Наверное, на моем лице не отразилось особого энтузиазма.

— Послушай, — терпеливо произнес Джейк, положив руку мне на плечо, — ты попросила меня помочь выяснить, что происходит. Я собрал информацию и узнал адрес. Но перед тем как позвонить, я хотел, чтобы мы знали, кому ты собираешься звонить.

— И кому же?

— Я думаю, что это Кристиан Луна. Чего он хочет, где он был все эти годы, почему решил, что ты его дочь? Мы не сможем этого узнать, если не поговорим с ним. Так что нам все же предстоит с ним познакомиться.

— Позвонить ему?

Джейк вытащил из кармана мобильный телефон и протянул его мне.

— Позвони.

Я замерла с трубкой в руке.

— Ридли, только если ты сама этого хочешь. В противном случае я ворвусь к нему, вытрясу из него душу, и, даю тебе гарантию, этого человека мы больше не увидим. Он в бегах. Он напуган и прячется от кого-то. Наверное, он боится полиции. Он исчезнет. Ему есть куда бежать, потому что все эти годы его здесь не было. И тебе останется вспоминать этот эпизод как какое-то недоразумение.

Но было уже слишком поздно, и мы оба об этом знали. Через несколько минут раздумий я набрала номер. Мои руки дрожали, и я ощутила, как у меня на лбу выступили капельки пота, хотя в машине было холодно, так, что изо рта валил пар.

Он ответил сразу после того, как нас соединили. У него был низкий голос, в котором слышался легкий акцент, но я не могла его разобрать.

Он спросил:

— Джесси?

Я представила его сидящим на полу. В его голосе звучала печаль. Он явно на что-то надеялся.

— Это Ридли, — сдавленным голосом произнесла я. — Я Ридли.

Я повторила эти слова для себя. Я хотела, чтобы хоть что-то в моей жизни не подвергалось сомнению.

— Ридли, — произнес он вслед за мной. — Конечно, Ридли.

— Я хотела бы с вами встретиться.

— Да, — ответил он, и в его голосе прозвучала мольба.

Джейк написал на клочке бумажки: «Скамейки у входа в Ван-Кортланд-парк, через час». Я сказала об этом мужчине, и он замолчал. Наверное, он удивился тому, что я назначаю встречу так близко от его дома, но уже через мгновение он согласился.

— Ты придешь одна? — спросил он.

Я ответила утвердительно, хотя мне было стыдно лгать. Да, даже ему, незнакомцу, который хотел разрушить мою жизнь.

— Как тебя зовут? — спросила я.

— Я твой отец, — после секундной паузы произнес он.

— Как тебя зовут? — повторила я.

— Я увижусь с тобой через час, — сказал мужчина и повесил трубку.

Я отключила телефон и протянула его Джейку.

— Он сказал, как его зовут?

— Нет.

Джейк поерзал на сиденье.

— Я бы на его месте тоже промолчал.

Я озадаченно посмотрела на него.

— Я имею в виду, если бы я был в бегах. Я говорю тебе свое имя. Ты звонишь в полицию. И уже через минуту меня ждут сотни машин с мигалками. Дело об убийстве не имеет срока давности.

Я пожала плечами.

— Но зачем тогда рисковать?

— Об этом ты спросишь его сама.

Глава пятнадцатая

Мы подождали, пока мужчина выйдет из дома. Мы следили за ним, когда он направлялся к парку. Джейк сказал, что мы должны убедиться, что он отправится на встречу один. Я не могла бы себе представить, что в этом деле окажется замешанным кто-то еще, но не стала задавать никаких вопросов. Джейку, кажется, нравилось следить и замечать, выжидать и планировать. Он был явно в своей стихии. Мне же вся эта ситуация напомнила плохой детектив. Иногда меня охватывало ощущение, что я вижу сон. Пару раз я даже мечтала проснуться.

Мужчина обогнал нас, и мы медленно поехали за ним. Он снова шел ссутулившись, но довольно быстро. Пару раз он оглядывался, но я не думаю, что он заметил нас.

— Он кажется таким одиноким. Одиноким и грустным, — сказала я.

После долгой паузы Джейк произнес:

— Ты не можешь судить об этом по тому, что ты видишь. Перед тобой всего лишь картинка, которую он для тебя нарисовал.

