— Это ты так написал? — спросила она.

— Не совсем, — я покачал головой. — Когда я писал, там все немного иначе было, попроще. Это они драматизма добавили.

— И тебе не обидно?

— Нет, — я качнул головой. — Сценаристы знают свою работу лучше меня. Я дал им идею, основу, они превратили это в сценарий. В таких вещах лучше довериться профессионалам.

Мы поднялись. Ложу пока никто не покидал, все разговаривали, причем не столько обсуждали фильм, сколько на свои темы. Все-таки тут, на премьерном показе, собрались достаточно влиятельные люди. Которых я даже не ожидал здесь увидеть.

— Мистер Лучано, — окликнул меня невысокий полный мужчина, который двинулся ко мне через всю ложу. Потом он кивнул Гэй. — Миссис Лучано. Меня зовут Джош Шелтон, я из RKO. Позвольте поздравить вас с блестящим дебютом. Реакция зала превзошла все наши ожидания.

— Спасибо, — ответил я, пожимая протянутую руку. — Ваши сценаристы проделали великолепную работу, должен признать.

— О, вы еще не видели цифры предварительных продаж билетов, — Шелтон улыбнулся. Он явно полностью и безоговорочно поверил в успех фильма. — Мы уже думаем о расширении проката, возможно даже о продолжении, если публика примет фильм так же хорошо в других городах.

— Продолжение? — переспросил я. К этому я был не готов — писать идею на основе чужого фильма — еще да, но у «Ван Хельсинга» не было продолжения в моем мире, потому что он провалился в прокате. Просто потому что вышел не в то время, это сейчас я воспользовался тем, что жанр ужасов, тем более готических, поднимет голову и будет властвовать в кинотеатрах какое-то время.

— Именно так, мистер Лучано, — кивнул Шелтон. — Если хотите обсудить это, я буду рад назначить встречу на следующей неделе.

— Не на следующей, — я покачал головой. — На следующей — выборы, и у меня будет и без того много работы. Но обязательно обсудим.

А к нам уже направился Ричард Дикс, которого я только что видел в кино. Исполнитель главной роли.

— Мистер Лучано, — он достаточно нагло оттер в сторону студийного чиновника и протянул руку. Он выглядел слегка уставшим, по-видимому волновался. Все-таки для главного актера очень важно, как пройдет фильм, ведь даже одна неуспешная премьера вполне может похоронить карьеру. Потому что стримингов, готовых платить безумные бабки вышедшим в тираж актерам, пока не появилось. — Наконец-то мы познакомимся лично. Ваша история дала мне лучшую роль за последние годы.

— Мистер Дикс, — ответил я, крепко пожимая протянутую руку. — Это честь. Я, признаться, впечатлен вашей игрой.

— Особенно сцена трансформации, полагаю, — он усмехнулся. Сейчас он, похоже, понял, что великолепно выполнил свою работу, вот и слегка рисовался. — Знаете, сколько мне пришлось провести в кресле у гримера ради этих нескольких минут на экране? Каждый раз по три часа, представляете?

— И оно того стоило, — сказала Гэй. — Я чуть не закричала, когда вас укусили, и вы обратились. Очень страшно было.

— Пожалуй, это самая приятная похвала, которую я мог услышать, мисс Орлова, — Дикс склонил голову в легком поклоне.

— Миссис Лучано, позвольте заметить, — вставила Гэй.

— Ой, простите, — Дикс посмотрел на меня и улыбнулся. — В любом случае. Испугать зрителя гораздо сложнее, чем рассмешить, поверьте мне.

— Расскажите, а как вам материал-то? Вы же знаете, что сюжет я сам писал, пусть сценаристы его и переработали, — ну а что, почему бы и не спросить? Интересно же.

— Просто прекрасно, вы проделали большую работу, мистер Лучано. Главное — персонаж, в которого можно вжиться, достаточно глубокий для этого. Это ведь не обычный охотник на монстров, он постоянно чувствуют настоящую боль. И у него есть реальная причина делать то, что он делает. Это давало мне свободу.

Удивительно, конечно. Хорошо прописанный персонаж и дает свободу, несмотря на то, что он в узких рамках работал. Парадокс какой-то.

— Единственное, что, пожалуй, смущало меня — это грим волка. Не сам по себе, просто на площадке стояла жара из-за осветительных приборов.

— А снимали где?

