Вейров ждет бюрократический ад.

Селеста молчала, и отец добавил последнюю деталь с аккуратностью человека, поправляющего цветок в петлице.

— Я сообщу общим партнёрам, что особых союзных обязательств между нашими Домами нет. О предполагаемом сговоре говорить не стану: сплетни недостойны главы Дома. Я передам проверяемые сведения — какие грузы задерживались, кто получал плату за хранение и какими показателями измерялось качество управления. Выводы каждый сделает самостоятельно.

— Вы разрушите положение нашей конторы, — сказала Селеста. Лицо она удержала, голос — нет; в нём появилась тонкая хрипотца.

— Я? — Эдвин приподнял брови с выверенным удивлением. — Если Вейры сильны благодаря качеству управления, ваша контора сохранит положение в честной системе. Если сила держится на показателях, скрывающих чужие потери, её разрушу не я.

Он откинулся на спинку кресла, не сводя с гостьи глаз.

— Ни один ответ не станет для меня оскорблением, леди Селеста. Интересы Домов меняются, старые союзы заканчиваются, новые возникают; в этом нет трагедии. Но я не позволю называть союзом положение, при котором Даллосы предоставляют доверие, родство и политическую поддержку, а получают взамен безупречно соблюдённые договоры, заранее составленные в пользу Вейров. Так мы союзники?

— Разумеется, мы союзники, — произнесла она наконец.

Селеста уже вернула себе равновесие, и в её голосе появилось лёгкое недоумение, граничащее с укором: разве подобный вопрос вообще требовал ответа? Эдвин сделал вид, что между первым вопросом и признанием не пролегла пауза в пятнадцать минут.

Уголки его губ растянулись в безукоризненной улыбке, лишённой веселья.

— Ни капли не сомневался, леди Селеста.

Мира опустила глаза в чашку. Я физически ощутил, как вместе с этими словами отец убрал со стола невидимую дубинку, которой загонял гостью к единственному приемлемому ответу.

— Раз мы союзники, было бы неуместно заканчивать беседу на мрачной ноте. Союз, занятый только исправлением ошибок прошлого, долго не проживёт; ему требуется общее будущее. Корбин расскажет вам о нашей новой идее.

Селеста повернулась ко мне.

— Корбин?

На столе лежала схема, где Вейры, Кассели и Морланды соединялись линиями владения, управления и выгоды. Несколько минут назад бумаги обозначали возможный раскол. Теперь отец предлагал положить поверх них проект такого размера, что нынешний спор должен был остаться мелким пятном на сапоге.

Я подался вперёд и начал с границы между замыслом и уже принятым решением:

— План пока черновой, леди Селеста. Полагаю, вам известно, что Корона готовится установить официальный контакт с двенадцатым миром? Ардеваль заберёт очевидные направления: переговоры с крупнейшими государствами, столичные переходы, военные соглашения и самые заметные товары.

Селеста слегка кивнула, и я продолжил:

— Соревноваться с коронными ведомствами на их поле бессмысленно, но мы не планируем с ними соревноваться. Двенадцатый мир огромен, в нём живет больше пяти миллиардов человек.

На саммо деле восемь с лишним, но откуда Корбину знать точные цифры? Тем более, для них хватило и пяти. Выучка подвела не только гостью. Селеста замерла, Эдвин резко перестал шевелить пальцами, а Мира подняла на меня взгляд. Огромная, чудовищно, невозможно огромная цифра не укладывалась в привычные размеры этого мира.

— Пять миллиардов? — переспросила Селеста.

— Верно. Там множество государств, городов, народов и рынков. Корона не сумеет одновременно изучить все языки, законы, дороги, способы производства и местные потребности. Её люди составят общую картину и выберут главные узлы. Но можно найти на этой карте места, которые столице покажутся малыми, удалёнными или неудобными, а затем наладить с ними постоянную связь.

— Вы предлагаете собрать ценные товары до того, как столичные Дома обратят внимание на эти земли? — спросила Селеста. Интерес в её глазах ещё не появился; она увидела прибыть и уже оценивала идею на риск.

