качеств наших внутренних образов. Очень многие люди практически не осознают этого, потому что в основном это происходит подсознательно. Но вполне возможно научиться это осознавать и менять ваши внутренние переживания кардинальным образом. Я предлагаю вам небольшое упражнение, чтобы вы поняли, что я имею в виду.

Упражнение на качества и свойства восприятия

Существующее и вымышленное животное. Подумайте о животном, в существовании которого вы абсолютно уверены, например, собака. Затем представьте несуществующее животное, которое как вы точно знаете не существует, например, единорог или дракон.

Разнииа восприятия между двумя образами:

2.1. Теперь сравните образы этих двух животных и найдите множество различий между ними. Эти различия иногда могут стать очевидными, если вы внимательно рассмотрите оба образа или просто поместите их рядом. Сделайте паузу, чтобы найти как можно больше различий...

Когда я это делаю, мой образ собаки находится близко от меня и представляет собой подвижное объемное изображение собаки на полу. Я слышу лай собаки и то, как ее когти скребут по полу. Если я представлю, как я ее глажу, то я ощущу плотность шерсти собаки и почувствую ее запах.

В противоположность к этому мой дракон расположен дальше от меня. Его образ неподвижен, беззвучен и находится на некотором расстоянии от пола. По образу пробегают небольшие волны, которые делают его менее четким, как распечатка, когда картридж в принтере закончился. Если я попытаюсь дотронуться до него, то мне придется тянуть руку дальше и мои пальцы пройдут сквозь него, ощущая только воздух. Нет никакого запаха — хотя как пахнут драконы?

2.2. Теперь снова вернитесь к своим образам и найдите еще различия, которые вы не заметили раньше...

Разные люди по-разному отличают реальность от нереальности, но для большинства из них образы реального имеют больше воспринимаемых черт. Мой образ собаки содержит намного больше таких восприятий, которые я могу найти в реальном мире, в то же время как образ дракона содержит их очень мало. Какие бы различия между образами вы не нашли, это будут вашими способами отличить то, что реально, от того, что не реально в вашем внутреннем мире. Если вы думаете о чем-то, как «о чем-то реальном», то это может находиться где-то между этими двумя крайностями и обладать лишь некоторыми из характеристик «реальности».

Эксперименты. Когда вы будете знать характеристики и Качества восприятия, которые кто-то использует, чтобы определить реальность внутренних образов, вы можете это использовать, чтобы сделать образ более или менее реальным. Я могу добавить значимые характеристики к образу дракона, чтобы сделать его более реальным — сделать образ объемным и подвижным, опу

стить ниже, добавить звук и т.д. Точно так же я могу удалить некоторые характеристики из образа собаки, чтобы сделать образ менее реальным — сделать его неподвижным, блеклым, поднять от пола и пр.

Хотя подобные игры с субмодальностями полезны и интересны, с ними надо быть аккуратными, потому что они могут привести к изменениям, которые не будут полезными. Когда вы экспериментируете подобным образом, будьте очень внимательны и аккуратны к внутренним ощущениям и внутреннему диалогу, которые могут проявлять озабоченность тем, что вы делаете. Если вы хотите спокойно экспериментировать, не поднимая тревогу внутри себя, дайте себе обещания, что все эти опыты лишь временны, и вы все вернете назад, когда закончите тренироваться.

Спецэффекты, которые активно используются сейчас в кино и в телевидении могут создать на экране полную реальность нереальных событий, таких как звездные войны или драконы. Это может привести к тому, что различия между реальным и нереальным в нашем разуме могут стираться. К счастью, у нас есть другие способы определить, что реально, а что нет, и результаты этой оценки также присутствуют в характеристиках восприятия в наших образах.

Есть несколько других способов определения того, что «реально» или, по крайней мере, того, что «заслуживает доверия». Мы можем полагаться на наши личные переживания какого-то события, мы можем полагаться на внешние подтверждения и авторитеты, мы можем проверять информацию на внутреннее постоянство или можем решить, как полученная информация вписывается в то, что мы знаем.