Положение евреев ухудшилось несколько позже, хотя еще Хуан I, запретив судьям еврейских общин разбор уголовных дел, сохранил за ними право разбора тяжб по гражданским делам и подтвердил, что имущество и жизнь евреев находятся под особой защитой короны (что для евреев, учитывая враждебное отношение к ним народа, было весьма важно).
Собор в Паленсии в 1388 г. и другие соборы, о которых шла уже речь, когда описывалось положение мудехаров, разработали суровые ограничения для евреев, которые ставили их в худшее положение, чем мавров. Предписывалось заставлять евреев присутствовать на проповедях, которые устраивалось для обращения их в христианство.
Спустя немного лет эти преследования привели к ужасным и кровавым последствиям. Выразителем враждебных к евреям чувств черни явился священник — фанатик из Севильи — Фернандо Мартинес, который так еоз — будил своими проповедями темную массу, что вызвал страшный погром еврейских кварталов в Севилье (6 июня 1391 г.), Кордове, Толедо и в ряде других городов Кастилии.
Тем, кому удалось уцелеть, оставался лишь один выход — обращение в христианство.
Погромы эти произошли, когда престол занимал еще несовершеннолетний король Энрике III. Сделавшись полновластным правителем, он в 1393 г. попытался прекратить жестокие преследования евреев.
Но начало уже было положено. Ограничения возрастали, и евреям вскоре запрещено было заниматься ремеслом, стричь бороду и велссы, носить оружие и ходить в одежде, отличающейся от предписанной для них законом (1405 г.). После смерти Энрике III преследования удвоились и одновременно усилилась деятельность христианских проповедников, рекомендованная церковью как единственное средство добровольного обращения в христианство всех, кто упорно придерживался иудаизма. Один автор-еврей, допуская явное преувеличение, отмечает, что на территории Испании за период понтификата Евгения IV и Феликса V (1431–1447 гг.) было обращено в христианство 15 000 евреев и истреблено 150 000.
Под влиянием обращенного еврея Пабло де Санта Мария вдовствующая королева, опекунша малолетнего Хуана II (которая жестоко преследовала мудехаров), придерживалась той же политики и по отношению к евреям и обнародовала ряд эдиктов и указов (1408–1412), которыми евреи были лишены права избирать собственных судей (мероприятие это безуспешно пытались осуществить и прежде). Этими указами евреям было запрещено занимать должности при королевском дворе, заниматься откупом и исполнять обязанности альмохарифэв, заниматься медицинской практикой и торговлей (поскольку подобные профессии требовали общения с христианами), оказывать посредничество при заключении торговых сделок между христианами и входить в какие бы то ни было сношения с последними, причем особенно строго каралась связь еврея с христианкой. В то же время предписана была строжайшая изоляция евреев в особых кварталах, ограждаемых стеной (причем стены могли иметь лишь одни ворота). Евреям вменялось в обязанность носить одежду установленного покроя и прически определенного образца.
Очевидно, эти указы оказались малоэффективными, ибо в 1432 г. в Вальядолиде, с одобрения короля, сошлись депутаты еврейских общин Кастилии, которые выработали текст соглашения (секамы) и устава, согласно которым евреям, дозволялось избирать судей — дайянов, синдиков или инспекторов и облеченных доверием лиц в особые судебные трибуналы и запрещалось прибегать к юрисдикции христианских судов — все их дела, как уголовные, так и гражданские, должны были разбираться только дайянами. Судя по уставу, принятому в Вальядолиде, в еврейских общинах превосходно была поставлена система религиозного воспитания — имелись оплачиваемые из средств общины (за счет сбора особой подати — небды) учителя и ассистенты, которые преподавали в общинных школах. Устав имел обязательную силу для всех еврейских общин, которые в свою очередь пользовались автономией и управлялись согласно местным уставам (теканам). Депутаты общин собирались также для распределения платежей по налоговым обязательствам казне.