— Отнюдь. Одна, пять или даже десять удачных партий принесут деньги, но настоящее состояние принесет постоянный торговый контакт.

Пальцы Селесты хищно царапнули блюдце.

— Продолжайте, Корбин.

— Первый этап нужно начать до того, как Корона откроет законный доступ частным исследовательским группам. Даллосы и Вейры создадут небольшую совместную контору — пока не торговое предприятие, а подготовительный штаб. Он соберёт доступные законным путём сведения: открытые отчёты первых групп, описания местности, кристаллы с изображением товаров, построек, механизмов. Даже выкупит людей, если такое будет возможно.

Я перечислял будущие действия. Нужно узнать кто управляет территорией и имеет право говорить от своей страны? Какие законы относятся к чужеземцам? Чем расплачиваются местные, как измеряют вес и расстояние, что запрещают вывозить? Какие вещи дороги из-за редкости, а какие дешевы вопреки сложному производству? Что портится в дороге, требует холода, сухости или особой тары? Где проходят торговые пути, кто охраняет склады, какие болезни могут пересечь Арку вместе с людьми и грузами? Какой обычай чужеземец нарушит одним невинным жестом и кому придётся платить за его невежество?

— Обширный перечень, — заметила Селеста, выигрывая время для размышления.

— Так и мы не в детские игры играем, леди, — позволил я себе вольность. — Группа, не задавшаяся этими вопросами, привезёт несколько красивых безделушек, либо потеряет людей и назовёт вылазку «исследованием».

Тонкая улыбка коснулась губ Миры, а Селеста сохранила серьёзность.

— Кто войдёт в штаб?

— От Даллосов — люди, знакомые с экспедиционными отчётами, безопасностью и оценкой рисков. От Вейров — специалисты по перевозке, хранению, страхованию и торговым цепочкам. Понадобятся переводчики, юрист, человек из Арочного квартала и мастер, способный оценить незнакомый механизм, не разбирая его с помощью молотка и зубила. Состав предварительный; до первых достоверных сведений невозможно знать, кого придётся добавить.

Селеста посмотрела на карту Домов, затем снова на меня.

— Что помешает коронным ведомствам или столичным семьям оттеснить вашу контору, когда вы найдёте выгодное направление? Право первого посещения не даёт права на целую землю.

Вот это был вопрос торговца, а не гостьи. Он бил в уязвимое место любого плана, основанного на раннем преимуществе.

— Ничто не помешает им прийти следом, — признал я. — Поэтому нельзя строить расчёт на тайне или владении открытой дорогой. Нам потребуются преимущества, которые возникают из повседневной работы: словари и люди, говорящие на местных языках; договоры с законной властью и отдельными поставщиками; склады по обе стороны Арки; расписание небольших, но регулярных перевозок; поверенные, знакомые с местными законами; доверие людей, которые уже получили от нас честную плату и увидели, что вторая экспедиция исполняет обещания первой. Столичный Дом сможет предложить золото. Чтобы вытеснить нас, ему придётся заново построить всю цепь контактов, либо купить её у нас.

Селеста медленно кивнула. В этом ответе Вейрам отводилась роль не кошелька и не извозчика. Перевозки, хранение, страхование и управление цепочкой становились половиной защиты от будущих соперников.

— Первая совместная экспедиция должна быть разведывательной, — продолжил я. — Никаких тяжёлых караванов и попыток скупить всё блестящее. Обычная исследовательская бригада: командир, бойцы, проводник, закрепитель, извлекатель и лекарь. К ним добавятся наблюдатель, торговый поверенный и переводчик. Когда станет понятно, с какой техникой мы имеем дело, понадобится специалист по местным механизмам.

Я выдержал короткую паузу.

— И я не шутил, когда говорил о демонстрационной группе лицея. Я намерен пройти испытания и заслужить право выйти за Арку на общих основаниях. Если справлюсь, смогу войти в одну из экспедиций наблюдателем или помощником аналитика: какой класс предложит мне Арка и как быстро я его разовью, заранее неизвестно, увы.