— Валера, а кого они собирались убить? Тебя кажется. А изнасиловать по очереди? Нас с Лариской. Да потом и нас бы тоже убили, им свидетели не нужны. Чего я этих скотов жалеть должна? Вытащим из них, где они золото прячут и убьем! Нет на Земле места для таких тварей! — эмоционально выдала Зоя.

— Ну ладно — ладно, только ты не перестарайся, не испорть ему внешний вид только — сказал Погодин, по-новому взглянув на свою любовницу.

Он прошел к биваку, там Лариса ножом выстругивала небольшие острые клинышки из сухой ветки лиственницы.

— Ну что — шевелится? — спросил он про Хмурого.

— Да, мычит что-то. Скоро очухается. Поможешь? Или лучше уходи, ты меня будешь смущать. Я эту тварь на куски готова порезать за то, что он сделал — Костю ранил, а еще больше за то, что он собирался сделать с нами — сказала Лариса.

— Ты не забывайся Лара. Наша задача узнать у них про тайник и убить, имитировав разборки между собой. Следы пыток нам помешают создать эту видимость драки — сказал Погодин, удивившись ее жестокости.

— Я тебе помогу — я буду добрым полицейским — сказал Погодин.

— Давай пока чаю попьем, чайник вскипел недавно — предложила Лариса.

— Ну давай — согласился Погодин, и они разлили чай по кружкам. Начали пить, разговор не вязался, тяжесть происшедшего и предстоящего вызывало молчание. И тут из лесочка раздался жуткий вой, они вскочили, расплескав чай. Но к ним пришло сообщение на нейросеть от Зои, что это бандит вопит от боли — она воткнула ему нож в болевую точку, чтобы он был разговорчивее.

— Давайте я их просто грохну — предложил Погодин, передернув плечами от жути.

— Нет, они должны заплатить за свое поведение — жестко ответила Лариса, полностью солидарная с подругой. — Валера, иди в челнок, проведай Костю. А мы тут будем допрашивать этих ублюдков.

— Не перестарайтесь, это приказ — сказал Погодин, но тем не менее не ушел. — При мне будешь допрашивать, чрезмерное болевое воздействие запрещаю. Зоя, это и для тебя приказ — жестко уточнил Погодин через нейросеть.

Тем временем Хмурый очухался, повертелся, пытаясь освободиться, руки у него за спиной были связаны, ноги тоже прочно стянуты веревкой у лодыжек.

— Отпусти сука, а то убью! — пригрозил он Ларисе. — Разрежь мне веревки, а то умрешь в страшных муках сука! — грозил он.

Лариса взяла камень гальки, гладкий со все сторон и легонько тюкнула его по коленке в болевую точку.

— А!!! — раздался вопль Хмурого, боль была ошеломляющей. Когда она утихла, он сказал зло — Ты так просто не умрешь сука! Будешь умолять, чтобы я тебя убил!

Лариса вновь ударила его камнем по коленке в болевую точку, он вновь завыл от боли, у него даже выступили слезы на глазах.

— Тварь! Я тебя сука живьем буду сжигать на костре и очень медленно! — орал Хмурый, крутясь и пытаясь высвободиться от пут.

— Жаль, что я не могу твои ноги поместить в костер — сказала Лариса. — Начальник запретил. Так что придется тебе ноги ломать.

От очередного удара по коленке Хмурый завыл в голос, но уже перестал ей угрожать.

— Чего тебе надо сука? — спросил он со злостью, за этим последовал следующий удар, и он снова завыл от боли.

— Веди себя вежливо тварь — сказал Лариса и ударила по второй коленке. Последовал вой бандита, Погодин прервал процедуру через нейросеть, спросив насчет синяков в местах ударов.

— Ну они могли случайно упасть и получить синяки — я бью точно по нервным узлам, даже синяков не должно остаться — нейросеть точно дозирует удар — ответила Лариса.

— Ладно, спроси его про схрон — сказал Погодин. А сам спросил Айка, не получают ли их подруги удовольствия от мучения бандитов, их жестокость удивила его. Ответ Айка его успокоил — они относятся к этому как к неприятной, но необходимой работе, им эта работа очень неприятна, но им надо узнать расположение схрона. К тому же они осознают, что это только симптоматическая боль, ничего они этими ударами у бандитов не калечат.