— В Калифорнии, на студии, — ответил он. — Да, я не знаю, почему они выбрали Пенсильванию, наверное из-за созвучности с Трансильванией, откуда берет истоки эта история. Но все же.

Мы переговорили еще пару минут, а потом двинулись прочь. Но не успел я сделать пару шагов, как ко мне подошел Джимми Уокер и хлопнул меня по плечу.

— Чарли! — воскликнул мэр. Вел он себя так, как будто был моим старым приятелем, несмотря на то, что виделись мы один раз, да и то нас познакомил Костелло. — Отличный фильм, просто отличный! Не знал, что у тебя талант к продюсированию, как ты его нащупал-то?

Он был настроен ко мне очень радушно, что неудивительно — я ведь, по сути, делал его работу с этим своим фондом. А еще ему удалось избавиться от нескольких убыточных зданий, пополнив тем самым бюджет города. А еще, как я очень сильно подозреваю, и свой карман.

— Я его не нащупал, Джимми, — ответил я. — Я сам написал сценарий, и сам оплатил производство.

— Подозреваю, что ты заработаешь на этом крупную сумму, а? Как думаешь?

— Не знаю, — честно покачал я головой. — Смотря как прокат пойдет дальше. Но у меня договор со студией на хороших условиях. И завысить расходы, чтобы недоплатить мою долю, у них не выйдет.

— Неужели выбил себе право первого доллара? — он хмыкнул, а потом поправился: — Ладно, это не мое дело. Все равно это отличный фильм.

— Рад, что понравилось, — кивнул я.

— Понравилось — это не то слово, Чарли. Жена теперь будет бояться темных коридоров у нас дома еще несколько дней. А то мало ли, вдруг там Дракула водится.

Он рассмеялся собственной шутке, и я вежливо улыбнулся в ответ.

— Кстати о делах, — сказал Уокер, понизив голос и слегка наклонившись ко мне. Непонятно зачем — вокруг все равно было слишком шумно, чтобы нас услышал хоть кто-то посторонний. Даже в зале народ не расходился, а начинал обсуждать. Я подозреваю, что очень многие в конечном итоге пойдут на фильм во второй раз. Впечатления, конечно, притупятся из-за того, что они знают сюжет. Но с другой стороны, зритель сейчас неискушенный, а уж тем более ужасами.

— Мы заметили, что ты устроил в последнее время, — сказал Уокер. — В своих кухнях, ну и по всему городу. Ты уверен в нашем общем друге из Олбани? У нас в последнее время с ним натянутые отношения.

— Поверь мне, тебе лучше исправить отношения с ним как можно скорее, — ответил я.

— Значит, ты веришь в эти байки, что он пойдет на президентские выборы?

— Верю, — кивнул я. — А еще я верю, что он выиграет.

— Что ж… — он покачал головой. — Ну, посмотрим. Надеюсь, он оправдает наши ожидания. Удачи тебе, Чарли, спасибо за отличный вечер.

Он двинулся дальше, а я потянул Гэй за руку. Очень уж мне хотелось покинуть ложу, а еще лучше — вернуться домой. Слишком шумно, да еще и люди вокруг чужие. А я чувствовал себя более-менее уютно в последнее время, только когда меня окружали члены семьи. Как семьи настоящей, так и Семьи, которая не менее настоящая, пусть и состоит из людей, которые не являются мне кровными родственниками. Если не считать клятву на крови, естественно.

Мы пошли прочь, и в этот момент я увидел, как в мою сторону движется Джордж Медали. А этому-то что понадобилось? Мы были с ним соперниками, как потому что поддерживали разные партии, так и потому что он был в прокуратуре, и его сотрудник очень старался для того, чтобы засадить меня в тюрьму.

— Мистер Медали, — сказал я, когда он подошел ближе, и улыбнулся. Улыбаться нужно всегда при встрече с врагами — это их очень сильно раздражает. — Не думал, что увижу вас здесь сегодня. Вам понравился фильм?

— Я люблю хорошее кино, — сказал он с легкой улыбкой. — А ваш фильм действительно оказался хорош, признаю честно. Думаю, что некоторые кадры я увижу сегодня во сне.

— Приятно слышать, — только и оставалось кивнуть мне.

Гэй явно почувствовала напряжение, крепче сжала меня за руку, будто этим пыталась предотвратить конфликт. Хотя никакой перепалки, да еще на людях, я затевать не собирался.