Лежавшая на полу шкура шестипалого медведя и золотое убранство отделки интерьера показали военному, что он у цели. Проигнорировав зал для совещаний, он прошёл мимо расставленных лицом друг к другу дорогих диванов, разделённых журнальным столиком, и открыл двери в следующее помещение, неожиданно скромно выглядящее для подобного статуса кабинета.

— Очевидно, секретарей они за людей не считают. — Подметил мужчина, проследовав к следующей массивной двери, за которой уже находился личный кабинет руководителя комплекса.

— Даст ист айн зиг! (Это победа) — С жестом одобрения проговорил майор, перейдя окончательно на диалект села Мелинского синдиката. Любопытно, что жестом одобрения в Мелинском синдикате являлся большой палец, перевёрнутый к земле.

Пошарившись по самому роскошному кабинету, полностью выполненному из золотых предметов, словно другого цвета в мире и не существовало, майор сумел найти комод, расплавив замок которого, внутри оказались записи о всех проектах комплекса, которые выполняли здесь в данный момент.

Подробно изучив их и выйдя в соседний кабинет, где стояли диваны и не так рябило в глазах от всего этого золотого блеска, майор нашел три самые интересные проекта. Проекты, которые были упомянуты в записях и обретение которых сулило огромную прибыль не только для отряда спецназа, но и для всего Мелинского синдиката.

— Отряд, доклад. — Потребовал отчёта офицер, нажавший кнопку на рации, висевшей у него на груди.

— Ничего, кроме мерзких вещиц и алкоголя, гер майор. — Отозвался сержант.

— У меня тоже пусто, есть несколько отличных сосисок к пиву и хамон, но по существу пусто. — Подытожил лейтенант.

— Я нашел записи о проектах. Здесь сказано, что почти всё вывезли, но один остался в комплексе. Отдельным приложением есть карта комплекса, так что мы больше не будем блуждать вслепую. — Поддержал боевой дух бойцов майор, пригласив тех присоединиться к нему на четвертом этаже и сделать небольшой привал.

Развалившись на дорогой мебели, бойцы рассматривали картины и вазы, расставленные по всему периметру кабинета, как декорации и часть интерьера. Тыкнув в одну вазу пальцем, рядовой боец случайно нарушил её равновесие и ваза, полетев со своего постамента вниз, едва не упала на пол, однако лейтенант, находившийся в паре метров от него, прыгнул в сторону летящей ценности, подхватив ту в миллиметре над землёй.

— ААААА! Это ваза династии Иннусанон! ТЫ хоть знаешь, сколько она стоит⁈ — Аккуратно поднимаясь на ноги, закричал молодой офицер, поставив вазу на пол рядом с постаментом. — Эта династия пала четыре тысячи лет назад и никто не знает, почему и как, однако они оставили после себя целые города и храмовые комплексы, которые учёные изучают до сих пор!

— Полегче, гер лейтенант. Боец и так понял свою оплошность. — Жуя сосиски, проговорил майор, запивая еду найденным в кабинете пивом.

— Извините меня, гер майор, не сдержался. — Поправляя форму, добавил офицер, взяв протянутую сосиску из рук старшего командира, что уже принялся нарезать хамон крупными кусками, перекладывая его на найденный в холодильнике хлеб.

— Просто Олаф, на привале можно без формальностей, как и в моменты боя. — Добавил командир, протягивая молодому товарищу бутылку «импортного лагера», который для собравшейся здесь группы был отечественным.

— Но как же так, ведь устав… — Хотел было возразить садящийся обратно на диван лейтенант, но поднятая вверх ступня командира заставила его замолчать.

— У нас слишком длинные звания, а приставка «гер» съедает лишнюю секунду. Если ты не обратил, то я тебе подскажу. — Отрыжка пивом с сосисками наполнила комнату приятным благоуханием. — Кхэм! У всех здесь уникальные имена: Олаф, Густав, Карл, Шмит и прочие. Короткие, уникальные, удобные в критический момент. Это я тебе как старший говорю, наматывай на нос!

— Так точно, гер… — Начавший по привычке лейтенант осёкся на полуслове, встретившись с суровым взглядом командира перед собой. — Как скажете, Олаф.

— Вот и гут! — Хлопнул в ладоши командир. — Доедаем и выдвигаемся, нам идти по туннелям где-то с километр. Ещё раз посмотрите на это фото: вот тот инопланетный объект, который мы обязаны найти.