Это прозвучало так странно, что я удивленно взглянула на Джейка, однако он был сосредоточен исключительно на дороге. Он смотрел на мужчину, как филин на обреченную мышь.

— Я считаю, что многое можно сказать по тому, как человек себя ведет, когда думает, что его никто не видит. Я заметила грусть и одиночество.

— Я в это не верю. Думаю, что мы сами внушаем себе какие-то ощущения. Если ты бесчестен, то видишь в людях прежде всего их нечестность. Если ты хороший человек, то склонен находить хорошее и в других. Жесты, слова могут выдать ложь, но одного взгляда на человека недостаточно, чтобы определить его сущность.

Я задумалась.

— То есть ты хочешь сказать, что это я охвачена грустью, что это я ощущаю одиночество?

Снова наступила пауза. Темнота словно разъединяла нас.

— А разве это не так?

Я уже готова была возразить. От негодования у меня сами собой распрямились плечи. Но еще до того как слова возмущения готовы были сорваться с моих уст, я осознала, что он прав. Да, именно так я себя и чувствовала с тех пор как получила этот злосчастный конверт. Возможно, на подсознательном уровне я понимала, что я не до конца честна с собой. Я ничего не ответила Джейку, потому что меня охватила какая-то безнадежность. Джейк протянул руку и сжал мою ладонь. Я ответила на его пожатие, желая, чтобы он никогда меня не отпускал.

Джейк проехал мимо парка, повернул и остановился. Мы вышли. На этот раз я хорошо рассмотрела его машину. Это действительно был шикарный автомобиль.

— Нравится? — спросил Джейк, заметив, что я рассматриваю его машину.

Я улыбнулась в ответ.

— Знаешь, что говорят о парнях, которые предпочитают такие машины?

— Что? — отозвался он, подвигаясь ко мне.

— Что они таким образом компенсируют какую-то утрату.

— Ну что же, — произнес Джейк, притягивая меня к себе, — тебе виднее.

Кровь прилила к моим щекам.

— Да, пожалуй, это действительно так.

Он поцеловал меня, своим поцелуем зажигая огонек желания в моем сердце. Затем отстранился и погладил меня по щеке. Лукавое выражение на его лице сменилось серьезным.

— Все будет хорошо, — сказал он.

— Да, — согласилась я, хотя и не была в этом уверена. — Я знаю.

— Нет, ты не знаешь, — мягко возразил Джейк. — Я знаю. Пойдем.

* * *

Джейк и я прошли пару кварталов через парк, направляясь к тому месту, где я назначила Кристиану Луне, или кому-то, кто скрывался в том доме, встречу. Джейк спрятался в зарослях в ста футах от скамейки, где сидел незнакомец. Я прошла по тропинке. Мужчина испуганно повернулся, когда услышал мои шаги, и встал. Я остановилась, и он подошел ближе.

— Не подходите близко, — сказала я, когда нас разделяли пять футов. Я боялась.

Он был старше и меньше, чем я себе представляла, но это, безусловно, был мужчина с фотографии. В его глазах читалась настойчивость, густые брови придавали ему суровый вид, а губы были полными и чувственными. Мы смотрели друг на друга, словно нас разделяло стекло и видимость искажалась нашими же отражениями. Я не знала, что и думать. Я сказала себе, что сейчас во мне будет говорить страх. Что-то в его глазах, его подбородке казалось знакомым, но я понимала, что мои эмоции одерживали верх над разумом.

— Джесси, — произнес мужчина. В его голосе прозвучало облегчение, радость и печаль одновременно.

Он сделал шаг вперед, но я тут же отступила. Он приподнял руки, как будто надеялся, что я заключу его в объятия, но я лишь обхватила себя руками и отодвинулась еще дальше. Внезапно меня пронзила ненависть к этому человеку, ненависть за то, что он так похож на меня.

— Это вы ее убили? — спросила я.

Мой голос прозвучал так резко, что он отпрянул, как от пощечины.

— Что? — почти шепотом произнес мужчина.

— Терезу Элизабет Стоун. Это вы убили ее?

— Твою мать, — сказал он и сел на скамейку, словно не доверял своим ногам. — Нет.

Он опустил голову на колени и зарыдал.