— Выбор по союзникам и друзьям у нас, как правило, крайне невелик, — всё тем же ворчливым тоном ответил я. Я подкинул в воздух и поймал значок, щёлкнул застёжкой и прицепил его прямо на карман рубашки. — Кто есть, с тем и дружим.

— Упрёк принят, — Денис кивнул. — Так что ты намерен делать?

— Я обещал помочь ему в сложной ситуации. А теперь он требует уплаты долга по этому обещанию. Нужно Стрыгу отловить, — я посмотрел ему прямо в глаза. — Встречный вопрос. Ты, Денис Иванович, составить мне компанию не хочешь? Как-никак ловля всяких монстров вроде Стрыг — это как раз по твоей части.

— А куда он тебя зовёт? — ответил он вопросом на вопрос.

Я глянул в экран смартфона.

— Ростовская область, Батайск, вернее, где-то под ним. А что?

— Давай съездим, — Денис пожал плечами, но я услышал, что в его голосе промелькнул интерес. — Тем более, мне было бы любопытно взглянуть на этого вашего Добрыню. Надо быть там сегодня?

— Да. — Я в задумчивости пожевал губу. — И быстро всё так завертелось. Ни подумать, ни толком подготовиться. Я бы, может, и послал его подальше, но…

— Да понятно всё, — вмешалась Ядвига, наливая коту молока в миску. — Добрый молодец слово дал, слово своё молодецкое намерен сдержать. Поезжай, Вадим, всё хорошо у тебя будет… В итоге.

Денис скосил на Ядвигу настороженный взгляд, но ничего не сказал.

Я вбил координаты в навигатор. Экран показал время в пути: три часа сорок минут с учётом пробок.

— До вечера ещё далеко, но я бы уже выезжал, — рассеянно произнёс я, убирая телефон. — Ты как, Денис? Ядвига Дорофеевна тебя в чувство привела, свои инспекционные обязанности ты тут исполнил. Чая попили — поехали Стрыгу гонять.

— Подождите хотя бы пару минут! — остановила мой порыв Василиса. — Мы с Ядвигой должны хотя бы вкратце обрисовать Денису, что вообще за тварь эта Стрыга.

Денис лишь улыбнулся.

— Здоровенный монстр, активен преимущественно ночью, — заговорил он ровным тоном, словно цитируя служебный справочник Инквизиции. — Считается существом женского пола, но наши время от времени фиксируют и Стрыг-мужчин. К мирному сосуществованию в социуме не приспособлены. Склонны к убийству и пожиранию себе подобных, особенно ценят их сердца. Нападают как на бродячих животных, так и на людей, преимущественно на бездомных и одиноких путников.

Он сделал вдох и продолжил:

— Несмотря на чудовищную физическую силу, предпочитают обитать на окраинах человеческих поселений, тяготеют к погостам, заброшенным заводам, фермам, пустырям. Демонстрируют странное отторжение дикой природы — в лесах, полях или на болотах не живут. По классификации Кащенко любая Стрыга считается полуразумной. Способна к сложным, осознанным действиям при полном отсутствии рациональности в мотивах.

— Интересная оценка и методика, — с уважением кивнула Василиса. — Мы бы дорого отдали за пару учебников, по которым учат в ваших спецшколах.

— К сожалению, это невозможно. И не от меня зависит, — Денис развёл руками.

— Я так и поняла. Однако хочу сразу прояснить, мы работаем иначе. Нас в первую очередь интересует природа и происхождение твари, — она перевела выжидающий взгляд на Ядвигу.

— Что? — встрепенулась ведьма. — У меня в роду таких нет, знаешь ли! А-а-а, ты просишь, чтобы я лекцию начала? Да без проблем. Кхе-кхе…

Она откашлялась, и её голос зазвучал размеренно, словно она рассказывала старую страшную сказку:

— Так вот, слушайте. «Стрыга» от слова стричь, резать, изничтожать. Стрыгами рождаются, в них не обращают. Это про́клятый ребёнок. Такой может появиться у ведьмы, как побочный негативный эффект от долгого взаимодействия с магией, или у простых людей, которые по дурости разгневали могущественного колдуна. На свет младенец появляется с двумя рядами зубов, двумя сердцами и абсолютно белыми глазами, без зрачков.

— Жуть, — передёрнул плечами Денис, явно представив картину.

