Одновременно с этим впереди раздался крик пехотинца, которого насквозь проткнуло какое-то мясное щупальце, росшее прямо из земли. Увидевший это отряд повернул было в сторону, однако командир успел крикнуть бойцам, заставив их продолжить движение вперёд.

— Нет времени мелочиться, шнелер в тот проём! — Взревел командир, указывая на вывороченную металлическую дверь, скрывающую тёмный проём, достаточно узкий, чтобы задержать настигающих их тварей.

В несколько мощных прыжков подлетевший командир принялся оплавлять при помощи своей силы металл двери и, дождавшись, когда последний спецназовец пролетит сквозь проём, закрыл за собой раскалённую до полужидкого состояния дверь. Ударившись мордой о мягкое месиво, голова одного из «хаундов» покрылась металлом, мгновенно оставаясь на ней и затвердевая в форме её хитинового покрова, умертвив существо.

Сквозь образовавшуюся прореху на сбежавших бойцов устремили свои лица несколько хищных глаз, понявших, что сейчас им тут не проскочить. Палящие что есть мочи, воины отогнали преследователей, по счастливому стечению обстоятельств только двумя угодившими в покрытый биомассой бетон пулями задев своих товарищей рикошетом.

Приложив руки к покрытому «лишайником» потолку, командир раскалил бетонную кладку, превратив ту в текущую реку светящейся красноватым цветом жижи. Которая, словно магма, начала закрывать проход позади бойцов, вставших в этом квадратном проёме лестничной клетки, где отсутствовали какие-либо её сегменты, валяясь грудой металла и камней на дне шахты, превратив это место в западню.

— Что дальше, гер майор. — Поинтересовался побледневший словно смерть лейтенант, впервые оказавшись в настолько безвыходной ситуации.

Оглянувшись по сторонам и заметивший очевидное решение, командир рукой указал на ключ к побегу.

— Цепляемся за эти канаты и лезем наверх. — Потрогав один из свисающих органических канатов, ответил старший офицер. Схватившись за него посильнее и попытавшись повиснуть, он отметил, что вес одного человека оно точно выдержит.

— Груууу — прозвучало откуда-то сверху гортанное эхо, как только командир повис на тросе.

— Что поделать, тут, кажется, всё, что нас окружает, живые организмы. — Подбодрил своих подчинённых командир, карабкающийся по скользкому тросу первым. Он искренне пожалел, что не смог снять перчатки перед применением способности и теперь пытался обвить эти тросы вокруг кистей руки посильнее, чтобы удержаться на их гладкой, слизистой поверхности.

Вскарабкавшись наверх метров на двадцать, командир достиг сохранившегося сегмента лестничного пролёта, где, проверив тот на прочность, взобрался на него, открыв прилегающую к нему дверь.

Растворившись в лужице жидкого металла, дверь стекла на пол помещения коридора, открыв заросшее органическим «лишайником» продолговатое помещение, где не таилось никаких опасностей, поскольку это был запертый массивной дверью на конце тупик. Дождавшись, когда весь отряд вскарабкается наверх, командир проверил двух раненых бойцов, раны которых показались ему подозрительными.

— Гер Густав, посветите сюда и посмотрите. — Обратился он к лейтенанту, имевшему медицинские навыки.

— Майн гот! Руку нужно срочно отнять, пока заражение не поднялось. Срочно снимайте броню! — Распорядился лейтенант, помогая рядовому перед собой скинуть её части. — Гер Олаф, проверьте второго.

Присев на корточки возле второго бойца, майор разрезал штанину воина, оголив голень. Множественные тёмные вены начали расходиться от царапины на ноге. Сквозь кожу виднелись красноватые колышки, словно поверхность того мясного здания прорастала внутри этого человека. Не зная, как действовать в подобной ситуации, майор поднялся на ноги и, похлопав по плечу бойца перед собой, помог тому подняться на ноги, отведя обратно к шахте лестницы.

— Давай мне своё письмо. — Протянул руку командир и боец, понявший ситуацию, достал из-под бронежилета конверт, на котором виднелся адрес получателя. Протянув тот стоящему перед собой человеку, он схватил его за руку и произнёс:

— Проследите, чтобы она получила страховку.

