— Дмитрий Федорович, у нас готовы для демонстрации действующие образцы летательных аппаратов на супераккумуляторах, мне кажется, что они подойдут для армии — сообщил я. — Это самолет «Колибри» с вертикальным взлетом и посадкой, вертолет «Шмель». Готовы показать их в деле.

— Так, а в каких частях мы их можем применять? — сразу спросил министр обороны.

— Разведка — первое что приходит в голову. Штабная работа — курьеры будут быстро летать. Снабжение изолированных подразделений. Доставка пилотов на аэродромы из городков. В общем применений можно найти массу. А вообще-то я планирую их массовое применение в гражданской сфере в глубинке и на Крайнем Севере — сообщил я.

— Ну хорошо, возьму с собой командующих ВВС, разведки и связи, завтра будешь готов к демонстрации? — спросил Устинов.

— Да, можно с утра начать — сказал я.

— В десять мы прибудем к тебе, будь готов — ответил Устинов.

На следующий день кортеж министра обороны прибыл в наш санаторий. Его лимузин сопровождали четыре «Волги» и один УАЗ-469. Машины сразу проехали на наш космодром, выехали на поле полигона, и армейские чиновники начали выходить из машин. Мы с Погодиным подошли к Устинову, поздоровались с ним и сопровождающими его генералами.

— Ну показывайте ваши чудо-машинки! — попросил Устинов. Погодин отдал команду через коммуникатор и из ангара вылетел самолет «Колибри», подлетел к нам, приземлился на свое шасси.

— Вот товарищи, самолет «Колибри», четыре пассажира и пилот, плюс двести килограммов груза. Максимальная высота полета три километра. Крейсерская скорость триста километров в час, максимальная триста девяносто километров — сообщил я. — Дальность полета полторы тысячи километров, или пять часов полета обеспечивают аккумуляторы до полного разряда.

— Какие винты у него стоят? — спросил командующий ВВС СССР, маршал авиации Кутахов.

— Тут стоят винты от самолета Цесна-172 — ответил я. — Для рынка СССР и для армии можно будет использовать винты от других самолетов или делать копии этих винтов.

— Можно на нем полетать? — спросил разрешения маршал.

— Мы не против, если Дмитрий Устинович вам разрешит — улыбнулся я.

— Пусть полетает, даст свое квалифицированное заключение — разрешил министр обороны.

— Павел Степанович, это не истребитель, а авиетка, ее задача перевезти пассажиров с места на место, без всяких фигур высшего пилотажа — предупредил я маршала.

— Ничего, полетаем и на авиетке — сказал маршал, усаживаясь в кресло пилота. Наш пилот пересел на кресло рядом. Там был установлен второй комплект управления для обучения пилотов.

Авиетка взлетела, полетала по кругу вокруг полигона, поднялась выше, но не очень — у нас пока не было связи с пунктами управления воздушным движения, полеты над «Лесной сказкой» были запрещены для посторонних, и была создана десятикилометровая зона безопасности вокруг санатория. Вот по ней и полетал наш «Колибри» с маршалом. Через двадцать минут самолет приземлился на то место, с которого стартовал, маршал вышел из кабины.

Глава 6

Авиетки

— Ну что, вещь очень простая в управлении — сказал маршал. — И садиться может вертикально — учить не требуется пилотов взлету и посадке. Хорошая машинка! И скорость приличная, намного быстрее вертолета. А если просто крылья убрать, то будет компактный вертолет. Его на грузовике можно будет перевозить, крылья складываются. Ими надо комплектовать наши авианесущие крейсеры, да и просто большие крейсеры — это прежде всего разведка. Надо запускать их в производство.

Пока маршал рассказывал свои впечатления от «Колибри», самолет обступили остальные генералы, Погодин отвечал на их вопросы. От самолета отошел Ивашутин, начальник ГРУ.

— Дмитрий Федорович, нам просто необходимы такие машинки! — высказал генерал армии свое мнение.

— Так, уже два рода войск их требуют. Моряков я не взял, но за них уже вписался начальник ВВС — усмехнулся Устинов. — Что скажут танкисты?

