— Прот! — не успела Юра отойти от шока, как ее опередил Сейнт, возникший прямо перед лицом парня. — Пожалуйста, давайте перенесем все эти разговоры на завтра, уже поздно, мы все устали…

— Чего ты встреваешь, я тебя спрашиваю! — возмутилась Иоко, тут же хватаясь за кофту друга и стараясь оторвать его от черной толстовки. — Ты устал? Да у тебя после взрыва и следов не осталось. А ведь это ты во всем виноват!

— Прекратите, вы опять перегибаете, — мельтешил от одной фигуры к другой Синдри. Его цветастая футболка следовала за ним, размывая всё в одну сплошную лужу красок. — Давайте не будем еще и это сейчас обсуждать.

Ю Рин устало закрыла глаза, ее губы затряслись. Руки непроизвольно обняли плечи, а ноги перестали держать, заставляя всю фигуру неуклюже свалиться на пол. Из глаз бурным потоком молодой реки потекли слезы.

"Самоуверенная девка, ты думаешь, у тебя получится добиться чего-то БЕЗ МЕНЯ?! Ты ленивая, бесталанная и никому не нужная! Ты уедешь от меня, и мир сожрет тебя с потрохами. И я не открою дверь, когда приползешь на коленях обратно! " — яростные крики матери заполонили сознание Ю Рин. Все его пространство запестрило силуэтами ее фигуры в строгих платьях. Они непрерывно вопили оскорбления в ее сторону, кидались книжками и каждую секунду норовили наступить на нее каблуком поношенных туфель. Это было смешение всех кошмаров малышки Ю, которые, словно по команде, поднялись из недр ее памяти. Гиперболизированные, но не лишенные правды, они пугали повзрослевшую девушку еще больше, заставляя зажимать уши ладонями. Но даже так она слышала ее. Ненавидела ее.

Все в гостиной тут же обратили внимание на маленький комочек, представляющий собой их матку. Джи У в недоумении подошла к дивану и попыталась затащить Юру на него.

— Убери от меня свои грязные руки, шлюха, — прорычала нечеловеческим голосом та, стоило Джи наклониться в ее сторону.

"Как ты смеешь так разговаривать с матерью? Я вырву твой поганый язык с корнем!" — будто в ответ завопил голос мамы. Он заглушал все вокруг, давил на уставший мозг девушки, заставляя ту хвататься за волосы и с силой сжимать белесые пряди.

— С тобой что-то происходит, успокойся и возьми себя в руки…

— ЗАКРОЙ СВОЙ РОТ! — взревела Ю Рин. — Я не хочу выслушивать ничего от тебя!

— Кван Ю Рин, приди уже в себя! — попыталась растормошить матку Иоко. Она резко схватила ее за плечи и потрясла.

"Кван Ю Рин, домой! Живо! Еще секунда и я не выпущу тебя до весны! Кван Ю Рин, ты дьявольское отродье, зачем ты это сделала?! Кван Ю Рин, это ты во всем виновата! Ты заслуживаешь смерти, не он! Лучше бы я вообще тебя не рожала! " — разрывалась на части душа Юры, стоило ей услышать свое, такое не любимое, полное имя.

"Принцесса, ну что ты плачешь? " — внезапно поверх всего шума возник голос Чон Сока. Ю Рин замерла. Она перестала дышать, боясь спугнуть это спасительное наваждение.

Ее глаза и внешние и внутренние закрылись, пропуская душу в потаенное измерение энергий. Через мгновение Юра уже лежала бесконечном черном пространстве, в котором легко узнавался мир, открытый ей Такецу. Вдалеке медленно начали появляться тонкие нити энергий всех цветов. Сперва они лишь плыли в одном направлении, создавая поток небольшой горной речушки, переплетались, представляя собой что-то конкретное и общее одновременно. Они то тянулись к ее полупрозрачной фигуре, оплетали руки и ноги, словно поток легкого ветерка, остужающий в жаркую летнюю пору, то испуганно отступали, преобразовывались, тускнели и приближались вновь.

Внезапно возникший в реальном мире голос нарушил спокойствие черноты, его энергия отделилась от общего потока, превращаясь в нечто новое.

Из клубка нитей возникла фигура кота, переливающегося всеми оттенками от черного к синему. У него не было глаз, но животное прекрасно выражало свои эмоции поведением. Кот был испуган и поэтому с опасением подходил к Ю Рин, стараясь держаться боком. Его хвост поднялся трубой.