Точно так же продолжали евреи принимать участие в делах, связанных с управлением королевским фиском. Так, в периоде 1427 по 1430 г. евреи взяли на откуп сбор морской десятины. В 1450 г. почти все сборщики податей в Талаваре были евреи, а в 1449 г. в Толедо их соотечественники, хотя и новообращенные, выполняли те же обязанности. Но от ярости черни это не могло их предохранить — в том же Толедо, в связи с требованием о займе в один миллион мараведи, которое предъявил городу Альваро де Луна, христиане, руководимые двумя канониками, разгромили магазины и склады одного богатого новообращенного еврея, подожгли их и затем разрушили биржу (alcana) в еврейском квартале.
Обращенные (conversos). Этот и иные примеры, которые можно было бы привести, свидетельствуют, что обращение в христианство могло лишь отсрочить, но не разрешить еврейский вопрос. Вся тяжесть его была перенесена на обращенных евреев, которых чернь наделила оскорбительными прозвищами, называя их между прочим марранами (mаrrаnas). Предполагают, что в основе этого прозвища лежит еврейская формула maranatha («будь ты проклят»). Вероятнее всего, однако, что прямой связи между кличкой «марран» и этой формулой нет, хотя, несомненно, указанное прозвище употреблялось по отношению к обращенному в оскорбительном смысле. Численность, богатство, производственный опыт обращенных возбуждали зависть; их приверженность к преследуемой религии, от которой они вынуждены были отказаться, вызывали подозрительность. Чернь не только обвиняла обращенных (порой не без основания) в тайном исповедовании иудейской религии, но приписывала им и другие грехи, причем обвинения эти основывались на клеветнических домыслах. Кроме того, политическая борьба еще более накаляла атмосферу. Немало обращенных, как уже указывалось выше, занимали крупные посты, а в царствование Хуана II, несмотря на преследования, которым они подвергались со стороны вдовствующей королевы, обращенные оказывали большое влияние на государственные дела. Все они объединялись в борьбе против фаворита короля Альваро де Луна, поддерживая враждебную ему партию.
В связи с этим Альваро де Луна, желая обезвредить обращенных, дал совет Хуану II обратиться к папе Николаю V с просьбой о назначении инквизиторов для преследования «иудействующих» (judaizanies). Папа удовлетворил просьбу короля и поручил епископу Осмы и ректору (mаеstraescuela) Саламанского университета организовать инквизиционный трибунал. Однако замысел этот не был осуществлен. Чернь не успокаивалась, и возбуждение ее вылилось в последние годы правления Энрике IV в погромах, которыми сопровождалась охватившая в ту пору Кастилию смута. В Кордове, Севилье и других местах марранам пришлось испытать многое.
Государство
Политические факторы. В изучаемый период монархия переживала глубокий кризис. Расширение территории страны, улучшившееся экономическое положение и влияние политических идей римского права, изучение которого в университетах поощрялось, усилили абсолютистские тенденции монахов, т. е. стремление полностью сконцентрировать в своих руках всю государственную власть. Таким образом, короли желали положить конец опасному распылению власти, благодаря которому бок о бок существовали различные, друг другу враждебные элементы, своей борьбой наносившие большой ущерб обществу и государству. Но сила королей не возрастала в соответствии с этим стремлением, а поэтому им было нелегко справиться со своими противниками, наиболее опасным из которых была знать. Опасной она была не только в силу резко выраженного духа независимости и безграничного самодовольства, но и потому, что она владела огромными — богатствами и людскими ресурсами. Особенно же сильна была знать своими земельными богатствами, которые позволяли ей оказывать большое влияние на население. На войне помощь знати была королю совершенно необходима, так как он не располагал достаточно многочисленным постоянным войском. Таким образом, короли и нуждались в знати и вынуждены были ее опасаться, и в этом — то и заключалась вся трудность их положения.
