Мне вдруг стало непреодолимо жаль ее. Я села рядом, обняла ее за плечи, и она уткнулась мне в пиджак, продолжая плакать. Первая любовь сильнее всего разбивает сердце.

— А что я маме теперь скажу, я же их познакомила? — прошептала она.

Я гладила ее темные волосы, слегка покачивала девушку в объятиях, и постепенно она успокоилась.

— Знаешь, — сказала я ей. — Я даже не думала, зачем пришла сюда. Я ведь могла все выяснить еще дома, но… — я вздохнула. — Может я просто шла спасти тебя? Как бы я могла промолчать, когда он не только меня, но и тебя обманул?

Она смотрела на меня огромными заплаканными глазами.

— Вы не только красивая, вы еще и такая добрая.

— А ты слишком наивная, — проворчала я, и она, к моему удивлению, засмеялась.

— Мама тоже так говорит. Она же предупреждала меня, говорила, что мужчина в таком возрасте мне не подходит, что он обманет. Выходит, она все знала.

— Просто у тебя мудрая мама.

А я нет. Почему я годами верила, что главный бабник из института остепенится? Что я стану его единственной любовью до конца его дней? Ох, не нажила ты ума, Танька. Но ничего, исправимся.

— Знаешь, — сказала я Эле. — А может ты поможешь ему отомстить?

— А как?

Я задумалась. Прошло немного времени, и я спросила:

— А ты уже сделала торт для нашего праздника?

— Нет, вечером после работы начну. Всю ночь буду трудиться. Погодите, так торт не бабушке?

Я не сдержала смешок:

— Вот она я — бабуля! Торт на нашу годовщину.

— Ооо, — протянула Эльвира. — Как же это ужасно. Он даже тут соврал.

— Он мастер лгать. Итак, я хочу, чтобы у торта были не три яруса, а четыре.

— И с какой начинкой?

Я посмотрела на нее с хитринкой.

— С такой, которую он не забудет.

В банкетном зале собралась куча гостей. Родственник, старые друзья, коллеги. Все поздравляли нас, желали счастья, любви, понимания…

— Проживите как минимум еще столько же, сколько уже прожили! — Радостно кричала в микрофон одна из тетушек. — Нет, еще больше! Да чтоб мы все на пятидесятую годовщину так же собрались!

«Да не дай Бог», — мысленно сказала себе, а сама с улыбкой поблагодарила гостью.

Ведущая мягко, но настойчиво отняла у нее микрофон.

— Ленка, ты не проживешь столько, — осадил тетушку ее супруг, и она села на место, махнув на него рукой.

Я подошла к ведущей, взяла микрофон.

— Спасибо всем за пожелания, мои дорогие, — произнесла я. — Но настал самый важный момент мероприятия…

Я сделала паузу, обвела зал хитрым взглядом. Все оживились, начали перешептываться, заинтересованные тем, что я там задумала.

— Внесите торт! — воскликнула я, и гости засмеялись, раззадоренные моей интригой.

Официант выкатил торт. Он был точной копией того, что был на нашей свадьбе, кроме одного штриха…

— Вот же черт, — возмутился Андрей. — Я же заказывал трехъярусный, как у нас! А тут их четыре!

— Ох, как нехорошо! — покачала я головой. — Ну ты напишешь ведь кондитеру, обсудите этот момент? Почему она так халатно отнеслась к заказу?

Андрей слегка покраснел, замолчал. Он то написал бы, только не чтобы поругаться.

Я взяла в руку нож, подозвала пальцем мужа.

— Давай как на свадьбе — вместе разрежем!

Он подошел ко мне, улыбнулся, взялся за рукоять, сжав мои пальцы. Нож вошел в торт без всякого труда.

— О, смотри-ка! — Я сняла кончиком пальцы чуть-чуть начинку из верхнего яруса. — Это же банан! Ты что, заказал специально для себя отдельный ярус с любимым вкусом?

Андрей растерялся.

— Нет, я не заказывал.

— Значит, наш мастер по тортикам откуда-то знает, что ты любишь больше всего, — улыбалась я. — Так мило!

Глаза его забегали, он зачем-то посмотрел на гостей, словно искал какую-то поддержку.

— Давай тарелку, Андрюш, — сказала я. — Этот ярус полностью твой. Не зря же он с бананом.

— Нет, зачем…

— Не спорь, — мягко настаивала я. — Он все равно крошечный, на одно человека прям.

