99

Альтамира в соответствии со своей теорией «сеньориального режима» пытается доказать неиспанское происхождение форм каталонско-арагонского феодального уклада. Разумеется, не только «франкскими влияниями» вызвано было зарождение бенефиция и формирование феодального строя в северо-восточных областях Пиренейского полуострова.

Аналогичные процессы имели место и в Кастилии и в Леоне, где наряду с аллодами существовали и бенефиции (энкомьенды) и возникла сложная система феодальной иерархии, которая определялась особенностями распределения земельной собственности. На стр. 123–124 Альтамира приводит ряд фактов, полностью подтверждающих феодальный характер кастильско-леонского общественного строя. (Прим. ред.)

100

Эти переговоры имели место в 1085 г. Но Мутамид еще в 1075 г. призывал Юсуфа на помощь в борьбе с северными королевствами. Последний ответил, что в Испанию он не отправится до тех пор, пока не завоюет Танжера и Сеуты. (Прим. ред.)

101

Народные движения 90-х годов XI в., которые имели место в Андалусии, совершенно не изучены. Несомненно, однако, что вторжение альморавидов активизировало энеогию городской бедноты и крестьянства. Народ поддерживал альморавидов в их борьбе с местными эмирами, а Юсуф, прекрасно понимая, сколь ценной может быть для него эта поддержка, отменил все подати и поборы, которые душили население, обязав испанских мусульман платить только харадж и джизью. В конечном счете народ выиграл немного; племенная альморавидская аристократия пошла на компромисс с андалусской феодальной знатью, и прежние тяготы вновь легли на обездоленный гооодской люд и закабаленное крестьянство. (Прим. ред.)

102

Махди (по-арабски — ведомый истинным путем) — мусульманский мессия, который должен был прийти в мир, чтобы восстановить «чистоту» ислама и распространить эту религию на весь мир. Мессианистские тенденции в мусульманском вероучении начали складываться уже при первых халифах, отражая надежды и чаяния народных масс, притесняемых и эксплуатируемых племенной аристократией и мусульманским духовенством. Альмохадское движение, охватившее ряд североафриканских племен, возникло в начале XII в., и вдохновителем его был фанатик-сектант ибн-Тумарт, провозгласивший себя махди. Успех ибн-Тумарта объяснялся тем, что он выступил как социально-религиозный реформатор, требуя возврата к «чистому» исламу и призывая к коренной ломке всего общественного уклада. В сущности программа ибн-Тумарта отстаивала уже пережившие себя примитивные формы родового строя, основательно расшатанного в северо-западных областях Африки. Именно поэтому «пророка» поддержали наиболее дикие племена. Альмохады добились выдающихся успехов в Африке в 30-х годах XII в. при преемнике ибн Тумарта Абд аль-Маммуне. (Прим. ред.)

103

Альтамира сводит к незначительному эпизоду «возмущение» 1117 г. В действительности, однако, в 10-х, 20-х и 30-х годах XII в. в Галисии имела место подлинная крестьянская война. Компостельский архиепископ Хельмирес, во владениях которого борьба крестьян с феодалами достигла особенной остроты, оказался на грани гибели потому, что крестьянские восстания в округе Сантьяго слились с возмущением городской бедноты.

Альтамира, отмечая, что Хельмирес не подверг карам мятежных горожан, глухо говорит о том, что подобной тактики архиепископ придерживался, опасаясь новых беспорядков.

А эти «новые беспорядки» и были старым крестьянским движением, которого Хельмирес имел основание опасаться в большей степени, чем восстания городского населения.

Архиепископ охотно пошел на уступки городу (и при этом не народным низам, а компостельскому патрициату), с тем чтобы изолировать Сантьяго от влияний революционной деревни. В конечном счете крепостные на церковных землях архиепископства добились отмены некоторых обременительных повинностей, но положение их оставалось и в последующие века гораздо более тяжелым, чем крестьян, которых эксплуатировали короли и светские феодалы. (Прим. ред.)

104

В истории Испании Фернандо III оставил после себя печальную память. «Рвение в делах веры», о котором вскользь упоминает Альтамира, на самом деле было чистейшим изуверством. Гневную характеристику деятельности этого короля дает Маркс: «В противополозюность Альфонсу VIII, который покровительствовал евреям и мусульманам и благодаря этому сохранил в стране население и земледелие, Фердинанд изгонял их, угнетал и терзал; тысячи их ушло в Гранаду, христианская часть страны превратилась в пустыню; взамен культурных людей пришли вонючие доминиканцы и прочая смердящая монашеская сволочь. Поэтому-то Фердинанд пятьсот лет спустя был причислен папой к лику святых». (Прим. ред.)

105

Прокурадоры — депутаты от сословий в кортесах; в более широком смысле — полномочные представители. В данном случае прокурадоры, назначенные кортесами, были правителями королевства, формально считаясь делегатами кортесов при особе несовершеннолетнего короля. (Прим. ред.)

106

Название «Каталония», под которым известна эта область, стало употребляться только в XII в. До этого каждое графство называлось по-своему, причем важнейшим из них было Барселонское. Вся же область называлась Маркой или Испанской маркой. (Прим. ред.)

107

В «Обычаях» видное место уделено социальным отношениям в каталонской деревне, и поэтому этот памятник позволяет проследить зарождение системы крепостной зависимости в этой стране на начальном ее этапе. В этом своде уже фиксируется ряд «дурных» обычаев — интестия, кугусия, экзоркия. Несомненно, однако, что институт ременс — крепостных в полном смысле слова — возник позже, в XII в., когда процесс внутренней колонизации на старокаталонской территории (к востоку от р. Льобрегата) окончательно завершился и мелкие земельные собственники подверглись экспроприации. (Прим. ред.)

108

Халифами величали себя многие мавританские князьки, но эти титулы были лишь фикцией, поскольку территория таких псевдохалифатов была ничтожной. (Прим. ред.)

109

Буквально — «сыновья тех, кто нечто собой представляет» (fijos — на ст. — кастильском языке — сыновья, d — редуцированный предлог родит. пар., algo — нечто). В дальнейшем по мере эволюции кастильского языка начальное f перешло в немое h и группа tjos в первом слове выпала. Так появился титул hidalgo — идальго, который с XV в. носят все представители низшего дворянства. (Прим. ред.)

110

В современном значении ricos hombres — это прежде всего богатые люди. Однако в XII–XV вв. слово rico в титулатуре дворянина указывало не на богатство его, а на родовитость и знатность происхождения. (Прим. ред.)

111

Вечный рефрен буржуазных историков и политических деятелей! Разумеется, истинная причина освободительных движений заключалась отнюдь не во французских и итальянских влияниях. На кастильской почве возникли отвратительные формы феодальной эксплуатации, и кастильские крестьяне, доведенные до отчаяния притеснениями епископов, прелатов, монастырей и светских феодалов, поднимались против своих бар с оружием, которое они выковывали собственными руками. Несомненно, однако, что крестьянское движение в Кастилии находило сочувственные отклики за Пиренеями и vice versa. (Прим. ред.)

112