Между тем, бойцы генерала обошли територию, кто-то зашел в башню, но на наше счастье наверх подниматься не стали.

— Здесь похоже никого. Уходим, — сплюнул генерал, и грубо толкнул нашего бывшего водилу. — С тобой потом разберемся.

Они начали грузиться обратно в машины, и заведя моторы двинулись было прочь, когда неожиданно на узкую дорогу перед ними быстро набежала тень, словно кто-то или что-то закрыло источник света. Машины было ускорились, словно спасаясь бегством, стараясь как можно быстрее покинуть это место, но впереди, из-за домов им навстречу начала сгущаться плотная кишащая масса, на глазах превращаясь в ощетинившееся жвалами и крыльями черное море. РОЙ!!

Внедорожники остановились, замерев и не решаясь ехать дальше. Единственный путь отсюда — узкая дорога между полуразрушенных зданий — был перекрыт кишаще-копошашейся массой.

— Я… Яромир, — прошептала Джулс, явно придя к тем же выводам, то же, что и я. — Нужно уходить! Быстро! Сейчас же!

Но я все еще не торопился, лишь пригнулся, наблюдая, как две машины начали медленно сдавать назад, а одна — самая первая — осталась стоять на месте. Открылась ее правая дверца, и вылез плотный невысокий мужик, доставая из-за пазухи какой-то странный предмет (отсюда, где я сидел было не разглядеть что это) и уверенно протянул в сторону Роя.

— Не нападайте! У нас ПАКТ!! Вот! Договор с вашей Королевой! Мы союзники! Пропустите нас!

Мы с Джулс переглянулись и вновь посмотрели в окно на этого умалишенного, так как оба понимали: этой летучей ораве все равно на какие-то там увещевания. Однако, в следующий момент произошло то, что заставило нас удивиться по-настоящему.

Плотная хитиновая масса сгустилась еще больше, будто каждая отдельная особь сжалась и скомкалась, превращая тучу мошкары в единый монолитный объект. Сначала это скопище словно выстроилось в длинную стену, преграждавшую дорогу, но далее из ее вертикально развернутой поверхности словно проступило… лицо. Ужасное, тошнотворное, нечеловеческое. Одно большое лицо, состоящее из сотен тысяч насекомых.

— Вы нарушили свое обещ-щ-щание Людиш-ш-шки! Ваш договор приостанавливается! — проговорило-прогремело-прожужжало это странное «нечто». — До тех пор, пока вы не выполните обещанное, вы не более, чем просто корм для личинок!

Мы с Джулс, мягко говоря, охренели.

— Оно… разговаривает… — прошептала женщина, прикрывая лицо от удивления.

Завороженные, мы продолжили наблюдать, как боец тщетно размахивает руками, требуя чего-то и пытаясь доказать, что они соблюдают договор. Затем, по-видимому, у одного водителя сдали нервы: самая передняя машина газанула и рванулась вперед, явно пытаясь прорваться сквозь кишащее облако. И тогда мы все увидели, чем закончилась эта попытка и какой глупой она была.

Рой в одно мгновение облепил внедорожник, рискнувший попробовать прорваться силой. Послышался звук бьющегося стекла, противный скрежет и крики боли. Насекомые облепили машину полностью, плотным комом, и крики стихли буквально спустя тридцать секунд, исчезнув вместе с… машиной. Она полностью пропала, не только пассажиры, а вся машина целиком.

Я лишь отшатнулся, меня передернуло от такой явной демонстрации, а следом — затошнило прямо под ноги.

Глава 39

Время потекло тугим киселем, звуки приглушило а движение вокруг меня замедлилось, даже мои собственные шевеления руками напоминали прокручивание записи в СлоуМоушн.

«Вот теперь готова заявить официально: ситуация полная задница! — прокомментировала нашу ситуацию Малисса, и в ее голосе звучало нешуточное напряжение. — И если этих горе преследователей, не смотря на их численный перевес мы легко одолели бы, то с этими милыми жучками… не думаю что у нас много шансов», — заговорила она, пока я медленно пригибаясь и едва удерживая на руках бессознательную жрицу пробирался к лестнице, чтобы спуститься с крыши.

Ее голос был твердым, без шутливых интонаций и напускной презрительности. А значит демонесса напугана не на шутку. Лишь один раз я имел возможность наблюдать ее такой: когда мы поджав хвост бежали от ее братца.

