Тут до меня и дошло — вот оно, явление знаменитого «Прожектора перестройки». Точно, это название появилось не сразу, а только в конце года, а сама передача появилась летом 1987-го. Взял газету с программой телепередач — да, сегодня первый выпуск, дальше она заявлена ежедневно по 10 минут после «Времени».
Заставка телепередачи «Прожектор перестройки»
Нет пока узнаваемого суетливого ритма композиции Where’s The Walrus группы Alan Parsons Project, хлесткого названия и заставки с рамкой телеэкрана, через который бьет луч света. Все это будет чуть позже. Что же, вот и еще один из символов новой эпохи появился. Вот уж негатива «Прожектор» в народ закинет, цистернами не перевозить. Я даже расстроился и, чтобы отвлечься, решил продолжить литературные занятия.
Витька, видимо, все же лег поспать немного, потому как в квартире совсем тихо стало. Потом я услышал, как будильник зазвонил. Посмотрел на часы — уже два ночи, пора собираться. Посетили места общего пользования, оделись, потом в поданный Виктором к крыльцу пикап перетаскали вещи, тщательно их закрепив. Я напоследок на площадку между первым и вторым этажом поднялся, вроде что-то в почтовом ящике есть. Так и есть, кроме газет, обнаружилось письмо от Сереги Мезенцова, он в Хабаровск попал в учебку. Отлично, послание с собой захвачу, ответ из Москвы напишу, как раз и посылку отправлю. От Игоря еще нет весточки, может быть, позже придет. Если что, когда звонить буду, то Виктор мне передаст его новый адрес.
Как по мне, непривычно в пикапе ездить, вот вроде бы в Америке приходилось, но все равно как-то странно, что в легковушке всего один ряд сидений, прямо как в грузовике. Особо мы не спешили, подъехав на Сокол около трех ночи. Впрочем, это север, пока еще вполне светло на улице.
Мучиться с переноской груза не пришлось. Нашлись знакомые из работников аэропорта, которые не отказали в помощи. Впятером всего по два-три раза пришлось сходить. Тут же у отдельной стойки, которую открыли ради меня, багаж взвесили, и я доплатил за лишний десяток килограммов.
Витька намеревался меня проводить, но я пресек его намерения. Вот какой смысл рядом скучать полтора часа? Сейчас к самолету пассажиров отправляют минут за двадцать до вылета. Никаких накопителей нет. Просто открывается дверь на летное поле, народ выходит туда, подкатывает аэродромный автобус, в котором все едут стоя, выходя у самого трапа. Нет в этом автобусе сидений как таковых. Да он и сам не похож на автобусы, которые в городах ездят. Просто обычный седельный тягач ЗиЛ, который тащит вместительный пассажирский прицеп.
Советский аэродромный автобус
Чтобы не скучать, я плеер Sony Walkman TPS-L2 прихватил. Очень удобная штука, я таких в московской «Березке» целую кучу набрал: для Алисы, моих и ее братьев, включая Виктора, для Игорька Урбана. Еще на дни рождения дарил: Галке, моим друзьям Игорю и Сергею, еще кому-то, уже не помню. По нынешним временам крутейший подарок. Ну, и себе тоже взял, я же не рыжий. Особенно хорошо с музыкой спортом заниматься. Наушники на голову и можно бегать, голова занята и совершенно не отвлекается на то, сколько ты уже намотал на спидометр. И с качалкой так же. Я ее пару раз в неделю посещаю. Нет, на те фитнес-центры, которые в будущем появятся, она совершенно не похожа. Я как-то идею подал друзьям Виктора, с которыми боксом занимаюсь. Вот они и оборудовали помещение в подвале школы, чисто для своих, к которым с некоторых пор и я отношусь. Тренажеры часть закупили, часть сделали сами кустарным способом. Но вполне годно получилось.
Пока музыку слушал, по возможности развалившись в неудобном аэропортовском кресле, мне пару раз предложили плеер продать. Я же говорю — вещь для СССР ценная, многие бы купили, да достать не могут. А тут Магадан, деньги у народа есть. Услышав отказ, никто не расстраивался, такой ответ и ожидали, спрашивали, скорее, на всякий случай. А вдруг, да соглашусь.