— Обещаю, герой. — Ответил командир, приставив дуло пистолета ко лбу подчиненного и надавив на спусковой крючок. Оглушительный грохот выстрела раздался эхом в разрушенной шахте лестницы и тело бойца специального назначения полетело вниз, со шлепком нанизавшись на торчащие обломки лестницы внизу.

Прозвучавший второй выстрел вторил первому, добавив к полёту раненого бойца ещё одно тело, которое толчком ноги сбросил лейтенант, исполнивший «крайнюю меру».

— Я надеюсь, что каждый из вас сделает то же самое со мной, если на то придёт время. — Обратился майор к стоящим бойцам, лица которых выражали понимание перед лицом сложившейся ситуации. — Идём дальше! — Распорядился командир, продвигаясь впереди поредевшего отряда специального назначения.

Нащупав ручку двери, командир схватился за неё голой рукой, начав плавить её при помощи своей силы. Почувствовав, как горячий металл стекает вниз по деревянной основе двери, он навалился всем телом, распахивая дверь наружу, случайно сорвав её с петель, ведь она открывалась на командира.

Отметив про себя, что ситуация с бойцами отразилась на его эмоциональном состоянии, майор достал из поясной сумки карту комплекса и попытался определить своё местоположение.

— Гер Густав, как думаешь, мы сейчас здесь или на уровень ниже? — Поинтересовался он у лейтенанта, стараясь получить подтверждение собственной догадке.

— Я думаю, что мы здесь, гер майор. Мы бежали на восток от этого выхода в «ангаре», так что поднялись вот по этой «лестнице». — Проговорил свою догадку лейтенант, в процессе подтвердив её.

— Верно. Здесь написано «Столовая». — Командир поднял взгляд своей маски, осветив пустое помещение, усеянное по всей поверхности «столовой» кожистыми яйцами, внутри которых явно теплилась жизнь, и содержания которых майор не стремился узнать.

Будучи зажатыми в длинном прямоугольном помещении, с одной стороны которого виднелись распахнутые двойные двери, подпёртые сгустком биомассы, а с другой такие же двойные двери, но задвинутые металлическим буфетом, служившим когда-то для раздачи еды сотрудникам, а теперь затянутый той же непонятной органикой, что и все остальные части исследовательского комплекса.

— Нам туда. — Указал командир на двери, задвинутые металлическим буфетом. — Через два туннеля и один склад позади кухни мы выйдем на парковку второго яруса, где пройдём к грузовикам.

Успокоив нервничающих бойцов, командир отдал приказ двигаться в нужном направлении. Бойцы, вскинувшие винтовки, начали аккуратно продвигаться в сторону задвинутой двери, стараясь не касаться кожистых яиц, размер которых говорил им о том, что, скорее всего, в них зреют новые «хаунды».

Ощетинившись дулами автоматов во всех направлениях, бойцы подошли к буфету, приложив руки к которому, командир начал нагревать его, освобождая приспособление от опутавшего его поверхность «лишайника». Как только металл раскалился докрасна с тихим визгом, как бы на выдохе, биомасса отпрянула, что дало возможность бойцам, схватившись с двух сторон, сдвинуть тяжеленную утварь с прохода.

Неожиданно один из бойцов подал сигнал о замеченном движении позади. Повернувшись в нужном направлении, бойцы осветили достаточным количеством света комнату, через двери которой медленным шагом входила «фройляйн», оставленная у подножия мясного здания и теперь взирающая на бойцов единственным глазом, на месте второго виднелась затянутая желтым гноем рана, сочащаяся сукровицей.

— Шнелер, майн отряд, бежим! — Крикнул командир, поднявший словно пушинку раскаленный буфет, в металле которого завязли иглы «фройляйн», пущенные ею во врагов. Пробив металл почти насквозь, они торчали ровными рядами в направлении «обидчиков», грозя им смертью в случае попадания по ним, ведь неизвестно, что именно расползалось в плоти пожертвовавших жизнью бойцов, заразно ли оно при контакте или обязательно должно попасть в кровь. Опустив зажатый в стальной хватке буфет на землю, командир вновь открыл прямой вид на несущуюся по потолку «фройляйн». Будто старающуюся не повредить яйца, часть из которых начала открываться, превращаясь в тех самых «хаундов», которые преследовали их в «ангаре».