«Какие у тебя предложения?» — быстро спросил я.

«Разумные? — только одно. Но что-то мне подсказывает, что на это ты не пойдешь…»

«Излагай».

«Правильнее всего будет оставить здесь весь твой гарем и детский сад, и быстро свалить. Спасаться в одиночку. Применить „отвлечение“, забиться в самый дальний угол и не дышать. Жучки сожрут этих предателей, женщин и девочек вероятней всего заберут и улетят… уползут… в общем, уберутся отсюда…»

«Ты мозгами тронулась? Исключено! Я их не брошу. Я не так воспитан, Малисса, и ты это знаешь!»

«Знаю, — буркнула она обреченно. — Но боюсь с такой обузой твои шансы на выживание стремятся к нулевым.»

«Против твоего протухшего братца они тоже не вызывали оптимизма, и ты готова была сдаться и сдохнуть, если помнишь! Но я тебя не послушался, и мы же справились, скажешь нет? »

«Ты смеешься⁈ — рыкнула демонесса. — Тебе просто повезло, что пришелец, за которым вы охотились — оказался твоей копией, причем настолько же отбитой на голову, чтобы спасать того, кто пытался помочь его пленить! И честно говоря, мое мнение — он сделал большую глупость, что рискнул и вписался за тебя. Для меня, например, сама ситуация — абсурдна, на его месте я бы просто вас обоих убила и свалила, — она вздохнула. — И вот он, с его то возможностями наверняка бы и здесь справился, по крайней мере обеспечил нам путь к отступлению. Вот только его больше нет, и помощи ждать неоткуда. Предлагаю все же рассмотреть вариант спасаться самому. Ну максимум, можешь захватить одну из своих спутниц на выбор. Двоих я еще как-нибудь потяну, но больше — не уверенна, что скрою достаточно надежно…»

«Не вариант! — отрезал я. — Придумай что-то! Вспомни, как ты хвасталась своими силами, хитростью, и могуществом! Уверен, тебя не остановят какие-то там жучки, даже если их много!»

Демонесса как-то странно рыкнула, прежде чем ответить:

«Отчасти ты прав, конечно. Какие-то жучки мне не страшны, даже гигантские и в таком количестве. Страшно кое-что другое, чего ты в своей наивности идеалиста не желаешь замечать… смотри внимательно!»

Мое зрение изменилось, словно из окружающего мира разом выпили все краски, оставив только оттенки серого, но… когда я окинул рой уже новым, более проникающим в суть вещей взглядом, то мягко говоря охренел. Их оказалось больше, чем видно обычным взглядом. Сперва кажется что все жучки — это только висящая поперек дороги жужжащая туча, но сейчас… Рой насекомых словно подсвечивался каким-то бледно-розовым светом. Это напоминало тысячи, десятки, нет… сотни тысяч нитей, которые связывали каждого отдельно взятого жука, каждую особь в единое целое, словно это была не тысяча мелких разрозненных насекомых, а единый организм, связанный между собой тончайшими нервными волокнами, не видимыми обычным взглядом. Эти волокна переплетались, образовывали тонкие «веревочки», жгутики, которые в свою очередь сливались в некий энергетический канат — тянущийся куда-то дальше, в пространство, пока не бледнел и не терялся из зоны восприятия. Хуже было то, что такое же розовое облако виднелось и с левой стороны, за обрывом каньона, словно мошкара медленно продвигалась вперед, к нам, укрываясь за естественной преградой, словно прячась…

«Дошло? Или надо объяснять?» — последовало от нее.

«Ну допустим, — буркнул я, разглядывая эту весьма внушительную картину. — Окей, их и правда больше, но что если попробовать… »

«Да не важно, что ты там попробуешь! — фыркнула Малисса. — даже если каким-то чудом уничтожишь всех этих, что поменяется? Сюда смотри, слепой мальчишка! »

Моя голова развернулась набок, а следом и тело, давай мне возможность охватить взглядом больше пространства. Вот тут у меня сердце пропустило сразу два удара. Сзади виднелось еще одно бледно розовое облако, и еще одно, а поодаль еще два, и дальше — еще…

«Их мало того, что огромное количество, ко всему прочему — они еще и управляются единым разумом, и действуют как одно целое. Ну как, проникся? — ввинтился мне в мозг голос Малиссы. — Или все еще тешишь себя наивной самоуверенностью?»