— Да, спору нет, — проскрипела Ядвига, сурово поджав губы. — Оттого ведьмы и не склонны рожать, боязно им. В общем, если отбросить эту щепетильную тему, что мы имеем в остатке? Вырастает эта мерзость в сильную, дико опасную и быструю тварь. Хужо медведя-шатуна по зиме будет. Солнца она боится, оттого и охотится исключительно по ночам. Ну, вроде всё, что знала — рассказала.

Василиса одобрительно кивнула, словно строгий экзаменатор, принимающий зачёт.

— Добавлю, — наморщив лоб, сказала участковая. — Убить её можно, если вогнать кол в одно из сердец или отрубить голову. Ещё! У них жуткая аллергия на семена мака. А вот к серебру равнодушна, пули из свинца тоже лишь разозлят. Вероятнее всего, сработают стандартные ритуалы изгнания. И да, я соглашусь с написанным в учебниках Дениса, она не вполне разумна. Скорее всего, умеет говорить, но использует человеческую речь только как охотничью уловку, чтобы заманить жертву. На Стрыг берутся охотиться лишь самые отважные фанатики, но по зубам она очень немногим.

— Ну что, — Денис посмотрел на часы. — Совещание окончено? Со всем сказанным спорить не стану, просто у нас, действительно… метод другой. Информация ваша интересная, но, на мой взгляд, бесполезная, мы же не новорождённую Стрыгу ищем. Мы устанавливаем место обитания монстра, изучаем повадки и слабости, собираем группу для боевой операции и проводим зачистку.

Он резко замолчал. Видимо, не желал дальше продолжать, чтобы не сболтнуть лишнего и не выдать случайно протоколы своей службы. Он и так за последние сутки наговорил достаточно много, подкинув мне пищу для размышлений.

Мы с Денисом поднялись из-за стола, попрощались с Василисой и Ядвигой и вышли за порог, навстречу предстоящей охоте.

Василиса явно расстроилась из-за того, что я вот так неожиданно сорвался и укатил в другую область на подмогу Добрыне. Однако мы оба понимали, что она, как участковый, привязана сейчас к Колдухину и не может просто так бросить вверенную ей территорию ради участия в сомнительных авантюрах.

Я перекинул Денису координаты навигатора, и мы договорились двигаться колонной.

— Мне надо заправиться, — сказал он, усаживаясь за руль. — Тебе маршрут как прокладывает? По полям, через какую-то станицу Березовскую?

— Да, — кивнул я.

— Тогда давай доедем до вашего райцентра, я залью полный бак, и погнали.

Однако судьбе было угодно, чтобы всё в этот вечер сложилось совершенно иначе.

Когда мы добрались до заправки, и гудящие колонки начали отсчитывать литры (я заодно тоже залил бак под горлышко), у Дениса зазвонил телефон. Он глянул на экран, резко помрачнел, отошёл на пару метров в сторону и долго с кем-то напряжённо говорил, приглушив голос.

— Слушай, Вадим, — произнёс он, вернувшись. Тон его изменился, стал более жестким. — Вынужден тебя оставить. У нас тут ЧП в Майкопе… надо мчать туда как на пожар. Обещал составить компанию, подводить не хочу, но…

— Да я всё понимаю, ты человек подневольный, — со вздохом ответил я. — К тому же, там, на месте, меня уже ждёт Добрыня. Маловероятно, что эта Стрыга окажется чем-то настолько серьёзным, с чем бы мы вдвоём ни справились.

— Вообще-то, это не просто рядовая Стрыга, а тварь, вырвавшаяся из Нави, — возразил мне инквизитор. — Давай так, вы с ним состыкуетесь, но не газуйте. Я перекину на тебя другого агента Инквизиции, он подключится и поможет. Вы просто подождите денёк, потерпите с охотой.

— Добрыня — человек резкий, как взмах топора, — усмехнулся я. — К тому же, по его собственным словам, с вашим ведомством он дел не имеет.

— А ты попробуй его притормозить. Ну… действуй по ситуации.

— «По ситуации», — закивал я. — У нас вообще многое в жизни решается «по ситуации». Ладно, жаль, конечно, что ты так внезапно от меня сбега́ешь, но…

— Знаешь, в качестве небольшой компенсации… — Денис вдруг хитро прищурился. — Ты же у нас вроде как числишься помощником инквизитора, да?

— Ну, допустим. И что с того? — я насторожился, не понимая, к чему он клонит.

— В твоём докладе по прорыву много загадочного и странного, но там вскользь упоминается вила, которая сбежала, причинив ущерб автомобилю Руслана.