– Что, серьезно решил убить меня? А как же деньги за мою голову?

– Шагай вперед, зеленка неопытная! – Я грубо толкнул его. – Вот нефиг мне было делать, столько часов тащить тебя через Зону, от мутантов отбивать, чтобы сейчас так просто убить.

– Ну, почему же просто, – Чичероне начал сомневаться в моих намерениях, – изысканно убить. Того бедолагу в пещере ты жестко порешил. А вдруг ты маньяк какой-то, и это хобби у тебя такое – людей извращенно мочить? Я уже и в это готов поверить…

Я лишь заливисто рассмеялся в ответ, чем немного успокоил бродягу. Ну, не говорить же ему, что его догадка абсолютно верна! Тем не менее убивать его сейчас я не собирался. Вообще-то пока было не за что. Сначала нужно выпытать все его грешки и оценить, насколько они тяжелы. А потом десять раз подумать и решить, что для меня будет лучше – казнить этого типа или без затей получить за его тушку сто лимонов зелененьких?

– Стой, куда прешь! – Я схватил Чичероне за плечо, когда он уже готов был сделать шаг и пересечь границу небольшого «тайм-аута». – Не чуешь разве, что дальше идти нельзя? Ну да, я же забыл, желторотики ни хрена не чувствуют. Вот смотри!

Я достал из коробка одну черную бусинку и швырнул ее вперед. Шарик влетел в аномалию и, пыхнув облачком черного дыма, разлетелся на микроскопическую пыль, проявив перед нами обводы полусферы метров десять в диаметре. Облачко равномерно распределилось по объему и залило пространство внутри аномалии темным туманом, через который совсем не просматривались стволы деревьев, расположенные с другой стороны зоны ИФП. И еще через секунду туман набрал густоты, а поверхность полусферы резко стала смолянистой и глянцевой, точно как бусинка «черных брызг».

– И что дальше? – Чичероне с опаской глянул на меня.

– Шагай в нее, – спокойно ответил я.

– Да ну нахрен! – Лицо бродяги перекосило.

– Топай, говорю! – Я опять толкнул его в спину, но Чичероне уперся, как матерый баран.

– Не пойду! Это же верная смерть!

– Иди, придурок, я пойду сразу за тобой.

– Ты с ума сошел!

– Ладно, – я понял, что, пока не растолкую этому упертому что к чему, с места он не сдвинется, – потрачу на тебя, балбеса, еще одну бусинку. Слушай сюда! Аномалия в таком виде продержится всего пять-шесть секунд. А потом опять вернется в прежнее состояние. Вот смотри, – я указал стволом на светлеющую полусферу, – она уже меняется. Так вот, нам важно попасть в нее, пока она абсолютно черная, как «черная брызгулька»!

– Но зачем?! Зачем нам это?!

– А затем, что внутри мы можем находиться как угодно долго, можем выспаться и отдохнуть, например. Но при этом время для нас, не внутри сферы, а снаружи, будет остановлено! «Черные брызги» наизнанку эту аномалию выворачивают, заставляют работать как бы наоборот! Сколько бы времени мы ни провели внутри, когда мы из нее выйдем, здесь пройдут лишь эти несчастные пять-шесть секунд. Мы выйдем именно в тот миг, когда аномалия начнет обратные трансформации.

– Ты гонишь… – Чичероне замотал головой, отказываясь верить моим словам.

– Да еперный театр! Я так постоянно делаю! – Мои стальные нервы дрогнули. – «Мертвых зон» здесь не так уж и много, а отдыхать нужно! Вот я и таскаю с собой «черные брызги» для таких случаев. Подобных залипших «тайм-аутов» по всей Зоне Три-Восемь огромное количество натыкано. Вот я и отсыпаюсь в них. А что? Двести зелененьких за безопасный сон в Зоне – это, согласись, не цена.

– Даже не буду спрашивать, как ты об этом узнал. – Бродяга понял, что я не шучу, но в его голове никак не укладывалось, что кто-то добровольно и без страха может таким вот образом использовать жуткую по своей сути аномалию. – Но ты точно болен на всю голову…

– Короче, слушай меня, – я взял его под руку, – перешагнем границу вместе, чтобы ты не обоссался.

– Обоссался? Да я сейчас почти обосрался…

– Ладно, давай… – Я метнул в аномалию еще одну бусинку и дождался, пока закончатся метаморфозы. – На счет «три». Раз, два, три…

– Странно… – Чичероне бродил под куполом «тайм-аута» и с интересом рассматривал сам полупрозрачный колпак и мир, застывший по его другую сторону. – А почему здесь нет черной дымки? Ну, которую снаружи было видно.

