Сейчас она на 5 этаже, скорее всего на нем расположено сразу 4 секции, в одной из папок Иоко уже подметила фамилию на букву Р. Значит, вполне вероятно, что папка Харритт была именно на этом этаже, либо Миякэ Иоко настолько не повезет и фамилия Хиггинс будет обитать ниже. Но загадывать плохой результат дела раньше, чем она увидит все своими глазами, Иоко не хотела, и поэтому на скорости носилась с пачками, на лету раскидывая их по нужным полкам. Шкафы буквы Т, занимающие всю дальнюю дугу подсекции, узкие полки, заполненные пухлыми билетами с красными нитками, все перемешалось перед глазами цвета волчьей ягоды, готовыми лопнуть от напряжения.

Руки и спина горели огнем, который не могли потушить ни сила воли, ни проблеск надежды, что скоро все это закончится. Ладони стали влажными, из-за чего Иоко без конца вытирала их о юбку и прилизывала ими же изрядно растрепавшийся пучок на голове. В очередной раз прилетев к тележке, младшая госпожа более не смогла держаться на лету и свалилась на пол. Зубы стиснулись, сдавливая внутри крик от боли. Грудь тяжело вздымалась, пока уставшее сознание докручивало то, что показывали глаза. В тележке оставались лишь несколько стопок для 19 и 25 полки. Их Иоко уже видела, они там, прямо в центре, у круглой площадки, которая явно предназначалась для разворота тележки.

"Сучья тележка" — тут же подумала Иоко, сдерживая уже крик ярости.

Пролетая между шкафами, она уже отметила про себя, что подсекции между собой связаны лишь перпендикулярными узкими проходами по ширине самой тележки, а одно из диагональных сечений ведет к лифту, там же находится и красная кнопка его вызова, он по всей видимости, действительно, доворачивал двери к нужному месту. И все это означало лишь одно: Миякэ Иоко в любом случае придется толкать две, соединенные между собой, металлические тележки по всей длине спирали до центра. Внутренний счетчик подсказывал, что времени оставалось не слишком много, чтобы Иоко могла позволить себе немного отдыха. Ее налитое железом тело медленно поднялось на ноги, трясущиеся руки мертвой хваткой сцепились вокруг металла, тележка сдвинулась с места, хотя сама Иоко до конца не верила, что у нее остались на это силы.

Одинаковые шкафы, образующие спираль, — эту форму пыток выдумали явно в Протексорате. От усталости Иоко уже не разбирала, где идет, появление перед ней круглой площадки, выложенной резным камнем, стало неожиданностью, но в этот раз приятной. Оттолкнувшись всем телом от тележки, она медленно побрела к оставшимся белым папкам и, засунув их подмышку, шагнула к нужным полкам.

Конец этого задания близился, но Иоко не могла позволить себе расслабиться, ведь впереди ее ждала самая важная часть плана. В руке ангел Протексората оставила последнюю папку и стремительным шагом направилась по перпендикулярному проходу в сторону следующей подсекции. Да, алиби в виде папки, которую она якобы несет на правильное место, слабое, но единственное, что Иоко могла придумать в данной ситуации.

Следующая погрузка стремительно приближалась, оставалось мало времени на поиски, но в такие моменты остается одна надежда — на удачу. "Миякэ — счастливая фамилия" — любил повторять военный министр Тадао. Иоко, наслушавшаяся этого в детстве, не могла не верить отцу.

"Буква Т была последней в 13 подсекции, на каждую из них примерно по 5-6 букв, к концу алфавита количество увеличивается, Харритт Хиггинс, будь она неладна, буква Х, перед ней У и Ф, пара полок на букву, но они могут располагаться как рядом, так и параллельно друг другу, значит Х может быть либо у центра, либо наоборот с краю, прекрасный разброс. Не дай Октава, чтобы кто-то работал в гребанной 14 подсекции. " — мысли метались по клетке, ударяясь о панику, запертую в цепи воли. Миякэ Иоко боялась, и страх этот отдавался дрожью во всех клетках, но он не мог сковать ее тело, полное решимости. Сегодня она закончит все.

Полки по центру, в одной папки на У по правую руку уже Ш. Значит, все-таки ей нужно на дальнюю дугу. Не в силах сдержать нетерпение, перемешанное с ужасом, Иоко побежала, на ходу подлетая и помогая своему уставшему организму. Полки в дальнем углу: Буква Ф, опять Ф и еще Ф, да откуда в Протексорате столько людей с такими странными фамилиями!