Передал фотографию в руки одному из бойцов командир, облаченному в тактические одежды, который взглянув на фотографию, передал её дальше по рукам.

Некоторое время спустя группа из четырнадцати вооруженных человек во главе с майором пробиралась вглубь комплекса, где за одним из запутанных тоннелей их взору вновь открылась комната, полностью покрытая этой серой массой, затенявшей большинство светильников, придавая подземелью зловещий полумрак, скрывавшейся за металлической дверью лестничного пролёта.

— Шайзе! — Выругался командир. — Надеть респираторы, не думаю, что этим полезно дышать.

Достав висевшие на тактических рюкзаках противогазы, бойцы надели их на голову, застегнув поплотнее ремешки, чтобы ничего не забивалось внутрь, включили фонари на них.

Офицеры, сняв с поясных сумок точно такие же маски с респиратором и стеклом, что только что нацепили бойцы, помогли надеть их другдругу, вытащив из-под прилегающей плотно к коже лица волос, чтобы ни одна бацилла не пролетела внутрь. Дело в том, что солдаты на головах носили прорезиненные балаклавы, а офицеры, за неимением оных, довольствовались только защитой лица, оставляя уши уязвимыми.

— Ступаем аккуратно, неизвестно, что нас там ждёт. Помните про трупы наверху! — Предостерёг бойцов от необдуманных действий командир.

Ступая по мягкой поверхности «лишайника», спецназовцы держались группой, проверяя каждый дверной проём по пути. Капли серой биомассы свисали с потолка, касаясь одежды бойцов, оседали на ней. Почувствовал давление на фуражке, майор протянул руку, облачённую в офицерские перчатки из кожи, нащупав прилипшие к ней бугорки. Взяв несколько в руку, он перевёл руку вперёд, туда, где сходились лучи от фонарей противогаза, чтобы получше рассмотреть эту «жижу» и помять ту в руках.

— Кажется, оно живое. — Проговорил вслух майор, обращаясь к думающим то же самое бойцам специального назначения.

— Мне тоже так кажется, гер майор. — Отозвался лейтенант.

Не издавая никаких звуков, кроме хлюпанья берцев, прилипавших к скользкой поверхности «лишайника» и свиста воздуха, пропускаемого мембранами противогаза, группа вышла в огромный подземный комплекс, куда, навскидку, легко можно было бы запихнуть целый авианосец, и, может быть, и не один.

Удивительным во всей этой огромной постройке было не полное отсутствие каких-либо поддерживающих колонн, или то, что потолок формировали огромные, если не сказать колоссальные железобетонные балки, поддерживающие всю тяжесть потолка, только в одном месте обвалившись внутрь и сформировав прореху, откуда свисали какие-то щупальца. Не то, что все стены, пол и потолок этого комплекса, за редким исключением, заполонила эта серая жижа, чьи подтёки, свисая с потолка, колыхались на редких порывах спускающегося раскалённого воздуха, заносимого внутрь ветром с улицы. А то, что стояло прямо посредине помещения.

Гигантская органическая постройка из плоти и костей. Она пульсировала и дышала, словно сердцебиение живого существа, которое сменяется вздымающейся грудью, наполняющей лёгкие воздухом. Куполообразная, словно цирковая арена в крупных городах, постройка выделялась на своей вершине тремя оголёнными клыками, которые тоже двигались и сокращались в такт пульсирующей плоти.

Выйдя всем отрядом на бывший постамент небольшой лестницы, затянутый сейчас «лишайником», люди начали озираться по сторонам, освещая лучами своих фонарей другие участки «ангара». Неожиданно со стороны подножия здания раздались хлопки, и люди, переведшие взгляды, а вместе с ними и лучи фонарей к одному месту, прекрасно осветили происходящее. Кожистые яйца, вмонтированные в плоть «здания», лопнули, и из них вылилось немного жидкости на стены, окропив их едкой зеленоватой водицей.

Мелкие на фоне здания личинки, но на самом деле огромные, размером с крупную собаку, выпрыгнули из них, повалившись на «лишайник» возле здания, закопошившись по земле возле подножия здания. Показавшиеся в свете фонарей три насекомоподобных существа, имеющие по восемь ног, перетянутых фиолетовой мембраной тела и хищными жвалами, довершенными двумя горящими в темноте красными глазами, казалось, тащили в направлении одного из тоннелей «здания» тела мёртвых людей.