— Что…Что ты делаешь? — хрипло спросил Прот, неотрывно следя за школьником, вливающим поллитровку в приоткрытый рот Сейнта.

— Отравление, скорее всего мышьяк, — резко отрезал Синдри и тут же дернулся, видимо, не заметив вставшего старшего до этого момента. — Он, наверное, опять начал превращать свою слюну в яд, а остановиться не смог, у него обезвоживание, нужно его поднять и тогда, он вылечит себя сам.

Поколебавшись всего долю секунды, Прот все же переборол состояние овоща и, сделав пару шагов, скатился по дивану на пол, у ног тайца. Уже вместе с подростком они начали вливать живительную воду в горло Сейнта, ополаскивать ей его сухую кожу. Все бутылки быстро ушли в расход. Но когда Син уже вставал, чтобы побежать за следующей партией, тело на полу дернулось в конвульсии. Повернутая набок голова помогла организму беспрепятственно очиститься.

Спустя несколько долгих нелицеприятных мгновений, в течение которых Сейнт выполаскивал весь свой яд наружу, он наконец смог полностью открыть бирюзовые глаза и с неожиданной благодарностью посмотрел на своих спасителей.

— Как давно такой херни со мной не приключалось, мелкий, за мной должок, — искренне посмеиваясь, выдал он и медленно взобрался на диван, совсем не обращая внимание на полностью мокрую одежду. Его кеды опустились в лужу собственной рвоты и подвигались в разные стороны.

От вида этой картины и Прота и Синдри пробило на неконтролируемый смех, который больше походил на истерический, но все же смог немного разрядить атмосферу. Правда, ненадолго.

— Юра… — тяжело выдохнул Прот, обращая обеспокоенный взгляд на пустое окно.

— Иоко, — подхватил Сейнт, смотря в ту же сторону. В воронке недавнего взрыва, которая благодаря усилиям Такецу была практически незаметной, едва было заметно мельтешение, но и это уже успокаивало.

— Господь Всемогущий, Бесконечное Небо и все остальные, за что мне это все… — пропела сломанным голосом Юра, ощущая себя словно олень, сбитый машиной на ночной трассе.

Она была такой потерянной и поломанной, что казалось, любое движение и даже мысль были способны причинить ей вред. Но, внутри нее разливалось бескрайнем океаном такое спокойствие, как будто выброс энергии, который спровоцировала Иоко, высвободил с собой и весь стресс, невидимыми путами обвивающий ее тело и душу ранее. Все переживания и страхи вновь показались Ю Рин не такими уж серьезными, плечи распрямились, не ощущая того груза ответственности, что тянул их дальше от солнца. Прямо как тогда, когда она еще не помнила, кого потеряла за последние годы…

"Наверное, ты был счастлив видеть меня такой, да, Чон Сок? " — пролетело в сознание Ю Рин, которая медленно раскрыла глаза. В голубых озерах тут же отразилось огромное стремительно темнеющее небо, где постепенно зажигались миллионы ярких светил, которые были лучшими версиями звезд из того, прошлого мира. Может мир под полотном Флавуса был создан именно для этого? Давать шансы. На жизнь. Которую заслуживает каждое живое существо.

"Неужели, для того, чтобы понять такие простые вещи, мне всего-то понадобилось пару раз оказаться на грани смерти…" — проворчала сама на себя Юра, усмехаясь странным мыслям в собственной голове.

Она выжила, вновь. И не благодаря каким-то всевышним силам, которые облачались в ее личных ангелов или палачей. Нет. Судьба-злодейка была здесь совсем ни при чем. Она не имела власти в реальности, где существовали неконтролируемые парты, обладающие странными способностями. Даже она не могла предугадать, что выкинет Сейнт или Иоко со всеми остальными вместе взятыми, стоит их оставить в одиночестве или запереть в комнате.

А это означает лишь одно: судьба не сможет их забрать, как сделала это с братиком и сестрой. Нет, в этот раз в руках Ю Рин куда больше власти над будущим, и не только над ее личным. Осознание этой истины отразилось в кривой ухмылке, растянувшей рот девушки с искристо-белыми волосами. Которые сейчас покрывали комья свежей земли.