Лишь в углу Иоко наконец увидела заветную Х и смогла наконец выдохнуть: за весь полет она не проронила ни вздоха.

"Харритт Хиггинс, бывшая воспитательница в Энигме, сотрудница соц. отдела Солуома и Нары, где же лежит твой тонюсенький кадровый билет? " — давая сознанию мгновение на передышку, подумала Иоко и забегала глазами по белым папкам, но тут же остановилась, цепляясь за тоненькую нить мысли, которая почему-то до этих самых пор не посещала ее.

"Харритт Хиггинс, а почему тебя вдруг решил поискать мой отец? Что понадобилось от тебя ему или клану сиреневых мразей? Почему Ли Ара так просто приняла тебя, недоучившуюся студентку, к себе на работу? Что ты делала в социальном отделе Протексората? "

Предположения рождались одно хуже другого, и все опасные, в первую очередь для Иоко и для, пресвятые Калси, ее клана. План Ю Рин держится на том, что они найдут Харритт, и та поможет исправить ситуацию, но что, если, они ищут не того человека? А если она и является причиной всех бед?

Волчьи ягоды непроизвольно окинули взглядом рядом стоящие шкафы и настойчиво уткнулись в полку, где лежали белые-белые папки, на которых, как кровь на снегу, выделялись алые нити.

"Проверь догадку, вдруг ошиблась, хотя с тобой никогда такого и не приключалось, давай Миякэ Иоко, чего ты боишься? " — твердил внутренний голос, до боли похожий на отцовский, пока ноги вели окаменевшее тело к особым бумагам.

Иоко без промедления хватает первую папку, отгибает уголок — буква верная, но фамилия не та. Пальцы пробираются к следующей и следующей, проверяя, но найдя наконец нужную замирают. Трясущиеся руки вытаскивают одну из нижних папок, пальцы не слушаются, но Иоко кое-как развязывает красную нить, обвернутую вокруг деревянной пуговицы, лопнувшая волчья ягода не дает соврать: в правом углу титульного листа четко виднеется: Кадровый Билет 1044 Хиггинс Харритт КОД 209.01.

Сердце Иоко пускается в пляс от радости, пока мозг старательно пытается найти причины, чтобы не сойти с ума. Вот он билет Харритт, воспитательницы Сейнта, не такой уж он и тонкий, скорее даже наоборот, папка слишком толстая для девушки, которой по официальным документам чуть больше тридцати. С настороженностью Иоко переворачивает страницу и видит лист с печатью Протексората Солуома — это выписка из билета, который хранился в пятом округе. Там всего три строки: Энигма, Протексорат Солуома и социальный отдел Нары, как и думала Иоко, ничего нового. Следующие страницы — характеристики Хиггинс, как работницы, на всех ее должностях, далее ее резюме, а вот в конце.

Автоматически заполняемые билеты работали по интересной технологии. Ее создали в научном институте Протексората около двадцати яров назад, специалистам там дали задачу, найти способ, чтобы какая-либо технология могла существовать без взаимодействия с энергией. Чтобы ни одна сила не смогла ее взломать или подчинить себе, но, чтобы нужные люди могли вносить свои правки и взаимодействовать с ней. Такой разработкой стал крохотный чип ИР1.0., который при введении в организм человека, встраивался в структуру его мозга и реагировал на появлении нейронных связей. Чип можно было настроить на что угодно и использовать в различных целях, но Протексорату они были нужны для создания базы своих работников. Чипы вводились всем сотрудникам, которые решали работать в какой-либо структуре Протексората, это было одним из условий заключения договора. Там же было прописано, что чипы могут собирать лишь информацию о новых местах работы своих сотрудников и их характеристики после увольнения. Все это они направляют непосредственно в папки, хранящиеся в подвале Монетного двора.

В них к последнему листу прикреплялся крохотный принтер, который тоже ранее изобрели в институте, он сам создавал бумагу, выстраивая структуру ее молекул из воздуха. Таким образом взаимосвязь чипа и принтера, по сути, никто не контролировал, ведь чип настраивали до ввода в организм, а работа принтера зависела лишь от наличия воздуха в помещении и от сигнала чипа.