— Дмитрий Федорович, замечательная машинка для разведки. Его можно отправлять перед дозорной группой БРДМ, чтобы те в засаду не попали. Этот самолетик быстро уйдет от засады — сказал командующий бронетанковыми войсками маршал Бабаджанян.

— Что скажет пехота? — спросил Устинов.

— Отличная машина, что тут скажешь. В каждый полк их надо добавлять — это и разведка, и связь — сказал генерал-полковник Павловский.

— Ну понятно, машина хорошая и всем нужна. Теперь давайте пройдемся по ее эксплуатации. Вы поняли, что аккумуляторы заряжать требуется после каждого полета? — спросил Устинов. — Значит к ним будут нужны зарядные станции, а к ним горючее — но это уже мелочи. Теперь связь — надо будет ставить на них самолетные радиостанции. Что-то еще требуется?

— Да кажется все — сказал командующий ВВС.

— Если у этого самолета выйдет из строя один двигатель, он грохнется? — спросил Ивашутин.

— Грохнется, если пилот не справится с управлением. Есть шанс на трех двигателях посадить самолет. Полету не помешает отказ поддерживающего двигателя, только посадка может быть жесткой — ответил Погодин. — Но мы можем удвоить количество двигателей и винтов — поставить спарки, надежность возрастет в два раза. Отказ четырех двигателей позволит совершить полет и посадить самолет.

— Но в таком случае дальность полета снизится? — спросил маршал Кутахов.

— Не очень, практически не повлияет, поскольку при полете двигатели будут нагружены на половину мощности. Зато цена возрастет в два раза, это точно — ответил Погодин.

— Для армии все-таки надо делать удвоенное число двигателей — сказал Кутахов.

— Учтем это пожелание — сказал Устинов. — Еще пожелания будут?

— Надо дать в войска опытные экземпляры — пусть полетают, дадут свои замечания — предложил Кутахов.

— Константин Иванович, сколько можешь сегодня дать нам машин? — спросил Устинов.

— Десять штук у меня стоят готовыми, но с одним комплектом двигателей — ответил я.

— Ну насчет цены мы договоримся. А куда будем поставлять эти самолеты для испытаний? И сколько их для этого требуется? Наверно все тебе передадим Павел Степанович, а ты уже направишь пилотов на этих самолетах в разные рода войск для испытаний — сказал Устинов.

— Хорошо, займусь этим. Думаю, что пока нам пяти машин будет достаточно для испытаний. А по результатам испытаний определим потребность в них — ответил Кутахов.

— Так, с «Колибри» все решили. Чем еще похвалишься Константин Иванович? — спросил Устинов.

— Вертолет «Шмель» — ответил я и дал команду выгнать его на плац. Шумя винтами «Шмель» вылетел из ангара и подлетел к нам, приземлился рядом с «Колибри».

— Это вертолет «Шмель», рассчитан на перевозку восьми пассажиров и тонны груза одновременно. Крейсерская скорость двести километров в час, максимальная триста километров. Максимальная высота полета три километра. Время в полете пять часов, то есть перегоночная дальность тысяча километров. Багажный отсек может быть переоборудован под перевозку раненных, или десантников — по бортам имеются раскладывающиеся скамейки. Используются спаренные двигатели, отказ части из них не приведет к катастрофе.

— Ну что Павел Степанович, слетаешь на нем? — спросил Устинов.

— Обязательно — сказал маршал авиации и прошел к вертолету. Дверь за ним плавно опустилась, мгновенно раскрутились винты и вертолет пошел вверх, военные прижали руками головные уборы к головам. Эта машина была намного мощнее «Колибри», и сдувала воздухом все вокруг, как полагается вертолету. На благо вокруг был чистый асфальт, а не песок. «Шмель» сделал несколько кругов вокруг полигона, ушел на высоту, сделал круг по большому радиусу, затем вернулся на полигон и приземлился недалеко от нас. С него вышел маршал Кутахов, подошел к нам.

— Летал я на вертушках, небо и земля! Тут не трясет, такого шума нет, как в классическом вертолете! — радостно сообщил маршал. — Управляется джойстиками, очень просто.