Annotation
Глаза легендарной «Джоконды», ее непостижимая улыбка ежегодно привлекают в парижский Лувр миллионы людей со всего света. Не менее непостижима и титаническая личность ее создателя, Леонардо да Винчи, – художника, ученого, архитектора, стратега, изобретателя, чей универсальный гений, поразительный даже для эпохи Возрождения, не перестает изумлять человечество и многие века спустя. Альберто Анджела, с блеском продемонстрировав присущий ему редкий талант на страницах своих книг оживлять давно ушедшие в прошлое эпохи, приглашает читателя отправиться в мир Леонардо и присоединиться к увлекательному расследованию истории создания его самого знаменитого шедевра. Расследованию, которое, возможно, откроет ускользавшие прежде подробности и приведет к неожиданным предположениям и версиям.
Альберто Анджела
Карло Педретти
Введение
Глава I
Самая известная в мире картина
Рассказывает Джорджо Вазари
Лиза и Франческо
Флоренция во времена упадка
Востребованный художник
«Бегство» художников из Флоренции
«Дуэль» двух величайших художников Возрождения
Зал Пятисот в оформлении Вазари
Глава II
Как появилась «Мона Лиза»
Глаза и немного… движения
Улыбка Джоконды? Хитрость Леонардо
Великий портретист, почти фотограф
Позируют аристократки и фаворитки
Как выглядел Леонардо?
Автопортрет в молодости… потаенный
Искусство портрета до Леонардо
Одна Академия, множество рук
«Джоконда» Рафаэля
Леонардо-учитель
Множество «Джоконд»
Глава III
Одежда Моны Лизы
Искусство драпировки
Как одевались в эпоху Возрождения
Флоренция: от богатства к искусству
Поколение творцов
Глава IV
Мастерская Верроккьо
Детство Леонардо
Первое пребывание Леонардо в Милане
Правление Лодовико Моро
Прощание с Миланом
От Милана до Рима
Глава V
Значение жеста
Руки и движения души
Анатомические штудии
Леонардо и скульптура
Конь, принесший разочарование
Глава VI
Спираль, уходящая в бесконечность
Изобретение Леонардо: воздушная перспектива
Где находится пейзаж, изображенный Леонардо?
Рождение пейзажа
Новый город эпохи Возрождения
Город на двух уровнях
Королевский дворец в Роморантене
С Чезаре Борджиа
Глава VII
Что скрывается за «Джокондой»? Тополевая доска
«Джоконда», как ее видел Леонардо
Из чего сделана «Джоконда»
Темпера и масло
Натурфилософ
Леонардо и техника
Одержимость полетом
Автоматы и роботы
Глава VIII
«Запасное» направление
Две другие картины Леонардо, привезенные во Францию
Из Фонтенбло в Лувр
Похищение «Джоконды»
Глава IX
Девятнадцатый век: рождение мифов о Леонардо и «Джоконде»
Двадцатый век: развенчанная «Джоконда»
Глава X
Женщина, которую мы будто бы знаем
«Джоконда» в рассказе кардинальского секретаря
Джулиано Медичи
Великие художники при папском дворе
«Странный» гений
Пачифика: окончательные выводы
Библиография
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
Альберто Анджела
Глаза «Джоконды». Секреты «Моны Лизы»
Alberto Angela
GLI OCCHI DELLA GIOCONDA
Il genio di Leonardo raccontato da Monna Lisa
© 2016 Rizzoli Libri S.p.A. / Rizzoli, Milan
© 2018 Mondadori Libri S.p.A. / Rizzoli, Milan
All rights reserved
Published by arrangement with ELКOST International Literary Agency.
Book layout design by PEPE nymi
© В. А. Петров, перевод, 2018
© Издание на русском языке, оформление.
ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2018
Издательство АЗБУКА®
* * *
Автор благодарит Карло Педретти, Россану Педретти и Маргариту Мелани за внимательную проверку текста. Он благодарит также Стефано Ре за помощь в подготовке текстов.
Карло Педретти
«Джоконда» как «Воспоминание детства»
Еще одна книга о «Джоконде» в безбрежном море трудов, посвященных Леонардо да Винчи?
Нет. Перед нами – та долгожданная книга, которая призвана дать ответы на все вопросы. Известный тележурналист ведет свой рассказ доступным для каждого языком, рассматривая культовое произведение во всех аспектах: историческом, научном и культурном. Его цель – найти ответы на многочисленные вопросы, которые по-прежнему вызывает последний шедевр Леонардо, на всех уровнях восприятия, у множества людей не только в Италии, но и во всем мире, независимо от их социальной принадлежности и уровня эрудиции, от крестьян до ученых: все хотят понять, почему эта картина размером всего 77×53 см продолжает оказывать такое влияние на современную культуру. В заключительной части книги Альберто Анджела рассказывает, кем на самом деле была Мона Лиза, ныне обитающая в Лувре, присоединяясь к высказанной мной точке зрения, которая остается неизменной; но не будем забегать вперед – всему свое время. Альберто Анджела предлагает читателю рассмотреть картину, приняв во внимание важнейшие эпизоды личной и творческой жизни ее автора. Это нужно не столько для выявления обстоятельств, которые, как нам кажется, могут – или в самом деле могут – подсказать, где именно Леонардо завершил работу над своим шедевром, сколько для того, чтобы узнать больше о его личности и найти необходимые ответы. Возможность этого подтверждается документом, который по какой-то причине еще не попал в поле зрения исследователей. Я хотел бы остановиться на нем, прежде чем высказывать прочие соображения. Этот печатный документ появился вскоре после смерти Леонардо: впервые я упомянул о нем еще в 1964 году, в издании реконструкции «Книги А» – утраченной тетради Леонардо, содержащей его записи на тему живописи (с. 35, примечание 11). Речь идет о сонетах Петрарки с комментариями Алессандро Веллуттелло, впервые опубликованных в 1534 году и выдержавших множество переизданий. Интересующее нас стихотворение звучит так:
Ее творя, какой прообраз вечный
Природа-Мать взяла за образец
В раю Идей? – чтоб знал земли жилец
Премудрой власть и за стезею Млечной.
Ее власы – не Нимфы ль быстротечной
Сеть струйная из золотых колец?
Чистейшее в ней бьется из сердец –
И гибну я от той красы сердечной.
В очах богинь игру святых лучей
Постигнет ли мечтательной догадкой
Не видевший живых ее очей?
Целит любовь иль ранит нас украдкой,
Изведал тот, кто сладкий, как ручей,
Знал смех ее, и вздох, и говор сладкий[1].
Поэт создает здесь поразительный образ Лауры, своей возлюбленной. Но не кажется ли нам, что Петрарка одновременно описывает Джоконду за два века до создания ее портрета? Конечно, это невозможно. Но обратимся к комментарию Веллуттелло, посвященному появлению в первой строке стихотворения слова «идея»[2]. Эрвин Панофски, величайший из современных историков искусства, не зная об использовании этого слова Петраркой, сделал его великолепным исследовательским инструментом и едва ли не главным термином в своих работах, посвященных искусству итальянского Возрождения, в частности произведений Леонардо – от «Тайной вечери» до «Джоконды». Не случайно один из его самых известных трудов носит название «Идея. К истории понятий в теории искусства прошлого» (1924). Позднее, переписываясь с Панофски, я узнал, что он отнесся к комментарию Веллуттелло с большим энтузиазмом.