— Хмурый, или как там тебя урод кличут, расскажи, где у вас схрон с золотом — спросила Лариса. — Иначе буду до утра тебе бить по коленкам, а там, если ничего не скажешь, просто перережу тебе горло!

— Хрен тебе, а не золото! — сказал Хмурый и плюнул ей под ноги.

— Ну ладно, сейчас займемся твоим членом, будем по нему камнями бить, получишь от этого незабываемое удовольствие! — сказала Лариса, расстегивая ширинку бандиту.

— НЕТ! Не надо! Не трожь! — орал бандит, пытаясь увернуться от рук девушки.

— Чего ты такой нежный? Ты же нас собирался насиловать! А тут засмущался! Сейчас мы укоротим на сантиметров пять твое хозяйство! — сказала Лариса, достав его же охотничий нож. — Чтобы никого в жизни ты не смог изнасиловать!

— Нет! Не надо! Я скажу, где находится схрон! — заорал бандит. И тут они услышали долгий вопль от боли его подельника из леса. Хмурый аж передернул плечами от жути.

— Ну рассказывай — сказала Лариса, вставая — А то что-то твой подельник скромничает — слышишь его вой? Или он не знает про схрон?

— Я все расскажу! А ты меня отпустишь? — пытался торговаться бандит.

— Не торгуйся, ты не в том положении мразь. Рассказывай или я займусь твоей сексуальной жизнью — Лариса вновь присела на колено у его ног. Погодин стоял неподалеку, сзади бандита, тот его не видел.

— Надо пройти туда, пешком это часов пять ходу — рассказывал бандит. — На словах не смогу описать, но покажу на месте.

Далее допрос продолжался более продуктивно, Хмурый начал точно описывать местонахождение схрона.

— Лариса, спроси его насчет его нераскрытых преступлений — явку с повинной напишет — в кармане у него оставим — пришло в голову Погодину. Ну чтобы не обвинили случайного человека в этих преступлениях. Эту же команду он передал Зое.

Допросы продолжались всю ночь, бандиты уже без всяких пинков рассказывали про свои преступления. Потом их заставили все изложить на бумаге, на благо ручки и бумага на челноке имелись, школьные тетради Кости на это пошли. Рано утром, да, по сути, еще ночью, бандитов перевезли на дроне на место казни, разложили трупы их подельников, согласно придуманного плана.

Затем Хмурый выстрелил из своего обреза картечью в живот Химику — так звали второго бандита, а Химик «ранил его ножом» — перерезал ему сонную артерию. Кровь обильно хлынула из его шеи, он пытался ее перекрыть, прижав руками. Химик скончался через три минуты, а Хмурый еще ползал по месту их последнего бивака в поисках бинта или чего-то подходящего, но где-то через пять минут упал без сознания.

Кровь вытекала из него вместе с жизнью, и они покинули его, оставив только его хладный труп. У этих двоих за пазухой были их покаянные письма, в которых они изложили свой преступный путь, а также преступления их банды под командованием Храпа. Оставив на месте преступления мешочек с рассыпанным из него золотым песком, Погодин с девушками довершили оформление картины преступления и улетели оттуда к челноку.

Глава 13

Ожил

Я пришел в себя в медкапсуле. Несколько минут осматривался, вспоминая прошедший день. Вспомнил, что меня дважды ранили — в ногу и в грудь, и что мой усиленный организм выдержал это. Потом разговоры возле трупов бандитов и потерю сознания.

— Дик, что дальше было? — спросил я.

— Тебя унесли в медкапсулу, узнавай у Айка или друзей — ответил Дик. — Я вместе с тобой был, если ты об этом забыл.

Я встал из медкапсулы, оделся, время было семь утра следующего дня — я провел в капсуле более двенадцати часов. Вышел из медотсека, прошел в кают-компанию, надо было подкрепиться. Встретил там всю компанию, они завтракали. Радостные возгласы, обнимашки девушек, наконец гвалт утих, и я спросил:

— Что дальше было? А то я отрубился не вовремя.

— Мы отработали навыки полевого допроса пленных, итог — взяли схрон с пятнадцатью килограммами золотого песка. Пленные ликвидированы — отрапортовал Погодин.

— Куда дели трупы? — удивленно спросил я. — Закопали?