— Блин, да вот ночи у нас очень светлые — вздохнул Погодин.

— Дрон закроет шурф маскировочной сеткой, не беспокойся. Времени у нас будет достаточно, чтобы промыть все золото. И ребята, все-таки половину золота сдадим в СССР, я думаю, что килограмм десять мы добудем — вот уже три кило добыли — решил я. — А сейчас отдыхать, пошли обедать в челнок!

— Ой ребята, давайте теперь устроим пикник на природе! — предложила Лариса.

— Тебе что, комаров не хватило там у шурфа? — засмеялась Зоя. — Хорошо, что я не легла в медкапсулу полечить свою моську, а то ОБХСС сразу бы заподозрило неладное — неделя в тайге, а лицо как с юга прилетела!

— Ну ладно, давайте обедать, потом займемся подготовкой к большому ИБД — расширим шурф, поближе к реке, чтобы быстрее промывать можно было. Привезенный грунт будем сваливать у реки, где ведется промывка — решил я.

— Надо добавить в банку грамм десять, мне кажется, что на обратном пути к нам заглянут — сказал Погодин.

— Добавим! — улыбнулась Зоя.

Мы пошли пообедали в челноке, Зоя отмерила десять граммов золотого шлиха, и мы вновь вернулись на участок, занялись подготовкой к ночи. Погодин как в воду глядел — часов в восемь вечера к нам вновь заглянули гости в том же составе.

— Ну чем похвастаетесь? — спросил капитан.

— Лимит не превысили, к сожалению — притворно вздохнула Зоя, показывая банку с золотом. — Только десять граммов добавилось.

Гости рассмеялись и попрощавшись, отбыли дальше по своим делам. Мы еще часик поработали и перешли в челнок, настроив дронов на охрану периметра. Там мы хорошо поужинали, приняли душ и разошлись по своим каютам спать — устали за бессонную ночь.

Утром бодрые вновь начали планировать свои действия — я разослал дронов на разведку ям с золотом, но уже в радиусе ста километров от нашего участка. Дрон доберется до такого участка очень быстро, наш шестиместный дрон может легко поднять тонну груза — так что есть чем перевозить золотоносный грунт. В челноке мы наделали мешков из синтетической ткани для грунта, для более удобного перемещения челноком. Мог бы и дронов-копателей привлечь, но тогда бы роль моих компаньонов резко снизилась, они бы не прочувствовали как следует свою причастность к добыче золота. Наш дрон-самолет будет выполнять роль тачки, а все остальное придется делать самим.

Вся компания занялась промывкой грунта с нашего участка. Содержание было достаточно богатым, десять граммов на тонну грунта, надо только работать не покладая рук, промывая кубометры грунта. Участок был двести метров в длину, двадцать метров в ширину, и вот на глубине полметра располагалось пятьдесят килограммов золота, в основном в мелких самородках.

Дело пошло и через два часа мы промыли три кубометра грунта, намыли семьдесят пять граммов золота. Народ танцевал от радости, это была существенная добыча, мы научились добывать золото!

— Костя, так может нафиг нам другие места? Для добычи килограмма золота нам потребуется промыть сто тонн грунта, а это сорок кубометров! — быстро подсчитал Погодин.

— В день мы можем промывать по десять кубометров — четыре дня и у нас килограмм золота! — также быстро подсчитала Зоя.

Новое Эльдорадо

Мы продолжали обсуждать дальнейшую программу добычи золота, опираясь на опыт первой недели золотодобычи.

— Но тогда почему мы сразу столько не добыли? — удивилась Лариса.

— Опыта не было подруга! Я наверно все золото из лотка выплескивала! — ответила Зоя.

— То есть завтра мы добудем двести пятьдесят граммов? — задала вопрос Лариса.

— Получается так. Может даже больше, если успеем больше грунта промыть — сказала Зоя.

— Лотками много не намоешь, гидромонитор нужен и грохот — сказал Погодин. — Сомневаюсь, что ты одна сможешь промыть лотком за смену десять кубов.

— Так я на тебя рассчитывала! — улыбнулась Зоя. — Лариса будет насыпать тележку, Костя возить, а мы с тобой будем промывать грунт.

