Едва слова мужчины достигают моего слуха, острая боль пронзает меня изнутри. Дыхание сбивается, а вокруг груди словно стальной обруч затягивается. Дышать становится почти нереально, перед глазами все плывет. Я смотрю на парочку, которая возомнила себя центром вселенной и не замечает никого вокруг, и чувствую, как мое и без того раненое сердце разрывается на куски. Внутри что-то обрывается. Словно те нити, которые вчера прилично так порезали… нити, связывающие меня с мужем, окончательно лопаются.

Судорожно хватаю воздух, пытаясь заполнить пустоту в груди, которая сейчас больше напоминает зияющую дыру, и не могу поверить во все, что происходит. Такое чувство, что я попала в кино — то ли в трагедию, то ли в комедию. Не знаю, плакать или смеяться, не знаю, что вообще чувствовать. Голова идет кругом.

Не уверена, сколько бы провела в таком состоянии, если бы мужчина на заднем сиденье не просунул голову между сиденьями — плечи его остаются сзади, уж слишком большие — и не протянул руку:

— Привет, я Антон. Ты, должно быть, Наташа? Жена того голубка.

Я перевожу взгляд на мужчину и более подробно рассматриваю. Вижу его тонкие губы, шрам на брови, явно когда-то сломанный нос и хитрую ухмылку, которая сейчас кажется убедительно-холодной. Но, несмотря на все это, я все равно протягиваю ему руку и слабо пожимаю ледяные пальцы.

— Да, я Наташа. Приятно познакомиться, — даже выдавливаю из себя улыбку.

— Я Антон, приятель вот этого балбеса, — он кивает на Игната.

Тот лишь усмехается:

— Это кто еще из нас балбес?

— Ты, конечно. Кто же еще мог подцепить телку, которая тебя решила просто использовать? — фыркает Антон и закатывает глаза. — Ладно, давайте перейдем к делу, — мужчина резко становится серьезным и снова откидывается на сиденье. — Мы сейчас за ними поедем, немножко последим. Мои ребята, которые здесь вокруг, пофоткают, куда они идут. Если повезет, мы даже послушаем, о чем эти голубки щебечут. Как вам такой план?

С каждым пунктом плана мужчины у меня глаза чуть ли не на лоб лезут. Я не думала, что все это настолько серьезно. Вот только, похоже, удивляюсь только я одна. Игнат лишь хмыкает:

— Идеальный план.

В следующий момент он заводит двигатель. Я резко перевожу взгляд на то место, где видела «голубков», и понимаю — их уже там нет.

— Черт, будь я детективом, уже бы их упустила, — вырывается у меня.

Но, видимо, у Игната и Антона внимательность получше. Потому что через пару машин впереди я замечаю автомобиль мужа и понимаю, что мы едем за ним. Расслабиться мне не удается, потому что между сиденьями протискивается рука Антона, сжимающая планшет.

— Это фоточки со вчерашнего вечера. Полюбуйтесь, — явно с воодушевлением произносит детектив.

Я не хочу брать гаджет. Мне противно. Но Игнат за рулем, поэтому выбора у меня не остается. Кладу планшет на колени и начинаю листать открытые снимки. Чувствую себя вторым сортом, глядя на фотографии, где мой муж и Регина ужинают при свечах, обнимаются в лифте, целуются у номера. Последние кадры — они буквально сливаются в поцелуе, его руки на ее теле. Меня начинает мутить. Я зажмуриваюсь, чувствуя себя преданной максимально.

В какой-то момент чувствую, как поверх моих пальцев ложится теплая ладонь Игната и останавливает просмотр кадров.

Перевожу взгляд на мужчину за рулем.

— Обещаешь, что мы их достанем? — шепчу.

Игнат бросает на меня короткий взгляд и отвечает твердо:

— Конечно, обещаю. Я же тебе уже обещал.

В этот момент между нами как будто возникает невидимая связь.

Я чувствую себя так, словно действительно есть кто-то, кто может меня защитить. Антон на заднем сиденье превращается в призрака — не говорит, не двигается, даже, кажется, не дышит.

Забываю, что мы не одни, и просто смотрю на мужчину, который уверенно ведет машину. Но долго находиться в таком состоянии мне не удается. Автомобиль мужа сворачивает к дорогому торговому центру с элитными бутиками. Перед нами появляется высокое здание из стекла и мрамора с витринами, сверкающими золотом и хрусталем.