– Наверное, потому, что это вовсе не дымка. – Я решил поделиться мыслями, которые давно вынашивал: – Изучал как-то материалы Международного института внеземных культур, так там народ утверждал, что «черные брызги» – это как бы пространство с какой-то иной метрикой, но в наших реалиях принявшее вид маленькой бусинки. И возможно, внутри аномалии, где мерность времени другая, это сжатое пространство распаковывается во что-то большее. А со стороны наших реалий эта распакованная мерность уже выглядит как дымка. Но здесь внутри эта дымка всего лишь иная реальность, и поскольку мы в ней находимся, то ничего такого странного не замечаем.

– Интересуешься наукой? Изучаешь Посещение? – удивился такому развернутому ответу старый сталкер.

– Зона – мой дом. А свой дом нужно знать хорошо.

– Хм… Дом, говоришь? – Чичероне отвлекся от изучения окружающих ненормальностей и повернулся ко мне лицом. – Зона и мой дом, причем не один десяток лет. Конечно, она меняется, все время преподносит сюрпризы в виде новых зон ИФП и свежеиспеченных мутантов… Но как так получилось, что я тебя здесь ни разу не встретил? Даже не слышал такого прозвища – Бурый Отшельник. Сам придумал?

– Если бы сам, – хохотнул я, – то поверь – подобрал бы что-то поприличнее.

– А как насчет настоящего имени? – Бродяга вдруг проявил интерес к моей персоне.

– А настоящего имени у меня нет. – Я развел руками и полез в рюкзак за своей походной фляжкой.

– Как так?..

– Ух ты, какой шустрый, – у меня возникла идея, как вытянуть из этого типа нужную мне информацию, – все тебе любопытно. Но и мне тоже интересна твоя персона – как-никак самый разыскиваемый сталкер Зоны Три-Восемь. А давай присядем и сыграем в игру «вопрос-ответ». Я тебе вопрос, ты мне ответ, потом наоборот. Идет? А заодно и подкрепимся.

– Идет. – Чичероне кивнул и взглядом указал за спину. – Вот только так неудобно с этими браслетами сзади. Может, снимешь? Или с ложечки меня кормить будешь?

– Снять не сниму, а перестегну наперед, чтоб удобнее было. – Я достал из кармашка чип-карту и сделал, что обещал.

– Хм, значит, ты не охотник за головами, – старый сталкер присел на валун, – профессиональные «баунти хантеры» никогда не носят с собой чип-карту. Этот ключик от браслетов всегда у заказчика остается.

– Гляди, какой наблюдательный, – хмыкнул я и достал две банки консервов. – Что будешь, рыбные фрикадельки или печень с грибами?

– Давай печень, рыбу никогда не любил.

– Ну, дело хозяйское, – я поставил на камень консервы и полез еще за одной, покрупнее, – а еще у нас есть гречка «с запахом мяса». Другой еды в саморазогревающихся банках у меня нет. Ну, тут же огонь не горит, сам знаешь.

Я достал большую плоскую банку на две порции и стукнул в днище рукоятью ножа. Химические компоненты в нижнем отсеке смешались, по банке разлилось нарастающее тепло. Чичероне молча ждал и смотрел на меня и мои приготовления. Большую часть времени нашего перехода он либо шкандыбал впереди, либо лежал мордой в землю. И вот теперь воспользовался свободной минуткой, чтобы изучить меня хотя бы визуально.

Сам же я уже обсмотрел его с головы до пят. Невысокого роста, на вид чуть меньше шестидесяти, седой, с небольшой пролысиной на лбу. И как-то по нему не скажешь, что бедолага подножным кормом в Зоне питается или недоедает. Ручки-ножки пухленькие, да и животик небольшой имеется. А свой КЗС он явно сшил из двух, ибо фабрики не выпускают размера, который бы так свободно на нем сидел. Мордень у бродяги на вид откормленная. Дымчатая борода чуть больше моей, а рот на зависть полон своих зубов, пусть и далеко не белоснежных. И судя по снаряжению, старый сталкер решал свои проблемы в Зоне чем угодно, но не оружием, потому как носил с собой всего четыре автоматных магазина. А что такое четыре рожка для Зоны? Если не передвигаться скрытно, то день среднестатистического пути. А если даже и скрытно, то до первого серьезного зверя или стайки голодных непонятностей.