— Да конечно! Я как услышал про ваши космические корабли, все бился о стену, теребил Устинова, чтобы нам предоставили доступ к вашим двигателям. Это же будет новое поколение летательных аппаратов! — бурно выразил свои эмоции Туполев.

— Ну хорошо, вот смотрите на гравипривод грузоподъемностью сто тонн — я поднял покрывало с приставного столика, на котором лежал силовой блок гравипривода приличных размеров и весом более ста килограммов. — На ваш самолет потребуется поставить таких четыре штуки, чтобы он садился вертикально.

— Да нам пары достаточно будет, чтобы наш самолет летал с максимальной скоростью! — высказался Туполев. — Мы их поставим вместо двигателей.

— Но тогда ваши проблемы с высокой посадочной скоростью и с аэродромами останутся — сказал я. — Вектор тяги у этих движителей регулируется на триста шестьдесят градусов. Ставите четыре движителя по четырем точкам и у вас будет доступен вертикальный взлет и посадка. Плюс сверхзвуковой полет на большой высоте, там же будете преодолевать звуковой барьер, чтобы народ не тревожить лишний раз.

— Но это тогда не будет самолет… — задумчиво произнес Туполев. — Тогда ему и крылья не нужны будут.

— Это будет летательный аппарат, определение самолет для него вполне подходит. Можно конечно и геликоптером назвать на американский манер, только это ничего не даст. Короткие крылья оставите для того, чтобы для устойчивости на концах у них гравидвигатели закрепить, да и шасси там же установите. Ну и по одному в носу и на корме. Супераккумуляторы разместите в днище самолета, давайте уж этот термин «самолет» будем использовать — предложил я.

— Надо будет предусмотреть выдвижные трапы, чтобы пассажиры свободно могли заходить и выходить из самолета — рискнул высказаться Погодин.

— Ну да, его же практически на брюхо сажать можно — хмыкнул Туполев. — Ваши движки хоть на автобус можно ставить и в полет его отправлять.

— Автобус развалится от самолетной скорости, не говоря о сверхзвуке — выдал Погодин, вконец осмелев.

— Алексей Андреевич, было бы неплохо, если бы вы сделали салон побольше и герметичным, чтобы его можно было на высоту километров пятьдесят поднимать, там можно будет скорость увеличить до шести километров в секунду — предложил я.

— Это значит, что как в космическом корабле нужно будет делать систему регенерации воздуха — озабоченно произнес Туполев. — Куда уж число мест тогда увеличивать?

— Ну хорошо, как говориться лучшее — враг хорошего. Не будем забегать вперед, делайте свой Ту-144М или с индексом Г, неважно, пусть он летает на высоте пятнадцать-двадцать километров, главное, что теперь дальность беспосадочного полета у него будет больше семнадцати тысяч километров, в любую точку Земли будет летать. Емкость аккумуляторов сделаем такую, чтобы без зарядки вокруг Земли с одной промежуточной посадкой мог перелететь — согласился я.

— Это будет колоссальным достижением! — обрадовался Туполев.

— Вот чертеж посадочного места гравидвижителя, к нему должны подходить кабели от аккумуляторов и системы управления, думаю, что с этим проблем не будет. Лучше эти движители закрыть броней — им не требуется взаимодействие с окружающей средой — пояснил я. — Какой срок вам потребуется для создания проекта этого самолета?

Глава 5

Самолеты

Туполев задумался, что-то прикидывал у себя в уме.

— Месяц без деталировки салона, мы его возьмем готовым от Ту-144, уж коли мы его будем заменять в производстве — ответил Туполев.

— Хорошо, встречаемся через месяц, после аудита вашего проекта отправим в производство — сказал я.

Туполев удивленно взглянул на меня — еще бы, юноша восемнадцати лет на вид, говорит об аудите его проекта. Но вспомнив о гравидвигателе, который эти молодые люди придумали, не стал возмущаться.