Юра без раздумий протянула палец к мордочке энергетической фигуры Прота. Тот, видимо, прикоснулся к ее руке в реальном мире. Тепло его кожи отразилось в мире энергии в виде белого света, исходящего от головы животного, прильнувшего к ее ладони.

Врата успокаивающей тишины энергетического мира приоткрылись, пропуская все звуки внутрь:

— Юра, это всего лишь мы, пожалуйста, вернись…

— Отойди от нее Прот, она сейчас нас всех УБЬЕТ! — нервно прокричала Иоко, не пытаясь скрыть страх в голосе.

"Не бойтесь, я скорее убью себя, чем вас." — устало прошептала Юра, вновь проваливаясь в пучину черноты.

Пространство вокруг вздрогнуло вновь и тут же начало разрушаться. Ю Рин раскрыла рот в немом крике отчаяния, яркие всплески энергии заполонили взор. Из каждого из них выпрыгивали животные, в страхе убегая в бесконечность черного ничего. Косуля, стриж, рыбка, собака странной породы. Все они пребывали в настоящем ужасе и Юра догадалась почему. Опустив взгляд на свои руки, она замерла. Те сияли до боли белой энергией, которая будто пыталась выжечь всю темноту вокруг себя, не замечая, что на самом деле она спасает всех от смерти.

Это случилось вновь.

— НЕТ! Опять! Я не хочу, Юрааа, перестань! — отчаянно вопил Сейнт, из стороны в сторону мотая безвольное тело Ю Рин. Которое с каждой секундой все стремительнее покрывалось броней из яркого свечения. Сначала засияли, словно Доу на бесконечном небе, ее искристо белые волосы, с них безудержная энергия перескочила на глаза, скрытые за мокрыми веками, а дальше… Потекла на руки.

Сейнт тут же пожалел, что мать при рождении его не убила, а лишь отдала в приют, ведь мгновение спустя неотрывно смотрел на свои ладони, которые будто сжигала неведомая сила. Изнутри. Каждая клеточка его тела откликнулась болью. Он попытался зажмурить глаза, помня о первом разе такого происшествия, но не успел. Бирюзовые радужки зажег первозданный огонь. Сейнт упал на холодное дерево пола.

— Ааа, сохраняйте спокойствие, ааай, скоро все закончится, — без остановки повторял Прот скорее для себя, нежели для остальных. Те его не слышали, погруженные в пучину собственной боли.

В ту прошлую ночь Прота разрывала энергия, она переполняла сосуды внутреннего тела, не готового к такому количеству чистейшей силы. Это было неприятно. Все кости будто скрежетали от напряжения, выпрашивая пощады. Но сейчас… Прот понял, как умирают все пустые: долго и мучительно. Он не чувствовал той энергии, что уже привычно наполняла его тело. Снова холодное ничего. Безысходность отразилась на его вмиг осунувшемся лице. Где-то рядом Джи У, перевалившаяся за диван, громко материлась, извергая вместе с ругательствами клубы кроваво-синего дыма. Синдри, вновь не устояв на месте, понесся в коридор особняка, с грохотом роняя все вещи по пути. Фигура Сейнта лежала практически недвижно, он перестал кричать. Из его рта, вспенившись, вытекала белесая жидкость.

Глаза, два сияющих смертельным светом сапфира, уставились на Иоко. Та, пребывая в относительном спокойствии, чем ярко контрастировала с окружающим безумием. Прот попытался шагнуть в сторону девушки, но тут же потерял равновесие и рухнул на стол между диваном и креслами. Если бы не внутренняя боль его души, он точно бы заскулил от очередного физического ранения.

Иоко резко повернула голову в его сторону, радужки цвета волчьей ягоды практически полностью скрылись за черным зрачком. Их так же подпитывала необузданная энергия, заставляя сверкать ярче любого огня. Но их обладательница могла двигаться без проблем. Она резко сорвалась с места и понеслась к яркому белому сгустку света, представляющему собой сгорбленную Ю Рин.

— Юра! Я ошибалась! Слышишь!? — срывая голос, заорала Иоко, практически вплотную прислоняясь к лицу своей матки. — Ты нас никогда не убьешь. Ты же не желаешь смерти ни Синдри, он же еще такой юный, ни даже мне и Сейнту, ты слишком добрая для этого! Нет…