Sony Walkman TPS-L2
Услышав объявление о посадке, выключил плеер, повесив наушники на шею, подхватил рюкзак и влился в толпу пассажиров, устремившихся к стеклянной двери, ведущей на взлетное поле. Сразу и автобус подали. Я прямо у входной двери встал, как вип-пассажир. Ну, а чего? По нынешним временам я первым классом лечу — на втором ряду первого салона. Там специально промежутки между рядами сделаны больше, чем для остальных пассажиров. Эти места продаются через депутатскую кассу, но я, как действительный член советского союза писателей, билеты через нее покупаю, мне можно.
Вот не зря я дома ложиться в кровать не стал. Сейчас стоило сесть на свое место у иллюминатора, как практически сразу же задремал. Проснулся только, когда стюардесса начала обед разносить. За все уплачено, так что нужно подкрепиться, тем более, кормят на борту вполне неплохо. Курочка жареная с рисом, салат с помидорами, булочка, маленький кубик упаковки с черной икрой, грамм так на 20–25. Что вы хотите, я же на привилегированном месте. Всем остальным пассажирам красная икра полагается, а тем, кто на первых трех рядах сидит, — черная, потому что тут собрались очень умные и красивые люди, а некоторые еще и важные. В смысле большие посты занимают.
С удовольствием перекусил, посмотрел в иллюминатор, но зрелище оказалось однообразным — сплошные облака внизу. Поэтому устроился в кресле поудобнее, да опять заснул до самого приземления.
Очнулся, когда по громкой связи объявляли о том, что самолет идет на посадку в аэропорту города Москва — Домодедово, в связи с чем пассажиров настоятельно просят пристегнуться, что я дисциплинированно и проделал.
Пассажиров первого класса стюардесса попросила на выход первыми, как только трап подали. На самом деле разницы никакой, здесь тоже народ к зданию аэровокзала перевозят на автобусе, а он, пока последний человек из самолета не выйдет, никуда не поедет.
Ирискин, как всегда, отработал свой немалый гонорар на все 100 процентов. Среди встречающих я сразу заметил человека с листом ватмана, на котором красной тушью было написана моя фамилия. К нему и направился. Все верно оказалось — именно меня он ждал. Уже вдвоем пошли на выдачу багажа.
Народ так даже с недоумением поглядывал на ту груду багажа, которую я с ленты снимал, а мой помощник складывал в аккуратную стопку. Действительно, ну, очень много, причем некоторые ящики большие, но видно, что легкие. Еще бы — это части ударной установки, барабаны там. Точнее, только один ящик очень большой, остальные куда меньше.
Вот с переноской образовалась трудность. Вещи не оставишь, а то им быстро ноги приделают. Вот и получается, что одному нужно охранять, водителю — принимать, а для переноски остается только один человек. Осознав этот факт, поставил помощника на охрану и оборону имущества, а сам пошел искать носильщика. Перехватил его буквально под носом какого-то солидного дядечки. На месте сложили багаж на тележку, отвергнув настойчивые домогательства других пассажиров, желавших к нам присоседиться. Ага, еле-еле мой груз влез, куда тут еще чужие чемоданы втиснешь. Итак часть багажа пришлось в руки брать.
Водила, увидев нас, подогнал УАЗ почти напротив входа, так что мы быстро погрузились. Вручил носильщику червонец и отправил дальше заниматься своими обязанностями.
По факту в аэропорт в Домодедово я в 5.15 зашел. Пока получали багаж, потом его перевозили и загружали, уже и 6 часов наступило. От Домодедово до Внуково не так далеко — всего 60 километров. Раннее утро, пробок пока нет. А они уже в Москве не редкость, вполне можно опоздать из-за них. Но у меня время терпит, я сказал водителю, что торопиться не нужно. Он и не спешил, предпочитая передвигаться по второстепенным дорогам. Как он заявил, «во избежание» неприятностей, объяснив, что у него накладная выписана, но шут его знает, вдруг ГАИ вздумает проверить груз, задержат нас, на самолет не успеем. Лучше не нарываться, проехав там, где нет постов. По пути заправились на небольшой АЗС с двумя колонками и заехали в небольшую закусочную, которая, несмотря на ранний час, уже работала.