Я увидел его колебания и успокоил его:

— Алексей Андреевич, не смотрите на нас, что мы такие молодые, но мы единственные люди на Земле, кто знает, как правильно проектировать летательные аппараты с гравидвижителями. Со временем мы передадим права на сертификацию и аудит авиационным КБ, в том числе и вашему. В документации на гравидвижитель изложены рекомендации по его применению, там ничего сложного нет. К нему должен подходить кабель диаметром примерно сто двадцать миллиметров. Желательно уложить его в прочный стальной лоток, закрывающийся на прочные крепежи — возникающие в сверхпроводниках магнитные поля будут стремиться разжать его.

— Может тогда в стальную трубу его уложить? — спросил он.

— Нет, его надо уложить в лоток и закрыть, замкнуть магнитный контур. В документации имеется схема таких застежек со сдвигом лотка — пояснил я.

— Обязательно учтем этот момент. Еще будут какие-то рекомендации? — спросил Туполев заинтересованно.

— Это касается всех четырех кабельных каналов от супераккумуляторов к гравидвижителям по всему корпусу судна — добавил я.

— Понятно — кивнул головой Туполев.

— Можете скинуть нам эскизы перед началом работы над рабочими чертежами, если будут замечания — мы укажем — сказал я, завершая встречу. Туполев попрощался и уехал к себе в КБ. Новожилов приедет завтра, сегодня он в командировке в Воронеже.

На следующий день мы принимали Новожилова. Генрих Васильевич попросил описание гравидвижителя после того, как увидел его в натуре, тут же пробежал его глазами.

— Грузоподъемность сто тонн… А какая у него тяга? — спросил авиаконструктор.

— Генрих Васильевич, у него что тяга, что грузоподъемность — одно и то же. Вектор тяги у него может вращаться на триста шестьдесят градусов — пояснил я.

— Тогда нам хватит двух таких движителей и наш самолет Ил-86 будет межконтинентальным! — выдал Новожилов, совсем как Туполев. Видимо у них это база, что двигатель может только толкать или тащить самолет, а подъемную силу создают крылья.

— Можно, конечно, пойти таким путем, он имеет право на существование Генрих Васильевич, но я бы предложил более консервативный подход. Оставим от вашего аэробуса только фюзеляж, на коротких крыльях и стабилизаторах ставим гравидвижители — четыре штуки. И ваш самолет будет стартовать и садится вертикально на любую площадку. Рули ему не требуются — гравидвижители могут толкать самолет в любом направлении — предложил я. — Какой смысл повторять в новых изделиях проблемы самолетов?

— Ну это очень необычный ваш консервативный подход — засмеялся Новожилов, не выдержав. — Вы юморист, однако. Консервативный подход, это надо же!

— Консервативный он по той причине, что его хоть на доску прилепи — она будет летать. Вот полюбуйтесь — я достал малую гравиплатформу, похожую на скейтборд, только без колес. Сел на нее и пролетел по своему просторному кабинету. Вернулся к столу, пересел на кресло.

— Теперь понимаете Генрих Васильевич, что этот подход консервативный, и без всякого юмора? — спросил я.

— Да, теперь понимаю — сказал пораженный авиаконструктор.

— От вас требуется аэродинамика для высокой скорости и комфорт для пассажиров, электроэнергии у вас для этого будет достаточно. Продумайте на какой максимальной высоте вы сможете обеспечить полет самолета, чтобы внутри салона люди могли провести десять часов с комфортом. Чем больше высота, тем можно больше развить скорость при той же аэродинамике самолета, как вы уже поняли, тяга движения у вас будет под сотню тонн, помимо удержания веса самолета. При необходимости вы можете на высоте погасить скорость и войти в плотные слои атмосферы уже на приемлемой скорости — скажем в девятьсот километров в час — сообщил я.

— Мы проработаем такой вариант — согласился удивленный авиаконструктор.

— Если будут возникать вопросы — Валерий Николаевич Погодин у нас отвечает за самолетостроение. Он вам даст ответы на все ваши вопросы. Желательно предоставить нам эскизный вариант перед началом рабочего проектирования, чтобы мы могли сделать его аудит для правильного использования гравидвижителей — сообщил я. А Погодин передал ему свою визитку.