— Норма полтора куба за световой день — выдал я из памяти Дика, а он это почерпнул от Смита. Максимум четыре тонны в день на человека, сорок граммов золота. На двоих будет восемьдесят граммов. За месяц два с половиной килограмма максимум.

— Точно тогда посудомойкой больше заработаешь! — вздохнула Лариса.

— Ты че подруга сдурела? Где посудомойка по тысяче двести в месяц получает? — спросила Зоя, быстро подсчитав выручку от такой добычи.

— Ты про Костину половину забыла — хмыкнула Лариса.

— О, да, тогда по шестьсот рублей. Тоже хорошо, но уже гораздо меньше — согласилась Зоя с кислой миной.

— Ну вот поэтому я и предлагаю разрабатывать ямы — это не очень законно, зато быстро — ответил я.

— Да, мы точно мало тут сможем заработать, промывая золото. Но тогда мы столько в СССР и сдадим золота, исходя из этой нормы. Остальное сдадим в США — предложил Погодин.

— Пошли отдыхать — предложил я, видя моральный упадок у друзей. — Пока дроны ищут ямы, можем отдохнуть. Все-таки два куба в день мы сможем легко промыть. Нам нужны места с высоким содержанием золота.

Я предложил своим друзьям отдохнуть после непростого дня.

— Пошли отдыхать — предложил я, видя моральный упадок у друзей. — Пока дроны ищут ямы, можем отдохнуть. Все-таки два куба в день мы сможем легко промыть. Нам нужны места с высоким содержанием золота.

— Да, ты прав — согласился Погодин, отставляя лопату. — Но нужен гидромонитор и грохот, в нем быстрее промоем и добудем больше золота.

— Я подумаю насчет промывочной установки — пообещал я и отправил задание Айку спроектировать такую установку для наших условий и прислать её нам в срочном порядке. Еще и грузовых гравиплатформ несколько штук для перевозки грунта. Техника артели от меня, рабочая сила от них — все как полагается.

Вечер мы посвятили отдыху в челноке — комары нас достали на свежем воздухе, после душа по очереди отправились в медотсек залечивать комариные укусы. Устроили себе праздник — у нас с Погодиным было пиво с соленой рыбой «на десерт», а девочки предпочли сладкое шампанское с шоколадными конфетами — мы все это из США привезли, в Сусумане это редкостью было. Нет, пиво-то у нас производили на местном пивзаводе, но это же было живое пиво, которое через три дня выдыхалось. А мы закупились консервированным бутылочным пивом, которое может спокойно стоять и полгода.

Потом мы танцевали с девушками, целовались и разошлись по каютам, там продолжили миловаться со своими подружками.

Неделю мы трудились на нашем участке, через пару дней Айк прислал промывочную установку и гравиплатформы для перевозки грунта. Мы лотками без надрыва, промывая по два кубометра в день, добывая в среднем по пятьдесят граммов драгоценного металла.

В пятницу я слетал в Сусуман и сдал четыреста восемьдесят граммов, вернулся на участок, раздал деньги партнерам.

В воскресенье устроили по этому поводу праздник первой получки, хотя особого энтузиазма друзья не испытывали — ждали сообщения о найденных ямах от искина челнока — под его командованием дроны обследовали окружающие местности. И челнок не подвел — примерно в пятидесяти километрах от нашего участка на запад, в безлюдной местности, в русле ручья была найдена такая яма на глубине трех метров, в вечной мерзлоте. Но там лежало около пятидесяти килограммов золота в каких-то десяти кубометрах грунта.

— Надо будет костер жечь, отогревать мерзлый грунт — сказал Погодин.

— Наш дрон нам даст электричество, да и просто тепло — он запасает просто море энергии — напомнил я. — А породу можно просто взорвать, выработку очистить до мерзлоты.

— Ну грохот же будет на всю округу — возразил Погодин.

— Ну тогда тридцать кубометров породы придется лопатами выбирать — ответил я.

— Давайте рванем! — предложила Зоя. Они все знали, что на челноке имеются запасы промышленной взрывчатки, все-таки это был исследовательский челнок.

— Лучше рвануть — поддержала меня Лариса. — Тридцать кубов — это как минимум три дня пахать!