Утром подвели итоги нашей старательской компании. Мы уже сдали девять с половиной килограммов золота, еще почти два килограмма были в опечатанной специальной банке — ее я повезу сдавать в Сусуман.

В челноке хранился наш нелегальный урожай из двухсот сорока трех килограммов драгоценного металла — мы его сдадим в США, получим за него доллары, которые поделим так, как договорились. У ребят в СССР и в США появятся большие деньги, которые позволят им чувствовать себе обеспеченными людьми. В СССР они получат под две тысячи рублей, в США гораздо больше — там и покупок можно будет сделать больше, и товары, привезенные из США, можно будет прикрыть легендой покупки этих товаров у моряков в Магадане.

Пока нам необходимо лавировать, поскольку нам надо жить в СССР, и с нашей страной строить свое будущее. По возвращению с каникул в США девушки поедут в Магадан, якобы для закупок, потом перелетят на Материк, чтобы там затеряться, а на дроне вернутся в США. Погодин тоже в Магадан хочет съездить с ними, типа для закупок импортных вещей.

Я не страдаю по фирменным вещам, я вообще равнодушен к этому. Мне нравится красиво и модно одеваться, с этим не поспоришь, ну и чтобы хорошая аудиотехника была для того, чтобы музыку послушать. Но не для того, чтобы ей хвалиться, а музыку я теперь могу слушать и через свой коммуникатор с полным погружением — для чего эти магнитофоны и проигрыватели тогда мне нужны? Но Погодину надо покрасоваться перед своими друзьями — заработал на золоте деньги, купил на них крутую технику и пластинки. У каждого свои тараканы — подумал я.

Отправив Погодина с девушками на полигон, чтобы сообщить Ефимову о завершении работ на нашем участке, сам отправился в Сусуман сдавать золото, на дроне естественно — не буду же я тратить четыре часа на дорогу.

В пятницу я как обычно полетел в Сусуман сдавать золото в ЗПК. Сдал золото, зашел к Манишеву, главному геологу Сусуман-золота.

— Здравствуйте Сергей Петрович! — поздоровался я, зайдя в кабинет.

— Кого я вижу! Костя! Чем порадуешь? — спросил он, вставая.

— Месторождение на двенадцать тонн золота — ответил я.

— Блин! — у Манишева даже дыхание перехватило. — Не знаю, что ты за это у нас потребуешь, аж страшно! Давай пойдем к директору, вместе будем договариваться.

— Пойдемте, обсудим этот вопрос — согласился я.

— Пойдем Костя, обсудим. Ну нам это месторождение просто необходимо — расточал елей Манишев.

Зайдя в кабинет директора, я поздоровался, Манишев доложил цель визита.

— Костя, я даже не знаю, что вам предложить за это месторождение — растерялся и директор.

— Давайте поговорим о будущем — предложил я. — Мне нужно ваше содействие в получении участков с ямами, сами понимаете, что разрабатывать залежи мне не под силу, а вот вскрыть яму с наносным золотом я могу. Эти ямы разбросаны по всему району, и оформление должно проводится быстро, без лишних вопросов. Ну конечно в меру требований закона, мне нужна полностью легальная документация на участок, чтобы комар носа не подточил.

— Ну это вполне возможно, это в наших силах — сказал Прокофьев. — В этом нет ничего сверх того, что мы можем сделать. Еще есть новость для тебя. Твоя мама просила, чтобы тебя наградили за открытие месторождения, мы подали представление от имени Сусуман-золота, но Магаданский обком КПСС отклонил наше представление — сказали, что почетной грамоты с тебя будет достаточно, типа ты школьник еще, рано тебя еще награждать. Мы более ничего не сможем сделать в этом деле.

— Ну и отлично. Только в почетной грамоте четко укажите «За открытие месторождения золота Костино-1» — сказал я. — И за это новое месторождение пусть тоже будет почетная грамота с четким указанием «За открытие месторождения золота Костино-2». Две таких грамоты потянут на орден Ленина — усмехнулся я.

— Ну ты и интриган оказывается — удивился директор с улыбкой.

— Нет, это они интриганы, отказывают мне в заслуженной награде. А я просто делаю закладки на будущее — ответил я.

