Пока она выплескивала на меня все это, я осторожно попробовал ощутить ее намерения, и меня буквально обожгло безумным коктейлем бушующей стихии.
Глава 84
Всего на краткий миг прикоснувшись к ее эмоциональному фону — я отпрянул, ощутив терзающую девушку внутреннюю бурю, которая вместо того, чтобы идти на спад — только усилилась. Да уж, попытался вмешаться называется. Сделал только хуже.
Сейчас я понимал, как же просто мне тогда удалось остудить Аки… точнее сказать не остудить, а направить ее огонь в другое русло… я всего лишь закрыл ей рот поцелуем, обхватил руками и… прыгнул наружу, к ожидавшему нас транспортному глайдеру. Так вот, пока нас в четыре глотки вызывали по уникомму, я заперся с ней внутри, одним касанием к сенсору расстегнул ее экзокостюм, и… в следующий момент ей стало совсем не до скандала, так как вместо ругательств ее ротик смог издавать только стоны, и ничему другому рядом с ними места не оказалось…
И пока краткое мгновение я переживал это волнующее воспоминание, мое тело среагировало само, словно на автопилоте. Вместо того, чтобы закрыться от опасной близости коготков Китсу, занесенных для своеобразной пощечины, ноги сами шагнули, сближаясь мои пальцы нежно взяли ее за подбородок, завели выбившуюся прядку за ушко, и скользнули дальше, вплетаясь в волосы. Девушка затихла от неожиданности, а я, воспользовавшись ее ступором быстро коснулся ее губ своими. Бережно, опасливо, деликатно, словно пытаясь украсть золотой ключик у спящего дракона. Понятия не имею, чем я в тот момент думал, когда вместо осторожного касания я провел языком по ее губам более уверенно поцеловал, одновременно нежно массируя подушечками пальцев волосы за торчащим ушком разъяренной лисички. На миг чуть сильнее прижал, и очень осторожно отстранился, изо всех сил зажмурившись, в ожидании того, что за этим последует, наконец осознав, что именно я сейчас сотворил.
— Ты… что… какого ты себе… Р-рь-рь… — услышал я бессвязную фразу, пока стоял все еще зажмурившись в ожидании неминуемой кары за такую наглость. И то что ее не последовало — заставило меня опасливо приоткрыть один глаз.
Китсу тяжело дышала носом, крылья которого слегка подрагивали, глазки прожигали меня насквозь, рука, все еще отведенная назад так и дрожала в нерешительности, словно размышляя ударить меня или сразу убить за дерзость.
— П-прости… прости пожалуйста, я случайно, я не… — промямлил было я, когда занесенная рука все-таки метнулась вперед.
— Давай, еще скажи мне, что ты не хотел, — зашипела Китсу.
Я снова зажмурился, ощутив, как меня осторожно что-то коснулось, едва чиркнув коготками по щеке и мочке уха. А в следующий миг мои губы обволокли теплые и влажные губы сереброволоски. Девушка впилась в мои губы с таким жаром, что у меня дыхание перехватило, ее упругое и одновременно податливое тело жалось ко мне, терлось и ластилось, пока длинный и юркий язычок дразнил мой собственный, рисуя на нем незнакомые узоры. Словно на миг плюнув на все, Китсу прижималась всем телом и жарко целовала, тихо урча при этом как большая ласковая кошка, позволяя себе то, что раньше позволяла себе наедине только Аки, которая в этот момент отошла наконец от шока, возмущенно вскрикнув:
— Эй!! Это еще что такое! Вы что творите!! Ярик!!
Услышав прорезающуюся в ее голосе обиду, я с запоздалым ужасом осознал всю абсурдность ситуации, и еще больше испугался возможных последствий. Черт, она же сейчас меня убьет…
Очень нежно и осторожно, но вместе с тем твердо я отстранился от Китсу, которая еще несколько долгих ударов сердца тяжело дышала не открывая глаз, медленно облизывая губки, словно пробуя что-то на вкус. Когда наконец ее глаза резко распахнулись, глядя прямо в мои — вместо пылающих багровых радужек я с титаническим облегчением увидел нормальные круглые зрачки в обрамлении красивых ободков нежно-золотого цвета.
— Вы двое что творите!! — уже более твердо потребовала ответа Аки, рывком обходя меня слева и пытаясь вклиниться между нами, пока я по инерции все еще держал сереброволоску за талию. — Ты совсем стыд потеряла вот так просто у всех на глазах с ним лизаться? Что это все значит, Китсу!
— Что-что… ничего… у меня стресс, вот что!! — зло выпалила сереброволоска, опуская при этом глаза и легонько улыбаясь каким-то своим мыслям, а края ее ушек предательски порозовели.
Она явно нехотя разжала кулачок, выпуская мои волосы, и убирая руку с ноготками уже нормальных, человеческих пальчиков, задержавшись на моем плече
— Ты… вы… Ну вы оба и… т-с-щ… — выпустила воздух Аки, и вдруг прижалась ко мне, напрочь игнорируя что я все еще придерживаю Китсу за талию, и впилась в мои губы, захватив мой язык в плен своим любимым приемом, к которому я уже так привык.