Первые движения дались Ю Рин нелегко: организм был явно истощен и не желал тратить остатки своей энергии на бесполезную активность. Но постепенно возвращающиеся воспоминания о последних секундах перед падением заставляли Юру не оставлять попытки встать. Иоко спасла их всех, нужно было проверить свои догадки о судьбе.

Но лежа на животе, словно поломанная брошенная кукла, она не видела даже кончиков иссине-черных волос японки и не слышала ее грубых ругательств. Светлая нежная кожа лица Ю Рин в одночасье превратилась в месиво из грязи и свежей крови, стоило ей попытаться двинуть головой в надежде перевернуться на спину. Пластиковые руки и ноги отказывались сгибаться, оставляя надежду лишь на исключительное упорство своей хозяйки.

Сколько понадобилось времени на простой подъем, Юра даже не считала. Она лишь без конца дергала теми частями тела, что откликались на ее зов. Постепенно их становилось все больше, но явное недомогание организма не позволяло им действовать в полной мере. Из-за чего со стороны девушка смотрелась как выброшенная на берег рыба. Получаться начало только когда Ю перешла на стадию маленького ребенка, только пробующего впервые сесть. Опершись на кровоточащие локти, она неуклюже подтянула к животу будто деревянные ноги и попыталась выпрямить спину. Позвонки откликнулись болью моментально, но это уже не могло ее остановить. Зрение уловило часть недвижимой фигуры Иоко.

Та лежала словно разорванная хищником летучая мышь, так нелепо выглядела разорванная толстовка за ее спиной. Но Иоко летела с ее помощью, реальность матки из другого мира такого принять еще не могла, заставляя Юру без конца прокручивать этот самый полет в голове. Даже находясь в пузыре энергии, Ю Рин не теряла способность видеть и слышать, пусть и не так четко как обычно. Японка тогда показалась ей удивительно сильной и взрослой, в большей степени чем она сама. Юра не была способна остановить процесс поглощения энергии, но Иоко справилась в одиночку, без промедлений. Все-таки дочь Миякэ была куда более смелой, чем простой психиатр из обычного мира. Но даже она не была бессмертной, уже в полутьме Ю Рин заметила, что марля на ее спине вновь пропитана кровью. Японке понадобится сила Такецу, где бы он и Даремо сейчас не были.

— Иоко, — отрывисто произнесла Юра, тут же согнувшись в приступе рвущего глотку кашля. Волна боли вновь пронеслась по всему телу, но в этот раз стала триггером для выброса остатков сил. Из-за чего Ю Рин наконец смогла на одних руках подползти к телу девушки.

Та до сих пор оставалась недвижимым куском плоти, кровоточащим от жесткого приземления в сырую землю, но дышала. Грудная клетка еле заметно вздымалась, стремясь к небу. Пряди грязных волос прилипли к рукам и лицу, закрывая стесанную до мяса кожу.

"Главное, она жива" — твердила сама себе Ю Рин, через силу подтягивая тело девушки к себе на колени. Ее руки бережно и аккуратно начали убирать волосы, не успевшие засохнуть на оголенных участках тела. Но это мало чем могло помочь, нужна была вода, антисептик, а еще лучше — Такецу, который в прошлый раз так легко поставил их всех на ноги. Жаль, Юра не умела проделывать такие же фокусы, насколько же легче стала бы ее жизнь.

"Ты зачем диплом врача получала, чтобы не справиться с такими пустяковыми ссадинами? " — тут же попыталась собраться внутри себя Юра, но внезапно перебила саму себя: "А как лечить тело, которое по всем законам твоего мира должно было уже быть мертво? Мы упали с высоты десятиэтажки? И не поломали ни единой кости, да как обычный психиатр может лечить таких монстров? Но получается, что и я теперь монстр?"

Колесики паники внутри сознания начали свой очередной рабочий день, заставляя бывшего врача метаться от желания исполнить свой долг и логически правильно объяснить себе же, что она на это способна. Так могло продолжаться бесконечно, но спасением на этот раз стали холодные, словно лед, руки, схватившие Ю Рин за плечи.