— С почетными грамотами проблем не будет, в первую очередь дадим от Сусуман-золота, и еще будет от Северо-Восток-золота, нашей головной организации в Магадане. Ну а с обкомом, сам понимаешь, спорить бесполезно — сказал директор.

— Меня это вполне устроит Семен Аркадьевич — ответил я. — Насчет лицензий на участки договорились?

— Да, без вопросов Константин! — подал мне руку директор.

— Безусловно, твое условие принимается! — подал мне руку Манишев.

— Я вам принес лекарство от всех болезней, не хочу, чтобы вас какая-нибудь болячка сразила — сказал я, вытаскивая из сумки бутылку с самогоном.

— Что это? — спросил Манишев, рассматривая бутылку.

— Самогонка с лекарством, тут ровно четыре порции. Можете со своими женами выпить, но четко разделить на четыре части, меньшее количество просто действовать не будет — сказал я. — Но принимая его вы обязуетесь ничего не делать во вред мне и никогда меня не обманывать.

— Да мы не старые еще… Хотя меня замучил гастрит — вздохнул Манишев. — А обманывать мы тебя и так не собираемся.

— У меня у жены проблемы с женским здоровьем — вздохнул Прокофьев. — Поможет?

— Вот и вылечите себя и своих жен, не сомневайтесь — сказал я.

— А что это вообще за лекарство? — спросил Манишев.

— Сергей Петрович, согласитесь, что я необычный человек — сказал я.

— С этим не поспоришь Костя — ответил Манишев.

— Вы же убедились, что я точно показываю, где лежит золото? — спросил я. — Вас же не интересует, как это у меня получается?

— Интересует, но ты не говоришь — ответил Манишев с улыбкой.

— Ну вот и это лекарство, не спрашивайте про него, как оно действует. Просто действует, тут четыре порции — еще раз напомнил я.

— Хм, я выпью — сказал Манишев. — Какой срок годности у него и когда оно начнет действовать?

— Оно начнет действовать через месяц, а срок годности у него тоже один месяц — ответил я. — После этого срока это будет обычная самогонка. Через месяц встретимся, поделитесь впечатлениями. Я уже принял такое лекарство и вот не знаю усталости.

— Хорошо, спасибо за заботу — сказал Прокофьев. — Приноси карты участков, получишь лицензии. С тебя карта месторождения.

— Вот эта карта, это коренное месторождение, с ним придется повозиться, золото там в монолитном кварците — я достал карту из сумки и подал ее директору. Там было указано название месторождения «Костино-2» и мои данные, как открывателя.

Прокофьев с Манишевым разложили ее на столе и стали рассматривать.

— Завтра отправлю в тот район геологоразведочную партию — сказал Манишев.

— Ну ты заходи, не забывай нас! — попрощался директор, сияя улыбкой как новогодняя елка гирляндами.

— До свидания! — попрощался я, уходя.

Глава 15

Ибрагим

После этой встречи я пошел в кафе «Придорожное» проведать Ибрагима.

— Здравствуй дорогой! — обрадовался он встрече. — У меня для тебя есть денежка! Начали активно работать на втором участке, пошло золото! Вот держи, шестнадцать с половиной тысяч за два месяца работы. Вот ведомость, распишись. Вот твой квиток о получении денег — передал он мне квитанцию. — Позволь тебя угостить обедом?

— Хорошо, давай — согласился я, расписываясь в ведомости.

— Костя, мне тут птичка донесла, что вы мало золота сдаете в ЗПК. С твоими знаниями и по полкило в неделю сдавать — неприлично мало! — ухмыльнулся Ибрагим.

— Ну учимся мыть золото лотками, сам знаешь, ими много не намоешь — отмахнулся я.

— Костя, покажешь бочажину — половина ее твоя, я не буду спрашивать куда ты это золото сдаешь. Ну и ты меня не будешь спрашивать об этом — предложил Ибрагим.

— Ибрагим, мне нелегальное золото не нужно, я его легально в любых количествах могу добыть — ответил я с ухмылкой. — Так что только на твоем участке ты можешь бочажину выкопать и мне мою долю официально отдать. Так что не обессудь — сказал я, снимая с палочки очередной кусок мяса. — Но спрашивать про твою часть добычи я не буду, это дело ОБХСС и КГБ — пусть сами работают.