— Эй! — возмутилась уже Китсу, старательно отталкивая рыжую, которая лишь крепче прижималась.
— Только что меня тут поучала, а сама… как плутовка течная!
— А у меня тоже стресс! — нагло заявила эта оторва, и против моего ожидания (а ждал я если честно безобразного скандала с усугублением конфликта), с откровенным облегчением прикрыла глазки, положив голову на мое плечо. — И вообще, он мой, поняла⁈ Я ни у кого не буду спрашивать разрешения на то, что я буду делать с моим tamayori… даже у тебя! Ты можешь меня наказать за глупость, избить, выгнать… делай что хочешь, я приму, заслужила. Но в этом — твое мнение не значит ничего, — добавила она тихо, легонько скалясь.
А Китсу вдруг как-то устало прищурилась, возвела глазки кверху, словно что-то серьезно обдумывая, а потом решительно протянула свободную руку, и… приобняла Аки за шею, так же как меня.
— Ну вот, сразу бы так, — фыркнула рыжая, блеснув из-под челки золотыми глазищами и вдруг всхлипнула и уткнулась в плечо уже Китсу.
— Не суйся ко мне, я тебя еще не простила, — пробурчала сереброволоска, но ее уголки губ слегка приподнялись, а рука сама по себе чесала Аки за ушком.
Оказавшись зажатым лисичками с обеих сторон, я не решался как себя повести. Кажется, мы так и простояли целую вечность, словно кроме нас вокруг никого не было, и время принадлежало только нам.
Тишину нарушила Джин, зашелестев какой-то целлофановой упаковкой и разрушая окончательно этот странный момент. Сереброволоска быстро обернулась, неприязненно прожгла ее взглядом, от которого и дьявол бы наверное смутился, но Джин только лениво усмехнулась.
— Китсу… прости а… — виновато потупилась Аки, возвращая внимание к своей персоне, но та лишь потрепала ее по макушке, аккурат между все еще проглядывающих ушек.
— Помолчи уже, дурында моя семихвостая, — вздохнула она. — В качестве наказания ты тебе придется помогать мне тренироваться и культивировать, пока у меня не отрастет столько же хвостов! Где это видано, чтобы старшая сестра была слабее младшей! И вообще, где вы пропадали эти две долгие недели⁈ Какого хрена не давали о себе знать? И почему за вами охотятся минимум семь знатных семей Российской Империи во главе с СИБ, а?
Пока мы с Аки переглядывались, переваривая новую информацию, я осторожно ответил:
— Это все очень долгая и непростая история. Не на один день… и не для всех ушей. Лучше ты расскажи как получилось… это все. Почему в усадьбе Сирогане — двойник, а ты здесь, при этом объединилась с Джин, которую ты ненавидишь лютой ненавистью… Признаться я всерьез опасался, что однажды вы столкнетесь и ты не сдержишься и попытаешься ее убить…
— О, она пыталась, — вставила та, ухмыляясь, и делая глоток газировки. — Еще как!
Китсу бросила быстрый взгляд в ее сторону, фыркнула, и ответила словно жалуясь:
— Как получилось… Честно говоря, когда вы пропали, я… мне стало страшно. Я словно почувствовала, что связь с вами обоими резко оборвалась, словно вас за один миг стерли из этой жизни. Вы не вернулись ни через день, ни на третий день, и я подумала, что у вас опять неприятности… Потом явившийся уполномоченный СИБ на аудиенции Токаторо поведал, что вы оба предали Империю, примкнули к чужаку и ушли с ним за Грань… Я не поверила, но мне привели очень убедительные доказательства — показав видео… Мне было больно и страшно, накатило такое отчаяние, что я не заметила перемен, происходящих прямо у меня под носом. Токаторо, он… он изменился. Быстро подмял все под себя, перехватил контроль. Всех, кто хоть как-то проявил несогласие — выслал в Японию или… не знаю даже, слухи ходят разные… На меня он начал давить почти сразу. Поставил перед фактом, что я возвращаюсь и буду обручена с одним влиятельным человеком. Когда я отказалась — он привлек старейшин, которые неожиданно встали на его сторону! Вопреки здравому рассудку и гордости! Я тогда решила на какое-то время покинуть усадьбу, до возвращения отца, ночью собралась и пробралась к Стрижам… Там меня уже ждали. Меня сдала моя служанка. Позже я попросила помощи у заместителя Танаки, Маямуры, но и он тоже… Тогда Токаторо явился сам, и попытался давить, требуя от меня беспрекословного подчинения. А когда понял, что заставить меня не сможет — приказал схватить всех девочек… всех, кто был в посольстве и кто носит хвост под платьем… Он запер их в клетке и шантажировал меня их жизнью! Пригрозил, что будет убивать по одной каждый день если я не покорюсь!.. И видит Будда, он не шутил…