Кирилл паркуется, а Игнат выбирает место в нескольких машинах от моего мужа.

Я инстинктивно пытаюсь вывернуть руку из хватки Игната, но у меня ничего не получается. Поэтому просто слежу, как муж вместе со своей любовницей выходят из машины.

— Нам нужно за ними! — пытаюсь сорваться с места, хватаюсь за ручку двери.

Но выйти не успеваю, ведь с заднего сиденья раздается спокойный, но властный приказ Антона:

— Сидеть.

Я обычно не слушаюсь приказов, но в этот момент не могу проигнорировать его слова. Тело будто само реагирует на них.

— Да мы их упустим! — оглядываюсь через плечо, смотрю на детектива непонимающими глазами.

— Ничего мы не упустим, — он снова просовывает руку между сиденьями, берет планшет, делает пару касаний по экрану и возвращает его мне. — Смотри.

Я перевожу взгляд на экран и вижу спину своего мужа и Регины, идущих по торговому центру. Камера следует за ними.

— Как? — спрашиваю с придыханием.

— Мои ребята следят за ними, — коротко объясняет Антон.

Я хочу сказать, что это не поможет, что таким образом мы ничего не докажем. Но оказывается, ошибаюсь. Потому что в следующий момент я слышу голос своего «дорогого» мужа, который спрашивает:

— Куда пойдем?

Регина, потягиваясь, после недолгого раздумья заявляет:

— Предлагаю первым посетить магазин нижнего белья. Я там такой комплект присмотрела.

Кажется, я улавливаю довольное рычание Кирилла. Мне становится совсем не по себе. Внимание полностью оказывается на экране. Единственное, что удерживает меня в реальности — это пальцы Игната, которые сжимают мою руку.

Дышать становится практически нереально, но я заставляю себя отстраниться, наблюдать за происходящим как за чьим-то чужим фильмом.

Вижу, как эти двое заходят в магазин нижнего белья, как выбирают комплекты, как Регина показывает мужу то один, то другой, как он одобрительно кивает. Потом они надолго застревают в примерочной. Я замечаю только колышущуюся шторку и слышу приглушенные стоны и звуки поцелуев.

В этот момент внутри становится совсем пусто и одиноко. Только пальцы Игната, переплетенные с моими, удерживают меня в реальности, не дают погрузиться в бездну отчаяния.

Дальше наблюдаю за тем, как эти двое ходят по магазинам, как мой муж покупает своей любовнице брендовые вещи, платя раз за разом. Количество бумажных пакетов в руках Кирилла все растет. Регина, стуча каблучками, бежит впереди, и мой муж тащит ее покупки то в один, то в другой бутик. В итоге девушка, видимо, выдыхается и предлагает сходить поесть. Кирилл с облегчением соглашается.

Они идут в дорогой ресторан на верхнем этаже. Мне становится горько — я не помню, когда в последний раз мы с мужем были в таком месте. Видимо, я была этого недостойна, а вот эта… прошмандовка, которая издевалась надо мной в школе, — очень даже достойна.

Я вижу, как их проводят к столику у окна. Человек, следящий за парочкой, садится за соседний столик, тот, что находится сбоку. Вид открывается прекрасный. Я вижу, как мой муж листает меню, как его любовница делает то же самое. Она заказывает пасту с морепродуктами и белое вино. Потом откладывает меню и долго-долго смотрит на Кирилла, который все не может определиться.

Регина буквально сверлит взглядом Кирилла, и я через мгновение понимаю почему.

— Когда ты уже разведешься? — выдает она.

Видимо, девушка переступает черту, потому что лицо моего мужа резко становится непроницаемым, черты застывают.

— Мы с тобой уже говорили на эту тему, — цедит он сквозь стиснутые зубы.

Регина, похоже, видя, что перегнула палку, тянется через стол, накрывает руку Кирилла, все еще лежащую на меню, и сжимает ее.

— Милый, ты же знаешь, я хочу только лучшего для нас. Я так хочу, чтобы ты был лишь моим, только моим. Эта гадина Наташа тебя недостойна. Она еще в школе была зазнайкой, с тех пор ничего не изменилось. Я вообще не понимаю, как ты мог на ней жениться, — бормочет она сладеньким тоном.