Руби исчезла. Она пришла навестить Эйса спустя несколько недель после начала реабилитации, когда ему разрешили видеться с посетителями, и он попытался уговорить ее пройти курс вместе с ним. Я предложила оплатить лечение, но Руби отказалась. Эйс достаточно умен, чтобы не убиваться из-за этого. Руби не хочет помощи, и навязывать ее было бы большой ошибкой. Больше мы ее не видели. По просьбе Эйса мы пытались разыскать Руби по старому адресу, но ее там не было. Она забрала вещи и исчезла. Эйс все еще надеется, что снова встретится с ней.

Надежда — это хорошо. Без нее жизнь становится слишком скучной. Но надежда должна быть сродни молитве. Надеясь, ты обращаешься к источнику силы и мудрости. Мы не можем контролировать происходящее, мы лишь способны осуществлять свой выбор. Значительный, незначительный, но в любом случае важный, потому что он оказывает влияние на дальнейшее течение нашей жизни. Все, что нам остается, — это не ошибиться и не терять надежды на то, что все будет, как мы пожелаем.

Мои родители и я пытаемся построить новые отношения. Мы прошли через стадию взаимных обвинений. Мы были охвачены негодованием, но постепенно преодолеваем это, потому что нам есть что сказать друг другу. Я надеюсь, что со временем боль утихнет, но главное, между нами больше не висит завеса лжи и ненужных секретов. Я хочу, чтобы мои папа и мама сумели полюбить Джейка, хотя я знаю, что они по-прежнему склонны винить его во всем.

Убийство Кристиана Луны до сих пор не раскрыто. Я собираюсь давать показания относительно того, что происходило накануне его убийства. Прокурор намерен использовать мои слова для формулировки мотива убийства, в котором подозревают Анджело Нумбрицио и людей, приказы которых он выполнял. В зависимости от того, какое решение будет вынесено по делу об убийстве, в прокуратуре решат, давать ли ход делу о проекте «Спасение». От этого будет зависеть судьба Зака и Эсме. Моему отцу, видимо, тоже придется ответить на несколько вопросов. Я знаю, что он напуган, и сама напугана не меньше.

Я не разговаривала ни с Заком, ни с Эсме. Зак находится под арестом, так как его обвинили в попытке преднамеренного убийства. Я не хочу даже вспоминать наше последнее с ним столкновение. Я стараюсь не думать о том, что могло бы произойти со мной. Адвокаты Зака и Эсме настойчиво рекомендовали им не разговаривать со мной. Это продиктовано условиями соглашения, которого они достигли с окружным прокурором. Я бы и не захотела с ними беседовать, но мне все же интересно было бы узнать от Эсме, что ей известно о Терезе Стоун. Мне бы хотелось расспросить ее и о других детях, которые побывали в клинике «Маленькие ангелы», а потом исчезли. Я думаю, что она была связующим звеном, и от нее можно узнать ответы на все оставшиеся в этом деле вопросы. Как вы считаете? Но, думаю, что всему свое время, и расследование ведь еще не окончено.

Журналисты уже начали охоту. Смотреть программу о Максе, показанную «Дэйтлайн», мне было и больно, и стыдно. Они представили его чудовищем. Для некоторых людей, возможно, это недалеко от истины. Но только для некоторых. Пусть его проект принес другим горе, но Макс остается Максом. И потом, он был моим отцом. Я пыталась представить его в новой роли, однако моя память отказывается это делать. Как отец Макс был человеком, сотканным из недостатков и пороков. Как дядя Макс был идеален — яркая звезда на небосклоне моей жизни. Неужели мне нельзя сохранить этот образ?

Я не знаю, что произошло в ту ночь, когда Макс принес Джесси Стоун в дом моих родителей. Я не знаю, какое он имел отношение к убийству матери своего ребенка. Неужели тот груз, который он нес, груз семейных неурядиц, придавил и его? Я все время вспоминаю, как Макс сказал мне в тот последний вечер: «Ридли, ты, наверное, мое единственное доброе творение». Он испытывал настоящую боль. Демоны, которые терзали его душу всю жизнь, выиграли битву с ангелами.

Люди с «Дэйтлайн» уже звонили мне с просьбой об интервью. Но я ответила отказом. Мне потребуется все мое мужество, чтобы выступить в суде в качестве главной свидетельницы по делу об убийстве Кристиана Луны.

В этой истории нет отрицательных героев. Правда. Если задуматься, то их нет и в жизни. Это только в книжках мы встречаемся с законченными негодяями, словно все хорошее в них бесследно испарилось. В жизни есть только хорошие и плохие решения. И оценить их можно только тогда, когда станут ясны последствия наших поступков. Если вы намерены воспринимать Зака как подлеца, то вы, наверное, имеете на это право. Или Эсме. Или Макса. Но я полагаю, что они искренне верили в собственную правоту, считая, что творят добро для детей, для себя, для меня. Их убеждения могли быть ошибочными, но все же это их хоть как-то оправдывает, правда?

С того момента, как Джейк и я взялись за руки, оказавшись в его квартире, мы стали союзниками. Между нами были моменты неопределенности и сомнений, которые проявились слишком уж обостренно. Однако это обычные отношения. Разве не все мы открываемся другому человеку постепенно, когда влюбляемся? Мы сами решаем, что сказать, а что оставить на потом. Мы боимся услышать слова осуждения, отказа. Чем ближе мы друг к другу, тем пристальнее взгляд. Но Джейк и я выработали стратегию абсолютной честности. Откровенность не всегда дается легко (как, например, ему ответить на вопрос вроде: «Я не выгляжу толстой в этих джинсах?»), но зато наши отношения построены на искренности и доверии. И я не откажусь даже от одного дня искренности и правды в пользу целой жизни, полной пусть и блестяще красивой, но лжи.

«Я всегда с удовольствием писала, всегда чувствовала себя гораздо комфортнее в выдуманном мире, чем в реальности».

Лиза Ангер родилась в Коннектикуте, часто переезжала с места на место, жила в Нью-Джерси, Голландии, Англии. Долгое время не верила, что может стать настоящей писательницей, потому что сначала это было для нее простым хобби. Сейчас живет с мужем во Флориде, работает над новым романом.

Внимание!

Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.

После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.

Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.

notes

Примечания

1

Ландромат — салон игровых автоматов. (Здесь и далее прим. ред., если не указано иное.)

2

Макробиотика — наука об охране жизни. Характеризуется в том числе особой системой подбора продуктов питания.

3

Мормоны («Святые последнего дня») — члены религиозной секты, основанной в США в первой половине XIX века.

4

Хоан Миро — испанский живописец, скульптор, график.

5

Циприан Камиль Норвид (1821–1883) — польский писатель, художник, скульптор.

6

«Музыка ветра» — набор мелких предметов, издающих приятный перезвон при дуновении ветра. (Прим. перев.)