Я взяла тарелку, сняла весь верхний ярус и положила. Дала тарелку Андрею. С удовлетворением отметила, что он сел за стол и начал задумчиво есть.

Я отрезала себе кусочек и отошла. Официант начал делить торт на гостей.

А после десерта начались танцы. Мы только вышли на танцпол, чтобы отжечь под музыку нашей юности, как Андрей побледнел.

— Что такое, дорогой? — подошла я к нему. — Тебе плохо?

— Что-то живот режет, — сказал он сдавленно.

— Ох, как не вовремя. А я только хотела подарить тебе мой свадебный подарок!

— Не сейчас, Танюш…

— Я быстро.

Не слушая возражения супруга, который бледнел на глазах, я подошла к ведущей и взяла в руки микрофон.

— Дорогие гости! — Радостно объявила я. — Мы все собрались здесь, чтобы отпраздновать годовщину нашего счастливого во всех смыслах брака! А теперь я хотела бы отблагодарить своего дорогого супруга за чудесные годы, что мы провели вместе! Андрей, возьми пожалуйста свой телефон. Прочитай сообщение, что тебе сейчас пришло.

— Тань, не сейчас…

Он держался рукой за живот, по лбу тек пот. Я улыбнулась. Уже скоро.

— Нет, дорогой, самое время. Ну же, скорее!

Гости оживились, зашептались.

— Ну же, Андрей, не томи дорогих гостей.

Он разблокировал раздраженно телефон, посмотрел на экран. Лицо его мгновенно изменилось, глаза округлились.

— Это шутка такая, Татьяна?

Он даже про свой живот больной забыл. Встал, глядя прямо на меня.

— Что там, Андрюх? — Крикнул двоюродный брат.

— Ну, чего там? — Подключился друг.

— Скажи им Андрей, чего молчишь? — С улыбкой сказала я в микрофон. — Это никакая не шутка. Все верно, никакой ошибки.

— Ты подала на развод?! — почти проорал он, и новый спазм скрутил его пополам.

— Да, милый, я развожусь с тобой.

Что началось… Гости начали шуметь, спорить, обсуждать мое заявление. Некоторые ошарашенно глядели на меня, не веря до конца в происходящее.

— Дело в том, мои дорогие, что мой муж очень любит тортики, — произнесла я. — Поэтому он нашел себе самую сладкую девочку, что только мог.

— Что ты несешь? — Андрей кинулся ко мне, настолько быстро, насколько мог. — Прекрати ломать комедию, Таня! Ты совсем с ума сошла?

— Да? Тогда скажи это ей.

Я пальцем показала в сторону двери, и он остановился. Он все понял. Повернулся медленно.

В дверях стояла Эльвира, а зе ее спиной ее мама. Они обе смотрели с презрением на моего супруга. Да, дорогой, ты разозлил сразу трех женщин.

— Привет, Денис, — сказала Эля. — Или тебе больше нравится Андрей? Ты говорил, что мы скоро женимся. А как бы ты был в паспорте записан, под каким именем?

В зале повисла гробовая тишина. Гости смотрели то на меня, то на Андрея, то на Элю с мамой. Никто не понимал до конца, что сейчас происходит.

Я кивнула официанту, что стоял у дверей, и он закрыл двери.

— Знакомьтесь — любовница моего мужа, — представила я Элю. — Очень милая девушка. Даже жаль, что он так подло обманул ее. А ведь она поверила в его любовь, в сказки про совместную жизнь. Впрочем, как и я. А может ты хотел сразу с двумя жить, Андрюш?

— Заткнись, — прошипел он.

Он схватился за живот, стал хватать ртом воздух. Кинулся к дверям, но официант, которому я хорошо заплатила, остановил его.

— Сейчас туда нельзя, — сказал он.

— Пусти, идиот! Мне в туалет надо! — Почти провыл мой муж.

— Нельзя, говорю же. Прорвало канализацию. Мы скоро уберем, а пока потерпите.

— Не могу я терпеть! — проорал он на весь зал.

И вдруг он скрючился, слезы градом потекли по щекам. Штаны его стали грязными, а по залу пополз специфический запах. Гости стали морщиться, закрывать носы.

— О, кажется проблема с канализацией уже устранена, — с усмешкой сказал официант и отпер дверь. — Прошу!

Красный как рак, в грязных штанах Андрей с позором вылетел из банкетного зала.